Заряна. Укрощаю любовью (СИ)
Затаилась в ожидании ответа.
— Ну и вопрос, удивила. Желаешь повторение недавней ночи, только по — трезвому? Ты же не пьяна сейчас, а Зарянка?
Амир умел давить на ахиллесову пяту, но я упорно не поддавалась на его подразнивание. Почему просто не спросить о причине, по-человечески, а не подтрунивать надо мной? Негодяй. Захотелось нажать отбой и удалить контакт из списка. Но мой инстинкт самосохранения призывал не сдаваться и идти к намеченной цели: мягкой, уютной постели. Ничего большего и лишнего. Только человеческий сон.
— Нет, Амир, я трезва. Просто мне некуда идти сегодня ночью.
Сказала и закрыла глаза от стыда, что приходится унижаться и просить его. Чувство незащищенности, ненужности и тупика охватило грудь в тиски, не давая полностью вздохнуть. Валиев видимо от моих слов выпал в осадок и замолк. Секунд десять длилась пауза и мне показалось, что связь прервалась или он раздумывает как мне отказать, но нет, заговорил.
— Ты где, в клубе?
— Да.
— Я приеду за тобой. И без глупостей, Зарян, окей?
— Спасибо, Амир.
Амир.
Звонок от Заряны порадовал и вопрос о ночлеге у меня прокатился сладостным волнением в душе, эхом отдавая в чресла. Картинки сплетенных тел на постели, разнообразные позы, вздохи и стоны замелькали перед глазами. Но причина, что она озвучила, спустила с небесных высот на землю обетованную: ей попросту необходим был ночлег. Я не знал о ней многого и почему она позвонила именно мне удивило. Но и польстило. Девушка мне доверяла. Приятно. И теперь моя афера с якобы переспали грызла стыдом и давила на признание. Нет, не сейчас. Не сегодня, позже. Иначе доверять перестанет, а я еле заполучил его и то благодаря ее бытовым трудностям.
Сорвался с "Черкесских терм", торопясь успеть застать девушку на рабочем месте, опасаясь, что кто-то другой перехватит ее на ночлег. Уже за то, чтобы она находилась на моей территории, готов пожертвовать своим покоем.
Воительница сменила образ на послушницу и скромно стояла на крыльце "Козодоя" в ожидании спасителя в лице меня. Я усмехнулся. Покорная она мне нравилась больше, хотя и заводила со страшной силой своей строптивостью и дерзостью. Припарковав свой чернильный Мустанг напротив крыльца, не выходя из салона, крикнул:
— Зарянка, твой такси прибыло.
Девушка окинула взглядом машину, не узнавая меня сразу. Спустилась по ступеням и заглянула в открытое окно. Обойдя машину спереди, еще раз посмотрела на логотип "бегущий мустанг" и покачала головой, будто не веря, что за рулем я.
— Не хилое такое такси, — произнесла, залезая в салон. — Ты "жеребца" одолжил? — спросила, повернувшись ко мне лицом.
— Почему это одолжил? Он мой, — удивленно поднял брови. — Такому жеребцу как я, под стать и лошадь, — подмигнул самодовольно и рассмеялся своей шутке. — У меня две машины. Одна для повседневных перевозок, другая девочек выкатывать.
Специально сказал так, чтобы позлить. Не так уж и часто катал. Хотя желали они меня зачастую именно из-за тачки, а та, что я желал, лишь скривилась от недовольства. Не впечатлял ее ни я, ни мой конь.
— Мажор! — сказала пренебрежительно и отвернулась к окну.
— Надеюсь, ты меня причислила к офицерскому званию у вооруженных сил Франции, иначе я обижусь и высажу тебя.
Заряна резко обернулась в испуге, поверив в мою угрозу. Но и я не желал терпеть ее издевки над моим финансовым состоянием.
— Извини, — тихо проговорила. — Не думала, что тебя это так заденет. Я не ставлю в упрек твое благосостояние.
— Впредь не суди по обложке. Да, мне повезло чуть больше, чем многим, но я много уделяю внимания конному клубу и терме, уж на машины заработал. К тому же она не новая.
Девушка молчала остаток пути до моей квартиры, а я украдкой поглядывал на ее профиль, гадая над причиной, по которой она осталась без жилья и почему выбрала меня в качестве самаритянина. Или я оказался последним в ее списке предполагаемой ночевки и единственный, кто не отказал. Предпочел вообще быть единственным. Во всем, по крайней мере на данное время.
***
— Спать со мной будешь? — не удержался от каверзного вопроса, едва мы переступили порог моей квартиры.
— Спать? — глаза ее забегали, пытаясь понять двусмысленность моей фразы.
— Да, спать.
— Э..., — сглотнула. — Спать имеешь в виду не сон же, а другое?
Я расхохотался от вида ее испуганных глаз.
— Спать, значит спать. Сон. В кровати удобнее, чем на софе. Но ты знаешь, что я не против и другого сна с тобою.
— Амир, ты пользуешься своим положением сейчас? — посмотрела вызывающе. — Меняешь ночлег на секс?
— Ни в коем случае. Я же уже сказал, что хочу спать и аргументировал это удобством. А то, что ты себе выдумала, уже не моя проблема.
— Значит, я могу занять софу?
— Твой выбор, — я изобразил безразличие, втайне радуясь уже тому, что она попросила у меня помощи. — Но имей ввиду, что комната проходная и я могу невольно подсмотреть за тобой.
— Переживу.
Отвернулась, но вспомнив что-то, вновь посмотрела на меня, по-прежнему стоящего и оглядывающего ее.
— Еще такой момент…
— Какой? — я приподнял брови, с интересом ожидая продолжения.
— Предупреждай, если приведешь в дом шлюху. Мне не хочется спать под ваши стоны.
— Ого! Заявочка! Ничего, что территория моя?
Своим заявлением уложила на лопатки. Я и думать забыл о других, но Заряна видимо не забывала и о том случае в клубе тоже.
— Значит, передумала и готова сама заменить их? — я нарывался на явный отказ, но не смог удержаться.
— Ага, мечтай больше! Просто предупреди, я переночую в другом месте.
Я не собирался никого приводить, желая лишь одну ее. Но сказал совсем иное.
— Хорошо, предупрежу. Но я могу и в других местах заняться сексом. В Буцефале, в машине, снять номер в отеле наконец, — перечислял свои потенциальные возможности, считывая перемены в ее лице.
— Озабоченный плейбой, — скуксилось ее лицо, как от лимона во рту, фыркнула и исчезла в ванной.
А я расхохотался над ситуацией и над собой. Мама бы городилась, узнав, что я веду монашеский образ жизни.
Заряна.
Я нервно скидывала с себя одежду, желая поскорее оказаться под горячими струями и смыть водой все несчастья сегодняшнего дня. Амир явно меня провоцировал своими пошлыми намеками, заставляя нервничать. С некоторых пор я стала думать о мужчине слишком часто. И боялась немного своего интереса к горцу. Уверена, что соблазнять меня станет при любой возможности. И если задержусь у него, то вполне моя крепость падет под натиском его внимания. Я не хотела вообще никаких отношений с мужчиной, а уж с таким жеребцом и подавно. Помывка вышла спешная и нервная, к тому же не хотелось, чтобы Амир начал меня выстукивать, напоминая, что вода льется за его счет. Богатые они такие скупердяи зачастую, потому и процветают. Даже не позаимствовала его гель для душа. Не хотела пахнуть им.
Я вышла из ванной комнаты, закрутив себя в банное полотенце. Из вещей у меня была футболка и шорты, что я держала на работе для случайного ночлега вне основного жилища. И сейчас раздумывала: не опрометчиво ли я поступаю, дефилируя перед Валиевым в таком виде. Прошла к своему ложу. Диван и правда располагался в проходной комнате. Коридор и кухня объединялись в единое пространство. Лишь ширма из деревянных реек разделяла входную зону и столовую. Амир уже приготовил мне комплект белья. Сам он отсутствовал, слышался лишь его голос из спальни. Судя по всему, с кем-то разговаривал по телефону. Я быстро достала вещи для сна и, откинув махровое полотно, стала одеваться.
— Ты специально меня дразнишь, переодеваясь на глазах, — услышала разраженный голос Амира и испуганно обернулась, прикрывая трикотажем грудь.