Парвеню (СИ)
— Лорд Гроссновер, как вы? — спросил он, протянув ладонь для приветствия и одновременно бросив взгляд на мой непрезентабельный внешний вид. Ну да, за эти дни костюм немного поизносился. Чего не скажешь про обувь, любимые монки выдержали.
— Благодарю, Ваше Высочество. Бывало и лучше, но грех жаловаться.
— Интересные у вас каникулы, — улыбнулся принц и, взяв меня под локоть, потянул за собой. — Позвольте, я провожу вас до медицинской палаты. И мне с вами еще нужно обсудить произошедшее…
Не знаю, откуда молодой медик-хилер знал, но мне показалось, что он точно ищет рану. Не найдя, он многозначительно бросил взгляд на принца и продолжил лечение всяких гематом и ранок. Принц же тем временем пытался вести легкий разговор, будто пытаясь отвлечь меня. Я тем временем раздумывал над причинами его такого своевременного появления и помощи, его фамильярности и слишком навязчивой дружелюбности, но не мог найти. Разве что, Лотти что-то сделала. Если так, то я, похоже, буду ей должен.
Возвращение в цивилизацию сразу же дало сигнал потрёпанному организму, что можно расслабиться, и я чуть не уснул, сидя в кресле. Поняв мое состояние, Эдвард не стал наседать с разговором и предложил отдохнуть, сколько будет необходимо. Так я и сделал. Сперва поесть, потом поспать. Или наоборот?
Разговор с принцем состоялся только вечером, когда я окончательно привел себя в порядок. И начал он с самого главного:
— Мэттью, мне важно знать, что случилось у камня. Можешь рассказать подробно?
— Конечно, Ваше Высочество, — не стал я что-либо скрывать, — всё началось после того, как я прикоснулся к камню… — рассказ не занял много времени, но Эдвард несколько раз переменился в лице за это время. Когда я замолчал, он долго сидел, глядя перед собой и барабаня плацами руки, на которую он опустил голову.
— М-да… Мэттью, то, что ты рассказал… — принц впервые с момента нашего знакомства посмотрел очень серьезно. — Понимаешь, ирландцы очень суеверный народ, и если они узнают, что их древний камень предрек тебе быть их королём, то всё, к чему стремилась Британия, может разрушиться. Люди снова будут бунтовать, прольётся много крови… Королевство не может оторвать и пустить в свободное плавание свою территорию, — Эдвард взлохматил шевелюру. — Может у тебя есть идеи?
Перекладывает на меня решение королевских проблем? Или всё еще игра в дружбу?
— Ваше Высочество, ну какой из меня король? Несколько месяцев назад я был сиротой, а теперь уже баронет и герцог, притом я совсем не считаю, что готов даже к этим титулам. Что уж говорить про королевскую корону? Я слишком юн для этого и глуп. Так что был бы не против, если об этой истории никто не узнал. Только жалко, что меня чуть не убили там, и я потерял хорошего слугу, — что-то упоминание Говарда в таком ключе выглядит совсем не по-человечески. А ведь и правда, я почти и не вспоминал своего телохранителя, отдавшего за меня свою жизнь. Уже становлюсь аристократом, если не думаю о своих подданных?
— Оу, нет-нет, с твоим слугой всё относительно хорошо. Его уже должны были переправить в Лондон, где его вылечат и поставят на ноги, — принц, наконец, улыбнулся. — Что же касается твоих «приключений», то дед… Его Величество так же не желает огласки… Давай так, — при этих словах дверь кают-компании открылась и вошёл слуга с подносом в руках. — Вот здесь несколько документов. Это не подкуп, а извинение за неправомерные действия и превышение полномочий виконта Слая, как наместника Его Величества в Ирландии. Кстати, он точно будет наказан. Это всего лишь дарственная на маленькую компанию. По секрету скажу, что подарок так себе, но дед решил, что именно тут ты сможешь показать себя как управленец, — принц подмигнул и протянул руку. — Значит, договорились? Произошедшее останется тайной между родом Гроссновер и Короной.
— Да, Ваше Высочество, — я встал и пожал руку принцу Эдварду. Отказываться и заводить таких врагов абсолютно не хочется. Хватит и ООО.
— Ну что же ты так официально, Мэттью, — принц пожал руку и, притянув к себе, похлопал по плечу. — Пока можешь называть меня дядя Эдвард, или просто Эд, — принц направился к выходной двери, которую придерживал слуга, принёсший поднос с дарственной, — Тем более, я ведь чуть не стал мужем твоей матери… — принц вышел из кают-компании, оставив меня одного, и, когда дверь почти закрылась, она приоткрылась обратно, оттуда появилась улыбающаяся голова принца: — Кстати, меня ставят наместником в Ирландии, так что ты присмотри там за Лотти!
Глава 5
Оставшись наедине с собой и с запечатанной сургучом папкой на подносе, я, конечно же, не смог долго терпеть и схватился за документы. Разорвав бечевку с печатью и открыв конверт из плотного картона, я сразу де наткнулся на перстень. Большой, отливающий чернёным серебром и с ноготь большого пальца адуляром на гравированном узорами в кельтских мотивах ободе, рядом нашлась и поясняющая записка:
«Высокочтимый лорд Гроссновер, герцог Вестминстерский, баронет Виллис.
Когда-то этот перстень носил твой дед, и, смею надеяться, мой приятель, Джеральд. Как он попал в руки короны — не суть важно, главное, теперь я могу передать его тебе, как его наследнику. Надеюсь, ты примешь его и не станешь обижаться на произошедшее в Ирландии.
Так же прошу принять в знак искупления за доставленные моим ставленником неудобства документы на владение некоторым имуществом виновного, а именно: земля под промышленные нужды под Оксфордом, в баронстве Тарт, площадью пятьдесят акров и всё, что находится на этой площади и под ней до пяти ярдов в аренду на девяносто девять лет с правом выкупа за десять лет до окончания срока аренды.
Мне уже известно, что ты интересуешься автомобилями, поэтому уверен, что тебе придется по вкусу то, что находится на подаренной земле, правда, в плачевном состоянии, но, трудности — закаляют! Если возникнут трудности, можешь всегда обратиться ко мне, или к принцам Чарльзу и Эдварду.
Поскриптум: Лотти — принцесса, а не дочка фермера, поэтому даже если будешь её запрягать, будь осмотрителен. Старайся не делать этого на людях.
Постпоскриптум: О произошедшем у камня я бы попросил умалчивать даже среди близких. Надеюсь, Эдвард смог объяснить почему. Приказывать не хочу, и не могу, но уповаю на честь аристократа. И, если всё пойдет по плану, возможно, Ирландия еще вернется вашему роду.
Мое величество, Божией милостью, бла… бла… ну ты понял, король Филипп».
Что я только что прочитал? Король просит умолчать об инциденте, взамен дарит какой-то кусок земли огромной земли у портового промышленного города. Еще и намекает, что там уже есть какое-то производство, которое будет мне интересно. Логично, конечно, что уж говорить. Ирландия всегда была бельмом на глазу Короны, и я мог стать той самой спичкой на стогу сена. Если там и правда что-то интересное, то поездку можно считать удачной, а инцидент выгодным. Главное, огромный камень вины за жизнь Говарда уже не придавливал морально к земле, мешая думать и дышать спокойно. Остальное не очень и важно. Может, когда-нибудь буду вспоминать со смехом, рассказывая свои приключения сидящей на моих коленях Лотти.
Лотти… Строчка про неё в записке от короля не могла быть ничем другим, как разрешением на наши отношения. Хех, принцессу и полцарства в придачу! Не значит ли это, что я есть тот самый Иван-дурак, которому всё достается «по щучьему велению?»
Приземление огромного дирижабля абсолютно не почувствовалось. Только стало заметно, что мы застыли на месте и голос капитана из динамиков, висящих в коридоре оповестил всех об окончании полёта:
— Леди и джентльмены, воздушное судно «Виктория» королевского воздушного флота успешно пришвартовалось на аэропорту «Лондон-сити». За бортом плюс двадцать, туман. Экипаж «Виктории» в лице меня, капитана первого ранга Майкла Вингстона, благодарит вас за доверие,» — под конец, говоривший хохотнул, но тут же замолк. А в кают-компанию вошёл, по-моему, тот же «моряк», что провожал до рубки.