Плохие намерения

— Эй, чувак, что происходит? Ты за миллион миль отсюда.
 Я долго смотрел на Ашера, прежде чем мой мозг смог перефокусироваться. Возникшего мысленного образа воссоздания одной из запретных фантазий Лили было достаточно, чтобы вызвать короткое замыкание.
— Просто думаю о Леопардах. Игра в этот четверг станет нашим первым настоящим испытанием, – пробормотал я.
 Ашер кивнул и опустился на скамейку.
  
— Да, хорошо, что у нас было время поиграть вместе. – Он широко зевнул.
— Не спал допоздна? – Я тут же вспомнил, что Лили осталась у него дома прошлой ночью.
 Он кивнул.
— Ева и Жучок вернулись поздно, а потом включили музыку и болтали Бог знает сколько времени.
 Рассказала ли Лили своей подруге о том, что произошло между нами? Я не мог себе этого представить, но, с другой стороны, прошло много времени с тех пор, как у меня был кто-то, кого можно было бы назвать настоящим другом.
— Лили дома такая же шумная? – спросил Ашер.
 Я пожал плечами.
— На самом деле я не замечал.
 В этот момент дверь в раздевалку с грохотом распахнулась, и в нее ворвался Маркус. Внезапный звук привлек к нему все взгляды. Парень держал свой телефон так, словно это была неразорвавшаяся бомба. Он посмотрел прямо на меня и дернул головой в сторону. Напряжение собралось в животе, когда я встал и последовал за ним.
— В чем дело?
— Ты заходил на сайт студенческого сообщества сегодня утром? – сразу спросил он, обойдясь без приветствия.
 Я скрестил руки на груди, прислонившись к стене.
— Я никогда не проверяю эту чертову штуку.
 В Миднайт Фоллс школьный сайт не был чем-то особенным, но в Хэйд-Харборе он имел огромное значение. Место, где все желающие размещали важные объявления, приглашения на вечеринки и пикантные сплетни об учениках Хэйд Харбор Хай. Как судебный процесс, ожидающий своего часа.
— Ну, сейчас не лучшее время, чтобы начать, но думаю, тебе нужно это увидеть. – Маркус вложил свой телефон мне в руку и успокаивающе похлопал по плечу, прежде чем оставить меня одного в коридоре.
 Я опустил взгляд на телефон, все во мне сжалось от ожидания того, что я там увижу. Один из тех, кого я запугивал для дяди Джека, объявился? Или кто-то хотел оклеветать меня и выдумал историю?
 Это были фотографии новостного заголовка и статьи из «Хроники Миднайт Фоллс». Объявление было анонимным. Заголовок ударил меня по лицу.
ПРИЕМНЫЙ СЫН – ЕДИНСТВЕННЫЙ, КТО ВЫЖИЛ ПОСЛЕ ПОЖАРА В ДОМЕ, ГДЕ ПОГИБЛИ ОБА РОДИТЕЛЯ. ПОЛИЦИЯ ПОДОЗРЕВАЕТ ПОДЖОГ.
 А под ним начинался основной текст:
  Насколько хорошо все знают новую звезду Хэйд Харбор Хай? Настоящее лицо Кейдена Уэста. 
 Я сжал телефон в руке так сильно, что экран треснул. Там было все мое грязное прошлое – по крайней мере, тот инцидент, который произошел, когда мне было восемь, и из-за которого я оказался у дяди Джека, – и все домыслы о пожаре. В конце статьи был отрывок о подозрениях на физическое насилие в семье и некоторый намек на доказательства, обнаруженные на теле приемного ребенка. Меня.
 Мир накренился. Дыхание стало прерывистым. В тот момент мне захотелось уехать из Хэйд-Харбора и никогда не оглядываться назад. Я хотел исчезнуть, но не мог. Только если я был готов забыть о своем единственном шансе на лучшую жизнь.
 В коридоре появилось несколько парней из команды, их голоса затихли, когда они проходили мимо меня. Они говорили обо мне. Они говорили об этом. Я знал. Ярость пронзила меня, когда они удалились. Я повернулся к стене и уперся в нее руками, делая глубокие вдохи. Я был загнанным в угол зверем, который рычал и кусался, пытаясь вырваться, но мне некуда было бежать. Все знали мои самые глубокие и темные секреты. Все.
 И рассказать их мог только один человек, который к тому же имел доступ к доске студенческого сообщества. На смену ярости пришла боль. Я доверял ей, я открылся ей, а она предала меня.
  Лиллиан. 
  Веснушка. 
 Я заставлю ее заплатить за это.
 
 
 После тренировки я не пошел домой. Вместо этого я сидел в кабинете тренера, пока он рассказывал о статье, и осторожно выпытывал правду, прежде чем вздохнуть.
— Если честно, Кейден, это никого не касается. Ты был несовершеннолетним, полиция провела расследование, и что случилось, то случилось. Это ничего не меняет в настоящем времени.
 У меня вырвался горький смешок.
— Забавно, такое чувство, что это меняет многое.
 Тренер покачал головой.
— Только если ты позволишь. Игнорируй все сплетни. Не позволяй им влиять на тебя. Кого они волнуют? Ты здесь, чтобы побеждать, верно?
 Я кивнул, сжимая руки в кулаки на коленях. Я не хотел вести с ним этот разговор. Ничего из того, что он говорил, не помогало. Я не мог взять под контроль свои эмоции, а это было опасно. Прямо сейчас мне нужно было быть осторожным. На меня было устремлено множество глаз.
— Значит, побеждай. Вот как ты заткнешь сплетников. Ну, и то, что ты убрался к черту из Миднайт Фоллс, чтобы попасть в УХХ, а после в НХЛ, тоже поможет. Это твое решение проблемы.
 Тренер откинулся на спинку кресла как раз в тот момент, когда раздался стук в дверь.
— Папа? Я готова уйти, если ты готов.
 Нежный, нерешительный голос Лили был подобен шипам, терзающим мою кожу. Я не мог смотреть на нее, не мог заставить себя.
— Хорошо, Лилс. Иди к грузовику, я скоро выйду.
— Ладно. – Взгляд Лили скользнул по мне, а затем она отвернулась.
— Самое важное, что ты должен понять, – это то, что дома никому до этого нет дела. Тебе все еще рады в нашей семье. Ничего из этого не изменит ни твоего положения, ни того, как мы к тебе относимся, Кейд. Ясно?
— Значит, Вы меня не боитесь? – спросил я, страх и гнев бурлили слишком близко к поверхности.
 Тренер сделал паузу, сверля меня взглядом.
— А я должен бояться?
 Я сглотнул, не находя слов для ответа.
 Он вздохнул.
— Что бы ни случилось, ты был ребенком. Я не боюсь тебя, Кейден, никто из Уильямсов не боится, и это не изменится. Ты больше не тот человек, о котором говорится в статье. Давай на этом и остановимся.
 Он встал, чтобы уйти, и я последовал за ним. Он ошибался. Я все еще был тем человеком, поврежденным безвозвратно, готовым лгать, обманывать и воровать, чтобы выжить, и была одна Уильямс, которой стоило меня бояться. Если она еще не была достаточно напуганной, то скоро будет.
 25.Лили
 
 
 Выполнение домашнего задания по биологии заняло больше времени, чем обычно, потому что я постоянно отвлекалась. На выходных я была занята Евой, работой и другими уроками. А понедельник прошел как в тумане из-за важной контрольной, и я видела Кейдена лишь мельком в коридоре. О, и во снах. Он снился мне каждую ночь, и теперь сны стали более подробными.
 Но больше всего меня отвлекало электронное письмо, которое я получила сегодня утром. Досрочное поступление в колледж моей мечты и приглашение на эксклюзивную летнюю программу в Калифорнии.
 Это предложение было даже лучше, чем я мечтала. Странно, но первым моим чувством, когда я прочитала письмо, было разочарование и здоровая доза тревоги. Было очевидно, что это говорило обо мне. Даже когда мои мечты сбывались, я находила повод для ненужного беспокойства. Однако в данном случае у меня было много причин для беспокойства, и все они сводились к двум людям, стоявшим на кухне, когда я позже вошла поужинать.
  
 Кейден накрывал на стол. Казалось, над его головой сгустилась черная туча, и он даже не посмотрел на меня, когда я присоединилась к раскладыванию тарелок. Отец был напряжен; я поняла это, поскольку он пил пиво. Обычно папа приберегал алкоголь для выходных или победы.
— Хочешь, Кейд? – предложил он.