Забвение Миров (СИ)

– Вот ведь, – Андрей размял шею. – Я подумаю.
– Для Гохуса это идея фикс, – Кира закатила глаза. – Ты самый достойный претендент как принц из рода Брэмов, первый в очереди.
– И что, без вариантов?
– Без, – подтвердила Кира. – Я не являюсь Драконом, поэтому не в счёт, могу быть только королевой матерью.
Гохус скучающе забивал трубку, словно беседа его не касалась и он совершенно не понимал, о чём речь, будто не слышал своего имени, одинаково звучащего на обоих языках.
Андрей ласково улыбнулся и обратился к Алисе, эта девчонка должна быть как можно дальше от интриг и битв.
– Пойдёшь замуж за принца?
Девушка смущённо улыбнулась, пряча глаза. Её ясные зелёные глаза стали теперь другими, радужка одного была опоясана кольцом белого цвета, а другого – кольцом серебряного цвета. Но ведь он уже видел это в своём видении, осталось только свыкнуться с тем, что это стало реальностью.
– А свадьбу сыграем весной, когда зацветёт сад, – улыбнулась Кира.
– Смотри, – он кивнул в сторону матери. – Она уже всё распланировала.
Алиса тихо засмеялась.
– Маме с папой надо сказать, – напомнила она.
– Скажем, – заверил Андрей.
Вот только как? Телефоны здесь не ловили, и, судя по всему, он был единственным невеждой, которому было плевать на барьер, установленный его… эмм дедушкой и бабушкой? Ещё утром он был усыновлённым сиротой, а теперь у него есть семья по крови. Это звучало дико. Как и то, что его дед был не просто Королевским Золотым, но и самым настоящим королём. Всё казалось каким-то сюром и совершенно не вязалось с реальностью. Если бы он был простым человеком, то вряд ли верил бы в существование Драконов, хотя в мире полно чудаков. «В иные дни некоторые успевают поверить в десяток невозможностей до завтрака!» *Андрей хотел бы улыбнуться собственным мыслям, но он был далеко не в детской сказке, чтобы умиляясь и удивляясь расхаживать по городу и думать о чудесах, которые с ним происходили. Здесь идёт война, а его просят возглавить сопротивление. Может ли он брать на себя такую ответственность, даже несмотря на то, что это его право по рождению? Слишком много моральных дилемм. Андрей вздохнул и снова откинулся на кресле, закрывая глаза.
– Мы все устали, – заговорил Кирилл. – Уже поздно, думаю, нам пора.
– Да, – согласилась Кэт.
– Тогда завтра встретимся в соборе, – предложил Павел. – Обсудим стратегию.
– Да, – вставила Кира.
– Мы это уже обсуждали, – возразил Павел.
– Но я могу! – заспорила мать.
– По-моему, мы уже обсуждали, что твоё умение бесполезно в бою. Души и так освобождаются после сжигания тел.
– Зато их нельзя снова «собрать» после того, как я освобождаю.
– Кира, это не обсуждается, – холодным тоном прервал её отец.
Гохус проворчал что-то нечленораздельное, комментируя перепалку супругов. Какова вероятность, что он заметил, что Андрей его подозревает? Если он не сбежит до утра, значит, не заметил. Предъявлять обвинения не лучшая идея, у него нет доказательств, только предчувствие и странная похожесть сознания Гохуса и Воронина. Андрей поморщился.
– Пойдём спать, – позвала Алиса, поднимаясь с его колен.
– У меня есть ощущение, что ты уже выспалась, – усмехнулся он.
– Мне кажется, что я могу проспать ещё пару суток, – ответила Алиса. – То, что он со мной сделал, проще переносить во сне.
– Прости, – прошептал он.
– Ты не должен извиняться, это не твоя вина, я даже рада…
Андрей поднял голову и посмотрел на девушку, в комнате они были одни. Он что, уснул? Когда все ушли?
– Рада? Рада тому, что тебя похитили? Что превратили в Дракона?
– Да, – подтвердила Алиса. – Это странно, но я чувствую себя лучше. Я часть чего-то большего, чем просто семьи, и я важна.
– Разве тебе мало того, что ты нужна мне? Маме с папой?
– Нет, не в этом дело, теперь у меня только одна проблема: как бы тебе не наскучить, – она ласково улыбнулась.
Андрей захохотал:
– Драконы однолюбы.
– Теперь я в это не просто верю, но и знаю, потому что сама стала одной из вас.
– То есть в долгосрочной перспективе ты собиралась меня бросить? – он приподнял вопросительно бровь. Разочарования не было, ему не было больно от этого осознания, возможно, это было слишком самоуверенно, но он ведь Дракон, а Драконы никому не отдают свои сокровища, он бы не позволил ей уйти.
 
– Я думала, что уйду от тебя, – призналась она. – Драконы живут долго, и я не хотела, чтобы ты видел, как я старею.
– Дурочка, – тихо рассмеялся он.
– Признаю.
Он потянулся к ней, призывая к объятиям. Алиса вернулась к нему на колени и обняла.
– Вместе? – спросил он.
– Теперь навсегда, – буквально промурлыкала она, целуя в губы.
***
Раннее утро было морозным, камин давно погас, ни Андрею, ни Алисе это не мешало, поскольку Драконы не мёрзли. Андрей выбрался из постели, стараясь не разбудить Алису, быстро оделся и вышел в гостиную.
Мама хлопотала у печи, в камине потрескивал огонь.
– Завтрак? – спросила она.
Андрей пересёк гостиную и заключил маму в объятия. Голова маленькой женщины была едва на уровне его груди. Он уткнулся в её макушку носом и вдохнул давно забытый запах. Она пахла покоем и безусловной любовью.
– Я тоже скучала, – прошептала она, прижимаясь к сыну. – Ты такой большой, такой замечательный, я очень горжусь тобой, – она снова расплакалась.
– Я никогда не забывал тебя и не переставал искать, – сообщил Андрей.
– Я знаю, – всхлипнула она. – А вот я сдалась…
– Отец тоже сдался.
– Мы оба. Прости. Мне никогда не восполнить те годы, которые мы упустили.
– У нас теперь есть всё время мира, чтобы узнать и простить друг друга и самих себя.
– Алёна хорошо тебя воспитала.
– Мама Лёна… Да, она лучшее, что могло со мной произойти, когда тебя не стало… Я пойду, – он поцеловал мать в макушку и вышел из дома.
Самри встретил его предрассветной суетой. Мелкие лавочки открывались, из пекарен пахло свежеиспечённым хлебом, в горнах кузниц разгорался огонь, уличные торговцы спешили к своим лоткам на рынке, таща на себе тяжёлые тюки с товарами. Андрей вошёл в город через ворота, стараясь не привлекать внимания, но на него всё равно оглядывались, Драконы кивали, приветствуя, люди рассматривали с интересом. Конечно, странная для этих мест одежда привлекала внимание, а может, то, что он шёл в рубашке, брюках и летних туфлях. Хотя нет, Драконы, которых он привёл с собой, тоже не отличались наличием верхней одежды. Кажется, у отца была куртка, нужно было взять её.
Андрей вошёл в готический собор, осматриваясь по сторонам. В длинном коридоре с высокими сводами вдоль стен горели свечи на обустроенных алтарях. Своеобразная стена памяти. Андрей не стал задерживаться и изучать алтари, он искал Гохуса, этой ночью он всё же принял решение.
Андрей прошёл по коридору и толкнул дверь, которая вела в главный зал. Огромная зала была заставлена скамьями, у дальней стены был воздвигнут небольшой подиум из чёрного камня с большим троном в центре. Андрей поднялся по ступенькам к трону и стал заглядывать в нишу, спрятанную за ним, прикрытую тёмным полотном ткани. В нише обнаружилась дверь, которая тут же открылась, и из неё вышел Гохус. Андрей сделал несколько шагов назад.
Гохус лучезарно улыбнулся ему. Только Андрея эта улыбка не подкупила и не ввела в заблуждение, он внимательно разглядывал старика и всё больше убеждался в своих подозрениях.
– Как ты думаешь, что я с тобой сделаю? Завязывай с этим маскарадом, – он обвёл рукой облик Гохуса.
Тот прищурился, глядя на него, достал трубку, прошёл к трону и сел на него, вальяжно закинув ногу на ногу, он чувствовал себя хозяином положения. Андрей с презрением проследил за ним взглядом, старик закурил.
– Ничего ты мне не сделаешь. Я не враг тебе, – проговорил Гохус на чистом русском. – И это не маскарад, это мой истинный облик, как и облик Дракона. Воронин был маскарадом. Ничего сложного, пара-тройка преобразований и, вуаля, новое тело.