Бюро магической статистики. Рудник

Под густой челкой не было видно, но одна бровь у Элисон неудержимо поползла вверх.
Извиниться? Вот ЭТО? К НЕЙ?!
Тут невольно оглядываться начнешь, не пора ли прятаться, не сдохла ли последняя оставшаяся в горах виверна, не летит ли она с неба тебе на голову?
Понятно, будь Элисон ослепительной красоткой, в шикарном наряде и с бриллиантами на всех местах, дело другое. Было бы понятно, с чего их так разобрало. А сейчас-то что случилось?
  
В искреннее раскаяние от мальчиков-зайчиков Элисон не верила. Вообще. Никак.
– Извинения приняты, – натянуто улыбнулась девушка. – Всего хорошего.
Развернулась и собралась уходить.
Марко едва челюсть о розы не уколол. Это что?!
Почему она так поступает? Что, его обаяние НЕ ПОДЕЙСТВОВАЛО?!
Люди добрые, да что ж это делается-то?!
Все эти мысли были отчетливо написаны на лице у красавца, так что Фабиан легонько ткнул его кулаком в бок.
– Цветы! НУ!!!
Страшный шепот сработал, и Марко догнал девушку.
– Рента, пожалуйста, это тоже вам.
– Благодарю, но принять ваши цветы не могу, – коротко отозвалась Элисон, даже не глядя на комплект из красавца и букета. – Это лишнее.
– Рента, если вы меня не простите, я буду ходить за вами хвостом и умолять о прощении.
– Я вас простила, – сухо прозвучало в ответ. – Цветы не возьму, у меня на них аллергия. Ходить за мной не надо. Всего хорошего.
И пошла.
Марко остался стоять дурак дураком.
– Аллергия…
– Такое бывает, – кивнул Фабиан, у которого мать не переносила никаких цитрусов и начинала чихать, даже если в доме появлялся рисунок лимона. – Постой тут. Рента! Минутку!
Элисон уставилась на второго «обаяшку» взглядом очень раздраженной гадюки. Такой, у которой полчаса на хвосте выплясывают. Фабиан аж попятился, но не сдался.
– Рента, вы ведь недавно в нашем городе? Могу я рассказать вам о Левенсберге? Показать его достопримечательности? В качестве компенсации за испорченную поездку? Или хотите – мы вам велосипед новый купим?
Элисон закатила глаза.
Что в таких случаях делать? Может, у кого-то и получится дипломатично, а она предпочитала грубой правдой.
– Нет.
– Простите, рента?..
– Простила. А все остальное – нет. У нас разные жизни, дороги и все остальное, рент. Не знаю, что вам от меня нужно, но участвовать в этом я не собираюсь. Всего хорошего.
Развернулась и ушла окончательно.
Марко и Фабиан переглянулись. Охотничьи инстинкты, давно и прочно затоптанные каблучками сотен девушек, мечтающих о такой завидной добыче, встрепенулись, заявляя о себе.
А интересная ведь девушка?
* * *
На работу Элисон пришла злая как виверна и сразу отправилась в бухгалтерию, советоваться. На рену Даларвен она так посмотрела, что женщина сочла за лучшее промолчать. И снова уткнуться в вязание.
– Рена Глент!
Рена честно выслушала, подумала пару минут…
– Не знаю даже, что и сказать. Я бы предположила, что тебя попытаются уволить, нажаловаться… нет?
– Нет.
– Это-то и странно.
Элисон развела руками. Сама понимаю, странно, но куда деваться?
– Ты попробуй в следующий раз спросить прямо, что им от тебя нужно?
– Думаете, скажут?
– Или скажут, или соврут, по крайней мере, будет над чем подумать.
С этим Элисон была согласна.
– Спасибо, рена Глент. Так и сделаю.
И отправилась работать.
Сегодня мужчины были на выезде, оба, и Лукас, и Якоб, а Элисон занималась кристаллами. Мало ведь снять показания. Ты взяла один кристалл, положила на его место чистый, а заполненный привезла в контору. Что дальше?
Снять с него показания, записать и преобразовать в удобную для рены Даларвен форму. Та с кристаллами работать не может вообще, у нее магии ноль и снова ноль, разве что жизненную силу тратить, а это размен невыгодный.
Так что Элисон сидела и писала. Тоже работа, но уж очень муторная. Берешь проектор, выводишь данные с кристалла на экран, сидишь и переписываешь их в специальную таблицу. Цифру за цифрой.
Колонку за колонкой.
Да, в столице есть и новые проекторы, с которых можно вывести данные сразу на лист бумаги. Есть! Только вот для работы с ними нужен шестой уровень магии, и стоят они столько, что жуть берет! Золотой мост построить дешевле будет!
Так что пишем, потом поднимаемся, делаем пару наклонов, чтобы размять затекшую спину, и опять пишем. Голова болеть начинает, надо ведь постоянно глаза переводить со стены на лист бумаги, и освещенность разная, и цифры разные, и все это рябит перед глазами…
Элисон так погрузилась в работу, что пропустила обед. И только часа в три или в четыре вышедший из кабинета рент Свелен возмущенно ахнул.
– Это что такое?!
На столе перед Элисон лежали таблицы. Много. Заполненные, две штуки даже не удержались и уползли на пол. И непрочитанных кристаллов в шкатулке оставалось штук пять…
– Я еще не все, – механически сказала Элисон.
Рент Шандер только головой покачал и решительно, чуть ли не за шкирку, вытащил девушку из-за стола.
– Кыш!
– А?!
С замороченной по уши Элисон беседовать было бесполезно, так что рент Свелен сорвался на том, кто был поближе.
– А ты куда смотришь?! – рявкнул он на рену Даларвен. – Чего сидишь как статуя?!
– А что я? – даже удивилась та.
– Ты не видишь, что она творит? С ее уровнем магии этот объем на три дня делить надо! Тьфу, дуры! Так, иди домой!
– А…
– Ты пока просто не почувствовала, а потом свалит, – рыкнул Шандер еще грознее. – Свалишься тут – придется тебя домой на руках тащить.
Еще одна опасность таких проекторов. Можно увлечься да и израсходовать чуть больше, чем надо бы. В хороших и дорогих проекторах накопители встраивают, ограничители ставят, но где хорошие, а где их провинция? А когда вот так заморочишься, перестанешь все тщательно контролировать – и магии отдашь чуть побольше, и жизненную силу потянет. И чем это кончится?
Правильно, свалишься.
Элисон потерла лоб.
– Я не сообразила.
– То-то и оно. Ты сегодня молодец, но сейчас лучше иди домой. Поняла?
– Да. Спасибо.
– Свободна.
Из конторы Элисон выходила злая и усталая. И голова у нее все же разболелась. Проще работать, когда ты просто диктуешь, а второй пишет, но Леа Даларвен так поступать решительно отказывалась. Она занята – занята – занята, она считает и отвлекаться не будет…
Зараза!
Истощение начинало сказываться, сначала появилось раздражение, да такое, что, ей-ей, встреться ей виверна, она бы с реликтовой рептилии шкуру одним взглядом сняла.
Марко Вебер оказался покрепче нежной чешуйчатой тварюшки и только шарахнулся. Недалеко, на метр в сторону, и тут же вернулся обратно.
– Рента…
Элисон посмотрела на него с таким выражением, что менее эгоистичный человек устыдился бы.
– Вам что надо-то, рент?
– Рента, вы позволите пригласить вас в кафе?
– Не позволю. Ни-ку-да, – отчеканила Элисон. – Если вам что-то от меня нужно, говорите прямо. Если нет – дайте пройти.
– Рента, вы меня просто заинтересовали.
– Рент, вы себя в зеркале-то видели?
Марко даже головой помотал.
Ну да, видел, каждое утро себя разглядывает, следит за собой, вчера вот прыщик удалил… и при чем тут зеркало?
– Ну… да.
– Себя видели, меня видите. Я должна поверить, что я вас заинтересовала? Рент, мне не пять лет, я уже из сказочек выросла.
Элисон обошла остолбеневшего Марко и направилась к дому.
Фабиан помирал со смеху. Красиво умыли! Но… возникает другой вопрос. Если Марко не справился, а он сейчас справится с нахалкой и найдет с ней общий язык, это будет еще одна ступенька к лидерству в компании. Решить то, что не может решить приятель, быть умнее, хитрее…
  
Элисон он догнал в два прыжка.
– Рента, простите моего друга. Он правда не хотел ничего плохого, вы его заинтересовали.
– Ага, и вас тоже. Верю.