Спасите меня, Кацураги-сан! Том 13 (СИ)

Типичное явление среди современной молодёжи. Особенно в Японии. Тут чуть ли не каждый третий красится, вставляет серьги, пирсинг и отращивает длинные волосы, чтобы сделать причёску в аниме-стиле. По крайней мере именно так понимал это движение я. Чем на самом деле руководствуются молодые люди, я сказать не могу. Для этого мне надо было попасть в тело Кацураги Тендо лет так на десять раньше.
  
Сакамото Рин и Кучики Акеми замерли и не знали, что ответить взбунтовавшемуся мажору.
Однако стартовый «план лечения» у меня уже был готов. Для начала ему надо вправить мозги.
— У меня такое впечатление, что вы не совсем поняли, где находитесь, — спокойно произнёс я.
— А? — наклонив голову, спросил он. — Я не понял, вам что, не передали, ОТ КОГО я пришёл? Мой отец запросто может…
— Мне плевать, что может ваш отец до тех пор, пока он не станет моим пациентом. И то, меня будут интересовать его физические возможности, а не связи, — ответил я. — И да, в этом кабинете главный я. Потому что я отвечаю за ваше здоровье. И если вы продолжите разговаривать со мной и моими коллегами в том же духе — лучше развернитесь и уходите сейчас же.
Заболевание у него несмертельное. Крайне неприятное, но всё же немного потянуть время можно. Сначала пусть научиться себя вести, и только после этого мы поговорим. Одно дело, когда человек поступает неадекватно из-за тревожности, из-за своей болезни. И другое дело, когда больной просто привык угрожать всем своим влиятельным папашей.
Отец у него, может быть, и влиятельный. А сам парень — пустое место. Что-то среднее между маленьким мальчиком и подростком. Ужасная смесь для восемнадцатилетнего парня.
«Психоанализ» мне уже сообщил о нём всё.
— Вот так значит, да? — взмахнул руками он и тут же поёжился, поскольку испытал дискомфорт. Его движения были скованны из-за болевого синдрома. И я уже примерно понимал, в чём его причина. — В таком случае, мы прощаемся, Кацураги-сан. Ждите весточку от моего отца.
Он начал поворачиваться к двери, а я прошептал Кучики Акеми лишь одну фразу:
— Не запоминайте то, что я сейчас сделаю. Это — плохой пример для врача.
Затем активировал «харизму», взглянул на уходящего парня и произнёс:
— А ну быстро сел на кушетку напротив меня.
Он резко развернулся и как ни в чём не бывало заявил:
— Ладно!
И тут же запрыгнул на сидение.
Я понимал, насколько произошедшее шокировало Сакамото Рин и Кучики Акеми. Но о моих силах никто не заподозрит. Они просто решат, что мы с пациентом нагрубили друг другу и пришли к некоему истерическому компромиссу. Пусть лучше думают так.
Хотя, взглянув краем глаза на Акеми, я понял, что она не просто шокирована. У неё челюсть отпала от восторга. Ведь я только что высказал пациенту всё, что о нём думаю, и всё равно заставил сесть и приступить к консультации.
О таком мечтает почти каждый врач. Нет смысла скрывать. Существует много скандальных и попросту неадекватных людей, поведение которых остальным медикам приходится банально терпеть. Но ведь врачи тоже люди. Да, они давали клятву Гиппократу, учились правильно относиться к пациентам, но это не значит, что врачей нельзя вывести из себя.
Такие ситуации всегда спорные. Поскольку по своему призванию врач обязан терпеть и сглаживать углы в общении с любым больным. Но при этом он сильно калечит себе психику. Если, конечно, речь не идёт о «железном» человеке, которого эмоциями пробить попросту невозможно. Но таких, как правило, очень мало.
Я много раз слышал от своих коллег такое понятие, как «идеальный приём». Обычно в данном случае подразумевается, что человек пришёл, поделился своими проблемами, а врач помог ему их решить. Всё. Точка. Никакой эмоциональной вовлеченности.
А уж если на приёме конфликт… Как ни крути, а виноватым почти всегда оказывается врач. Существует всего два варианта. Либо медик сам начал конфликт, либо это сделал пациент, но специалист не смог затушить ссору.
Это — тёмная сторона деонтологии, которую способен освоить далеко не каждый сотрудник сферы здравоохранения.
— Я… Я вас слушаю, Кацураги-сан, — чуть не проглотив язык, произнёс молодой пациент.
— Да уж скорее это я должен вас послушать. Для начала, — перешёл на спокойный тон я. — Скажите, как вас зовут и подробно опишите все свои жалобы. А уже после этого я смогу поделиться с вами своим мнением.
— Меня зовут Точивара Мосукэ, — ответил он. — И меня беспокоят… Прыщи.
— Прыщи, значит? — переспросил я. — Точивара-сан, мне плохо видно ваше лицо. Поднимите, пожалуйста, чёлку, чтобы я мог лучше рассмотреть кожу.
Я уже знал, что дело не только в лице. Но будет лучше, если пациент мне сам всё расскажет.
Мосукэ поднял волосы и показал мне своё лицо. Кожа Точивары была полностью усеяна угрями. Большинство из них были воспалены, налились кровью. Из некоторых уже был готов выйти гной.
Угри сливались друг с другом, образуя целые конгломераты, которые захватили весь лоб, скулы, щёки, нос и зону вокруг губ. Даже на челюсти виднелись единичные угри. На лице практически не было живого места.
Теперь я понимаю, зачем он носит такую чёлку. Пытается скрыть симптомы своего заболевания.
А это — определённо заболевание. Можно с натяжкой предположить, что такое действительно может возникнуть у подростка в момент, который приходится на самый пик полового созревания. На момент, когда гормоны превращают организм в «поле боя».
Вот только парню, судя по данным его электронной карты, только что исполнилось девятнадцать. Я почти не ошибся, определяя его возраст.
Он уже давно созрел. Но гормоны не утихли. В его организме происходит что-то очень нехорошее для молодого человека.
— Дело не только в лице, Кацураги-сан, — произнёс он, лишний раз подтвердив мои же мысли. — Посмотрите, я сейчас покажу…
Точивара Мосукэ снял с себя куртку, а затем скинул рубашку. Пока он раздевался, я в очередной раз осознал, насколько же возрос в своих возможностях мой навык активировать выброс феромонов и прочих активных веществ. «Харизма» теперь практически берёт людей под свой контроль. Скорее всего, я теперь могу даже на пьяных воздействовать, хотя раньше этого делать практически не мог.
Если человек перепил — всё! У него иммунитет против моей магии, потому что алкоголь блокирует те центры, на которые я воздействую.
Но благо хотя бы Точивара Мосукэ пришёл трезвым как стёклышко. Я очень быстро смог надавить на все его центры, отвечающие за эмоции и способность подчиняться другому человеку.
— Вот, смотрите… Это же какой-то кошмар! — воскликнул Мосукэ. — Если честно, мне двигаться сложно. Даже одежду носить больно! Иногда хочется взять нож и срезать с себя всю эту дрянь. Лишь бы не болело и не чесалось. А зудит она сильно…
Как только пациент оказался обнажённым по пояс, я осознал, что «анализ» показал мне далеко не все высыпания. А их там было даже слишком много. Вся спина — сплошная воспалённая корка. Тыльная сторона рук точно такая же. На груди и животе угрей меньше, но всё же они появились даже там.
— Я так понимаю, ниже пояса такая же ситуация? — уточнил я.
— Д-да, — смутился Точивара Мосукэ и почесал затылок. — Бёдра, задница, пах… Такая же картина, если честно. Только поверьте мне на слово. Я не хочу оголяться перед… Эм-м… — он украдкой взглянул на Сакамото и Кучики, а затем снова скрыл лицо чёлкой.
Не стану ему рассказывать о том, что у врача нет пола, когда он на работе. Сейчас точно нет смысла капать человеку на мозги этими медицинскими законами. Достаточно того, что я сам вижу за счёт своей магии, что на самом деле происходит во всех участках его кожи.
Картина, если честно, ужасная. Сложно даже представить, какой зуд он испытывает каждую секунду. Почти вся его кожа сальная, покрасневшая, воспалённая. Я могу прямо сейчас облегчить его состояние. Убить все бактерии, вывести гной и снизить воспалительный процесс.
Но этого будет мало.
В первую очередь стоит определить причину. Эти угри не могут появляться просто так. Либо здесь проблема с гормонами, либо в крови циркулирует хроническая инфекция. Причём второе может быть следствием первого. Медицина — штука непростая. Связь между событиями, происходящими в теле человека, определить не так уж и просто. Даже с магией это бывает трудно. Чего уж говорить об обычных врачах, у которых в арсенале только их мозг и куча оборудования?