(Не) тот ребенок (СИ)

— Когда вы вернулись? — я нарушила затянувшиеся молчание и убрала наконец-то свою руку из его.
— С тобой и вернулись. Мать позвонила — отец совсем сдал, а лечиться не хочет. Вот я и приехал, поговорить с ним.
— Ясно. — вздохнула я, хотя на самом деле в голове была такая каша, что разобраться хоть в чем-то я не могла.
— Юля, необходимо все выяснить, поговорить с нашими родителями и вам с Ксюшей нужно встретиться.
Я перевела взгляд на дорогу, что вела к городу. Смотреть на нее было проще, чем в глаза собеседнику.
— В прошлом году на Машино день рождение маму разбил инсульт, когда она увидела, что я приготовила торт, шары, подарок дочке. До этого она не знала о моих посещениях кладбища. Сейчас она медленно, но уверенно идет на поправку, я не хочу ее нервировать. Думаю ты прав, наши родители постарались.
— Ты не хочешь узнать все наверняка? — удивился Роман.
Прошлая я уже бы рвалась в бой, теперешняя задумывалась о последствиях. Что мне делать с этой правдой? Как дальше жить?
— Я боюсь! Ты что не понимаешь? Что если я не найду в себе сил их простить? Что если больше не смогу смотреть в их сторону? Мне даже думать обо всем этом страшно! А ты, Рома? Если выясниться, что твоя мать принимала такое же участие, как и моя? Ты сможешь с ней общаться?
Роман не стал настаивать.
— Ладно, давай оставим это пока. Завтра заканчиваешь как обычно?
Я кивнула.
— Тогда мы с Ксюшей приглашаем тебя в кафе, есть мороженое. — твердо заявил Роман. Возражения не принимались. Я видела это по его взгляду. Да я бы и не стала, хоть и боялась встречи.
— Только давай не будем ей ничего сразу говорить. Пусть привыкнет ко мне, хорошо? — попросила я.
— Отлично. Будешь моей девушкой! — широко улыбнулся мужчина, а я отвела взгляд.
Снова стать его пусть даже на короткие встречи с собственной дочерью было неловко. И дело вовсе не в том, что я все еще замужем за другим. Просто это же Роман. Я пол жизни была его девочкой, его Юлькой-красотулькой, его маленькой…
Я зажмурилась, пытаясь прервать поток непрошеных мыслей и воспоминаний.
— Только если она будет подкидывать тебе в карман крысу, не пугайся, ее зовут Люся и она домашняя.
Я удивленно посмотрела на Романа.
— Или к примеру, когда ты отвернешься насыпет в еду много соли, то не переживай и не ругайся, пожалуйста.
Я начала понимать, что мужчина делиться реальными случаями из жизни.

— Она что всех твоих девушек так прогоняла?
Скрыть улыбку было сложно. К тому же сам Роман это тоже находил забавным, смеясь.
— Просто она собственница и не собирается делиться.
Я улыбнулась. Кровь — не водица. Ксюша мой маленький боец. И да! Я тоже не люблю делиться. Роману будет не просто с нами двумя.
  
Глава 30. Алена
 
Алена
Из клиники мы ехали домой молча. Из радио доносились какие-то попсовые хиты, но они никак не помогали разрядить атмосферу. Я видела с какой силой Антон сжимал руль, как пристально вглядывался в дорогу. Словно впереди не ровное полотно, а бездорожье. Мужчина сдерживал свои чувства, эмоции, а я не находила слов, потому что все вдруг стало слишком серьезно. Если раньше я могла беззаботно обнять мужчину, поправить ему волосы или просто положить голову на плечо, то сейчас подобное стало бы поводом для сближения нас уже совсем в ином статусе. Не как родственники, друзья, а как влюбленные, любовники. Если мое тело реагировало на Антона вполне однозначно, то сердце нет. Антон был мне дорог, но скорее, как друг, родственник, но не как любимый мужчина.
Или я просто боюсь и торможу собственные чувства?
— Ты голодна? Заедим в “Марко”? — спросил Антон на середине пути к дому.
— Не откажусь.
Я робко улыбнулась, пытаясь подстроиться под настроение мужчины. Мне не хотелось с ним ссориться, отгораживаться от близкого человека, но как вернуть прежнюю легкость общения и теплоту, я не знала.
В ресторане мы заняли наш столик у дальнего окна и сразу заказали полюбившиеся блюда: Антон — стейк из лосося, я — куриное филе, запеченное с овощами. Время готовности обоих блюд была почти одинаковым и я знала, что у нас в запасе есть полчаса, но начать разговор все равно не решалась.
 
– Ты решила впустить в нашу жизнь этого Алексея?
Отпив глоток минералки, спросил Антон, хмурясь.
– Он — отец Снежки.
Вздохнув, я пожала плечами и принялась поправлять столовые приборы на столе, чтобы как-то занять руки.
– Что это значит? Он будет навещать вас по выходным или ты планируешь выйти за него замуж?
Последняя фраза, заставила меня оторваться от сервировки и посмотреть в лицо собеседника. Никогда не видела Антона таким сумасшедшим. Казалось, он чувствовал, что я ускользаю из его рук и пытался удержать изо всех сил. Он ошибается. Алексей не станет между нами.
– Антон, я понимаю, ты сейчас рассержен, но не говори ерунды. Алексей женат…
– Он уже почти развелся! — оборвал меня на полуслове мужчина. — Причем документы на развод были поданы неделю назад. Его жены уже даже в городе нет. Она вернулась к родителям, в родные пенаты.
Причин не верить Антону у меня не было. Раз он говорит это мне, значит информация достоверная.
– Я не знала. — растерянно ответила я, пытаясь понять, что мне делать с полученной информацией. Стоит ли опасаться Алексея?
– Алена, подумай, если он так быстро расстаться с супругой, то этот Алексей имеет виды на тебя и на ребенка. Ты позволила ему присутствовать на УЗИ и он тут же захотел большего — быть с вами на родах. Что будет дальше? Через две недели ты родишь Снежку и он переедет к вам, чтобы быть с малышкой на правах биологического отца?
В словах антона было так много логики и здравого смысла, что я не на шутку испугалась.
– Нет, конечно, нет! Я не пущу другого мужчину в нашу с Денисом квартиру!
Антон внимательно посмотрел на меня.
– В этом дело, да? Поэтому ты не подпускаешь меня к себе, думаешь, что изменяешь ему? Алена, Денис мертв, а ты жива. Он не хотел бы, чтобы ты хоронила себя.
Я отвела взгляд за окно и стала рассматривать оживленную улицу по ту сторону ресторана. Люди спешили по своим делам, неспешно прогуливались. Кто-то выглядел задумчивым, кто-то хмурился. разговаривая по телефону на ходу, компания молодых ребят громко спеялась и переговаривалась, превлекая внимание. Каждый человек, несмотря на то, что находился рядом с другими людьми, жил в своем мире переживание, проблем, радостей и успехов. А что я?
– Антон, за последние недели все так круто переменилось в моей жизни. Я пытаюсь удержаться хоть за то-то постоянное. — продолжая смотреть за стекло, мне было проще признаться в сокровенном, выдернуть из себя эти тревоги.
– У тебя есть я! — горячо заверил меня собеседник, взяв для пущей поддержке мою руку.
– Нет, — я покачала головой и грустно улыбнулась. — Ты тоже меняешься и требуешь от меня того же, а я совсем одна стою в эпицентре этого хаоса.
Я посмотрела на наши руки. Прикосновение Антона дарили тепло, но он просил за него слишком много.
— Пожалуйста, перестань давить на меня и запугивать Алексеем. Мы не знаем, что у них произошло в семье. Не нам его судить. Он — отец Снежки. Я стараюсь смириться с этой мыслю и идти дальше. Тебе придется сделать тоже самое, если ты любишь мою малышку, если желаешь ей добра.
Я убрала свои руку и устало ладонями провела по глазам и лицу, не боясь испортить макияж. Все по тому, что сегодня ничего кроме пудры и блеска для губ я не наносила. Возможно это слишком самонадеянно, но в августкую жару мне хотелось дать отдохнуть коже от декоративной косметики.
 
– Просто пообещай, что не позволишь ему управлять вашими со Снежкой жизнями. — попросил Антон. — Тебе нужно выделить для него небольшой кусочек и жить спокойно, своей жизнью.
Его голос был мягок и вкрадчив, так обычно говорят с детьми или больными. Меня это разозлило. Он что совершенно не слышит меня? Или ему просто плевать на мое мнение?