Развод в 45. Я буду счастлива. А ты?

В то время, когда Катя, борясь с лишним весом, ходила унылая и с каждым днем теряла интерес к жизни, я был словно окрыленный благодаря девушке, из-за которой не мог спать, не мог есть и нормально работать.
Чувства к Карине били во мне ключом.
Я врал жене, что задерживаюсь на совещании, а сам проводил время с Кариной. Мы встречались то у нее дома, то в «Камине», где нам в любой момент могли предоставить ВИП-комнату.
  
Я отчетливо понимал, что эти отношения приведут к распаду моей семьи и был готов к этому. Это не временное увлечение, а любовь и безумная страсть к девушке, от которой у меня сносит крышу.
С ней я словно начал заново жить.
Вот только новорожденный ребенок никак не входил в мои планы. Я думал, что мы будем путешествовать по всему миру и наслаждаться друг другом, но случилось то, что случилось.
Как только Карина сообщила о том, что ждет от меня ребенка, я принял решение поговорить с Катей.
Ждал, когда закончатся праздники.
Но сегодня она сама обо всем узнала…
И какого черта Карину понесло на прием именно к ней?
Ладно, она же понятия не имела, что это моя жена. Сама переживает теперь, места себе не находит.
После того, как Катя выехала из Лериного двора, я припарковал тачку у ближайшего торгового центра и вызвал Карине такси. Обещал, что, после того, как заберу дочь, подброшу ее до дома, но обстоятельства резко изменились с появлением Кати.
Мне нужно было как можно скорее попасть домой и объясниться перед ней.
Пока ждали такси, Карина молчала. Понятное дело – Лера была рядом. Но когда я пошел провожать ее до такси, она едва не расплакалась.
– Илюш, я понимаю, что очень сильно подставила тебя. Да если б я только знала, что твоя жена работает в той клинике, то ни за что бы не повезла туда племянника.
Я и сам не хотел, чтобы Катя узнала о Карине таким образом. Для жены эта новость стала настоящим ударом.
Видел, как ее трясло, когда мы стояли у машин, и сейчас она не находит себе места.
Обязательно поговорю с ней, как только дети уедут домой.
Думаю, Лера меня поймет.
Она – папина дочка. Балую ее всю жизнь, ни в чем ей не отказываю, все ее хотелки исполняю. А как только она узнала, кто будет амбассадором моей компании, завизжала от радости.
– Пап, она очень-очень крутая. Она же настоящая звезда, офигеть просто! А можешь меня с ней познакомить?
Вот и организовал ей встречу с Кариной несколько недель назад. Помню, сидел тогда в кафе и целый час слушал эти их тра-ля-ля про модельные агентства, фотосессии и прочую белиберду о мире моды и красоты.
В общем, девочки нашли друг друга.
Не так давно приехал за Лерой в университет, она с сияющим лицом прыгнула в мою машину и затараторила скороговоркой.
– Пап, представляешь, Карина поможет мне сделать портфолио модели, а потом познакомит меня с нужными людьми, которым это портфолио, как она сказала, обязательно понравится, – запрыгала на сиденье, затем растянула губы до самых ушей и приложила руку к груди. – О май гад, я сейчас в обморок упаду! Неужели моя мечта стать моделью сбудется? Ну-ка скажи, – прищурилась она, – ты уже представил меня на обложке модного женского журнала? Представил, да?
Я знал, что Лера давно мечтала построить карьеру модели, но мы с Катей были против. Одинаково считали, что с такой карьерой далеко не уедешь, и отправили ее учиться в медицинский.
Хотели, чтобы она пошла по стопам матери и стала педиатром, но после знакомства с Кариной я изменил свое мнение о модельном бизнесе.
Хотя, не сказать, что прям изменил. Скорее, таким образом я решил сблизить дочь со своей новой девушкой.
– Ты только маме не говори, что я собираюсь делать портфолио и все такое, – попросила тогда в машине Лера. – Ты же знаешь, что она будет против. Начнет твердить о том, что я должна быть внимательна к учебе, что мне нельзя отвлекаться, пропускать пары. Потом, когда уже все точно будет ясно, тогда я сама ей скажу, ок?
На этом мы и договорились.
Лера пока не знает о наших любовных отношениях с Кариной. Думает, что я просто с ней работаю.
Ей, конечно, будет обидно за мать, но это пройдет. Тем более вскоре она с головой уйдет в модельный бизнес и забудет обо всем на свете.
А вот разговор с сыном, чувствую, будет весьма непростым.
Богдан бережет здоровье матери, никому не дает ее в обиду и не позволяет повышать на нее голос.
Один раз мы с Катей поругались при нем, так – чисто банальная бытовая ссора, на которую Богдан очень остро отреагировал и буквально потребовал, чтобы я извинился перед матерью.
И только одному богу известно, что будет, когда он узнает, что я от нее ухожу.
– Давай выйдем на улицу, поговорим, – внезапно вырастает он на пороге кухни. – Давай-давай, вставай! – подойдя ко мне, грубо толкает в плечо и, испепеляя взглядом, сжимает губы. – Не заставляй меня применять силу.
 
Глава 8
 
Илья
Богдан первым вылетает из подъезда, разворачивается и, гневно глядя на меня, цедит сквозь зубы:
– Кто она?
Впервые вижу своего сына таким разъяренным. Кулаки превратились в две кувалды, лицо багровое от злости, вены на шее вздуты, грудь взымается.
– Давай для начала ты успокоишься, и я…
– Не надо разговаривать со мной как с ребенком! – повышает голос, и, пристально глядя в глаза, подходит ближе.
Сын, который ростом метр девяносто и в плечах шире меня, стоит передо мной как боец перед соперником и, стиснув челюсти, всем своим видом показывает, что в любую секунду готов закрыть мне рот кулаком.
– Еще раз спрашиваю, на кого ты променял мать?
– Богдан… – набираю полную грудь воздуха, медленно выдыхаю и выставляю перед ним ладони в примирительном жесте, – хорошо, давай поговорим как два взрослых человека. Я встретил женщину, – признаюсь, замечая, как на скулах сына желваки ходят ходуном. – И полюбил ее. Она от меня беременна.
Богдан поднимает голову, смотрит в небо и, крепче сжимая кулаки, протягивает:
– Сука… За что ты так с матерью, а?..
– Богдан, я…
– Она тебя всю жизнь боготворила! – трясется от злости. – Она любила тебя и больного, и без денег, и когда ты был на мели! Вспомни, что с ней творилось, когда ты лежал с ковидом на ИВЛ. Каждое утро бегала в церковь, молилась за тебя, обрывала телефон твоего лечащего врача. ОНА МЕСТА СЕБЕ НЕ НАХОДИЛА, МАТЬ ТВОЮ! – кричит в лицо и, переведя дыхание, хрипло добавляет: – Я ни разу в жизни не видел, чтобы кто-то так же сильно любил, как мать любила тебя.
– Я знаю, Богдан. Я тоже ее…
– Ты ее предал! Ты променял ее на молодую шалаву. И Лерку, как я понимаю, успел с ней познакомить. Кто она там, известная модель? – усмехнувшись, сплевывает на землю и, нагло глядя на меня, поднимает голову. – Захотелось развлечься с молодой девкой? Решил папашей стать перед выходом на пенсию? Тогда давай, собирай манатки и вали к ней. Сегодня же. А если хоть одно обидное слово скажешь матери, если она прольет из-за тебя хоть одну слезу…
Сын приближается к моему лицу и злобно рычит:
– Убью!
Прижимает ключ к домофону, рывком открывает дверь, входит в подъезд, а я остаюсь на улице.
Я понимал, что уход из семьи будет сложным, но не думал, что настолько.
Сын уже возненавидел меня, а с Катей и дочерью мне еще только предстоит поговорить.
– Спасибо за праздник, пап! – вылетев из подъезда, пыхтит Лера, и торопливо застегивает белую норковую шубу. – Вот уж никак не думала, что Ветлицкая твоя любовница. Я как дура сидела с вами в кафе, – усмехается она, – болтала с ней по телефону как с подружкой, – возмущенно всплескивает руками и таращит на меня округлившиеся глаза. – А она, оказывается, тебе вовсе не напарница! Зашибись, пап! Я всегда думала, что у нас с тобой доверительные отношения, а ты взял и…
  
Она поджимает губы и отчаянно всхлипывает.
– Теперь мама из-за тебя считает меня предательницей. Короче, я домой поехала, – вытирает слезы. – Отметили Рождество в кругу семьи, ничего не скажешь…