Непослушание (ЛП)

Я мечтательно вздохнула.
— Какой же ты душка.
— Конец ~
БОНУСНАЯ ГЛАВА
Тихий стук оторвал меня от отчётов, которые я читал, и я нахмурился, посмотрев на лестницу, ведущую в нашу спальню на втором этаже. Сара прилегла поспать после ужина, и если эти чёртовы импы разбудили её, они получат от меня нагоняй. Срок беременности уже подходил к концу, и по ночам она почти не спала. Беременность фейри длилась двенадцать месяцев, и последний триместр для Сары был самым сложным. Ей необходимо было отдохнуть.
Снова раздался шум. Я отложил планшет на диван и тихо поднялся по ступенькам, приготовившись выбросить мелких дружков из окна. Им это не навредит, но принесёт мне немного удовольствия.
Дверь в нашу спальню была открыта, и я шагнул внутрь. Взглядом осмотрел комнату в поисках источника звука. Но маленьких демонов нигде не было видно. Мой взгляд остановился на кровати, где я час назад оставил свою уставшую пару, и обнаружил, что кровать пустая.
Я вновь испытал укол страха, подумав, что Сара опять перенеслась бог знает куда, как это произошло в Рождество. Я быстро пришёл в чувства, осознав, что всё ещё чувствую её. Кроме того Эльдеорин наложил на неё чары, чтобы не допустить повторения перемещений во время беременности.
— Чёрт, — раздался её приглушённый голос.
Я прошёл к детской комнате, которую этим летом пристроил к нашей спальне, и увидел Сару. Она склонилась, пытаясь дотянуться до детской присыпки, лежавшей на полу. Её живот был слишком большой, чтобы позволить ей быть ловкой, и она даже не могла зацепиться пальцами за бутылку.
— Ты должна была отдыхать, — пожурил я, пересекая комнату.
Я поднял бутылку и поставил её на комод у пеленального столика. Затем обнял Сару и поцеловал её в макушку.
— Я не могу спать. У меня такое чувство, что я что-то забыла.
Она вздохнула и положила голову мне на грудь.
— Наши матери подготовили всё, в чём только может нуждаться новорождённый. Если кто-то из них пришлёт что-то ещё, мне придётся строить ещё одну пристройку к дому.
Сара зевнула.
— Ты прав. Я веду себя глупо. Беременность совсем запудрила мне мозги.
— Я люблю твои мозги и каждую частичку тебя.
Она запрокинула голову и состроила гримасу.
— Мой живот размером с кита. Я уже даже не могу дотянуться до пальцев ног.
Рассмеявшись, я осторожно подхватил её на руки и поцеловал её надутые губки.
— Ты никогда не была более красивой для меня.
— А что тебе остаётся говорить, — сказала она, когда я отнёс её обратно в кровать и накрыл одеялом.
Я начал вставать, но Сара схватила меня за руку и потянула к себе на кровать. Она легла на бок, и я обнял её со спины. В эти дни ей было удобно спать только в таком положении. Я положил руку поверх её руки и сплёл наши пальцы. Она вздохнула и ещё ближе прильнула ко мне.
— Если ты слишком устала, чтобы идти на ужин в бастион, мы можем остаться дома, — прошептал я в её волосы.
— И пропустить День Благодарения? Ни за что.
Я улыбнулся от её пылкого ответа. Сара любила праздники, быть в кругу семьи и друзей. День Благодарения и Рождество были тихими праздниками, пока она росла, и она была решительно настроена наверстать упущенное. Она бы провела в бастионе весь день, если бы я не настоял, что нам надо остаться дома до ужина. Иначе она бы вымотала себя и уснула бы ещё до подачи первого блюда.
Под нашими соединёнными руками задвигался малыш, и Сара слегка сместилась.
— Она сегодня беспокойная.
— Тебе неудобно?
— Всё отлично, пока ты меня так обнимаешь.
Удовлетворение наполнило меня. Я обнимал двух самых близких мне людей, которых я любил больше своей собственной жизни. Слушая, как дыхание Сары становилось ровным, я подумал об отчётах, которые должен был бы изучить, но быстро откинул эту идею. Не было ничего важнее самочувствия Сары, и прямо сейчас она нуждалась в отдыхе.
Двумя часами позже я нежно разбудил свою спящую пару и сказал ей, что нам пора собираться. Я помог ей встать, и менее чем через десять минут она была одета и готова выходить.
 
Хуго и Вульф подняли головы. Они спали на улице, на крыльце. Они завиляли хвостами, но не стали прыгать и бежать к Саре, как обычно. Церберы вели себя сдержанно с тех самых пор, как мы вернулись домой в сентябре, и мне стало интересно, могли ли они чувствовать, что она не была достаточно сильна для игры с ними сейчас. Если уж на то пошло, они стали даже более покровительственными к ней, редко покидали крыльцо, когда она была в доме.
Я подошёл к Саре, решив взять её на руки и отнести к машине, но она отмахнулась.
— Прогулка мне поможет, — она глубоко вдохнула холодный воздух. — Хмм. Скоро пойдёт снег. Послезавтра.
— Насколько сильный?
Я уже привык к её предсказаниям погоды. Она никогда не ошибалась.
— Просто кратковременный снегопад, но, похоже, снега этой зимой будет много.
Улыбнувшись, я взял её за руку и помог спуститься по ступенькам.
— Я прослежу, чтобы нам хватило дров.
В сопровождении церберов, мы прошли вдоль тропинки у озера, ведущей к поляне, на который был припаркован внедорожник. Когда мы обогнули озеро, отражение на его зеркальной поверхности привлекло моё внимание к маленькой конструкции с куполом на дальней стороне озера. Фейри называли её родильней, и Эльдеорин установил её несколько дней назад, приготовившись к родам Сары. Когда придёт время, только Саре и фейри будет позволено быть внутри родильни, поскольку на неё наложили особые чары для родов.
Каждый раз, когда я думал о том, что не буду с Сарой во время появления нашего ребёнка на свет, у меня сводило живот. По словам Эльдеорина, она не сможет контролировать свою силу и силу малышки, поэтому мне придётся довольствоваться тем, что я буду находиться снаружи до тех пор, пока не станет безопасно войти внутрь.
Поездка до главного здания бастиона была короткой, и нас ждала приветственная вечеринка уже на ступеньках. Я ещё даже толком припарковаться не успел, как мама с Мадлен уже появились у пассажирской двери, приготовившись помогать Саре выйти из машины. Сара не любила, когда с ней кто-то нянчился, но она мило улыбнулась и позволила им помочь ей.
Отношения Сары с её матерью стали гораздо лучше за последний год. Когда Сара обнаружила, что беременна, Мадлен поддержала её и предложила помощь и совет, что могла дать только мать. Она усердно работала над тем, чтобы возместить потерянные годы и унять ту боль, что она причинила дочери. А Сара, чья способность любить и прощать была безгранична, открыла своё сердце матери, которая отсутствовала большую часть её жизни. Они не были столь близки, как я со своей матерью, но я знал, что рано или поздно они обретут эту близость.
Я последовал за ними в главное фойе, которое было украшено в честь праздника. Из столовой доносились музыка и смех и, войдя туда, я отыскал Сару, которую уже окружили Нейт, Тристан, Крис, Бет и наши родители. Остальные жители бастиона разошлись по залу и разговаривали.
— Выглядишь уставшей. Ты высыпаешься? — поинтересовался Нейт.
Он приехал погостить. Теперь он жил в Эшвилле, в Северной Каролине. За последние несколько лет он довольно много путешествовал, пока этим летом не нашёл место, где хотел бы поселиться. Саре не нравилось, что он жил так далеко, но она понимала его потребность быть в окружении других людей, которые не выглядели вдвое его моложе. Там он казался счастливым, а это всё, что имело значение.
Сара тихо рассмеялась и обняла дядю.
 
— Ты прям как Николас. И да, я много отдыхаю. Николас побеспокоился об этом.
— Никогда не говори девушке, что она выглядит уставшей, Нейт, — за моей спиной раздался бранящий меня голос.
Джордан пнула меня локтем, проходя мимо, и я улыбнулся.
Хамид остановился рядом со мной, а Джордан протиснулась между Крисом и Нейтом, решительно настроенная добраться до Сары. Я уже давно знаю Хамида, но никогда не видел его таким расслабленным. Немного не такой душевный настрой я бы ожидал от пары Джордан.