Непослушание (ЛП)

— Это ещё не всё, — он медленно выдохнул, выглядя при этом так, словно не хотел продолжать. — Магия, которую он обнаружил, на самом деле не остатки двух заклинаний. По словам Ориаса, когда мы с тобой попали под перекрёстный огонь, мы стали частью нового заклинания, которое запаяло трещину в барьере.
Тревожный звоночек прозвучал в моей голове.
— И что, чёрт возьми, это значит?
— Ориас признался, что не знает, как именно он умудрился закрыть барьер, и именно поэтому он так яро изучает магию. Он считает, что возможно всё дело в дополнительном третьем элементе, благодаря которому заклинание сработало.
— Что за третий элемент? — спросила я, как никогда сбитая с толку.
— Мы.
Я сощурила глаза, посмотрев на него.
— Это нелепо. Что такого особенного в нас? У нас же нет способностей к магии.
И впервые с момента нашей встречи, Хамид, в самом деле, выглядел стеснённым.
— Наши Мори связались узами как раз в момент, когда заклинание обрушилось на нас, и Ориас полагает, что связь неким образом усилила заклинание.
— Что? Нет, — прохрипела я в отрицании. — Откуда он вообще узнал об этом?
Хамид запихнул руки в карманы джинсов.
— Я рассказал ему.
— И зачем ты это сделал?
— Ориас сказал, что совмещённые магии должны были убить нас. Он хотел знать все подробности произошедшего, и я посчитал это слишком важным, чтобы утаивать.
Я начала вышагивать.
— Как мило. И что теперь? Заклинание само собой иссякнет, или Ориасу нужно будет снимать его с нас?
Мысль о том, что мне придётся вернуться в Лос-Анджелес с Хамидом, пусть даже на один день, не очень-то хорошо уживалась во мне. Уже даже просто приехав ко мне, он свёл к нулю недельный прогресс в разрыве связи, и мне придётся всё начинать сначала. Отлично.
Он не ответил мне и, остановившись, я посмотрела на него. Увидев, как он наблюдает за мной с беспокойством, у меня скрутило живот.
— Хамид?
— Заклинание не может быть разрушено, — сказал он.
Я безапелляционно махнула рукой.
— Может Ориасом и не может быть разрушено, но Сара сможет уничтожить его, глазом не моргнув. Вообще-то, пошли сами спросим у неё.
— Нет, — он схватил меня за запястье, когда я проходила мимо него. Его следующие слова были подобно удару в живот. — Если заклинание разрушить, дыра в барьере вновь откроется.
Я споткнулась.
— Ч-что?
Хамид ослабил хватку, но не отпустил меня.
— Новое заклинание запечатывает барьер, но мы не знаем какой вред был нанесён до того, как Ориас смог остановить разрыв. Он считает, что уничтожение заклинания может заново открыть барьер и вероятно пошатнуть его устойчивость.
Я уставилась на него, пытаясь осознать сказанное.
— Что случится с заклинанием, когда мы разорвём узы?
Он отвёл взгляд, и когда его взгляд вновь вернулся ко мне, казалось весь кислород покинул мои лёгкие.
— Мы не можем разорвать узы.
Рёв наполнил мои уши, и я пошатнулась, смутно понимая, что он схватил меня за вторую руку, желая удержать меня на ногах. Я слышала, как он говорил, но слова раздавались где-то вдалеке. Всё было заглушено пятью словами, постоянно повторяющимися у меня в голове.
Мы не можем разорвать связь.
Мы не можем разорвать связь.
— Джордан.
Резкий тон Хамида прорезал туман вокруг моего сознания, и я подскочила. Я подняла на него глаза и увидела, что он наблюдает за мной обеспокоенными голубыми глазами. Ещё мне не хватало его доброты или заботы. Я хотела видеть заносчивого, мрачного воина, который никогда не заговорит со мной, только если нет в этом крайней необходимости.
Я вырвалась из его хватки и отошла на несколько метров от него.
— Что?
— Я понимаю, почему ты расстроена, — спокойно сказал он.
— Не уверена, что расстроена верное слово к тому, что я чувствую. И почему это ты не выглядишь расстроенным этим?
Его вид не изменился.
— У меня было на полдня дольше, чем у тебя, для принятия этого.
Я скрестила руки.
— Если ты думаешь, что я приму это, ты безумец. Я не приму пару… никогда.
У меня были планы на будущее, и в них не входил воин-пара, дышащий мне в спину и притесняющий меня. Я уважала Криса и Николаса, но я вдоволь насмотрелась на их гиперопеку над Бет и Сарой, чтобы понимать, что этого не хочу. Я не нравилась Хамиду, да и связь он не хотел иметь, но со временем она начнёт управлять его эмоциями и превратит его в движимую тестостероном сильную боль в моей заднице. Ну, уж нет.
 
На смену потрясению пришла ярость и, сократив расстояние между нами, я с силой пальцем ткнула его в грудь.
— Это всё ты виноват! Если бы ты не набросился на меня как какой-то кровожадный неандерталец, мы бы не попали в эту передрягу. Не было бы связи и никакое заклинание не связало бы нас вместе.
Хамид нахмурился и схватил толкающую его руку.
— Ты ведёшь себя безрассудно.
— Думаю, я заслужила право быть безрассудной, — заорала я на него.
Если заклинание Ориаса не сработало бы, кто знает что случилось бы с барьером. Миллионы жизней могли быть поставлены на карту. Я прекрасно понимала это, но логическая сторона моего сознания вела войну с эмоциональной, и прямо сейчас мои эмоции брали верх.
— Совет уже собирает группу учёных и магов, чтобы изучить магию, — сказал Хамид, словно я и не сорвалась на него пару минут назад. — Они будут работать сообща, пытаясь создать более сильное заклинание, чтобы заменить возложенное.
— Ох.
Я сделала глубокий вдох, едва ли не испытав головокружение от облегчения. У нас были блестящие умы среди учёных, и Ориас был не единственным могущественным ведьмаком в мире. Все они вместе должны будут найти решение этому.
— Нам надо проявить терпение и работать вместе, пока это не разрешится, — он сжал мою руку в своей тёплой ладони, и мой Мори чуть ли не потерял сознание.
Я выдернула руку из его хватки. Чего это он продолжает трогать меня? И так было сложно ясно мыслить, что уж тогда говорить о том, когда он заставляет моего демона сходить с ума.
— Терпение не входит в мои достоинства, — сухо ответила я, снова начав мерить шагами двор. Мне надо было заняться хоть чем-то, чтобы сбросить с себя всю нервозную энергетику. — И нам не надо работать вместе, как и видеть друг друга. Мы просто должны договориться не разрывать связь… пока что.
Хамид провёл рукой по волосам. Я поймала себя на том, что пялюсь на него и вспоминаю, как сильно хотела запустить пальцы в его волосы, когда жаждала его. Тошно от себя самой. Я отвела взгляд и стала ждать, пока он заговорит.
— Есть ещё одна причина, почему я приехала увидеться с тобой, — произнёс он, и создалось впечатление, что он не особо хотел этим делиться. Я уже было собиралась спросить его, что может быть хуже новости, которой он ошарашил меня, когда он сказал:
— Ориас посоветовался с несколькими своими коллегами. Они обеспокоены, что из-за природы нашей связи, заклинание может начать ослабевать, если мы будем не вместе.
Я пыталась сдержать свой гнев.
— Ты что прикалываешься надо мной. Неужели ты на самом деле ожидаешь, что мы начнём жить и работать вместе?
— Мы воины. Мы делаем то, что требуется от нас, — заявил он так, словно это было просто как дважды два.
— Но мы связаны, — прошипела я сквозь стиснутые зубы. — Ты не хуже меня знаешь, что чем больше мы времени проведём вместе, тем сильнее будут узы. Я повидала связанные пары, чтобы знать, чем всё это заканчивается.
Маска спокойствия соскользнула с его лица и на несколько секунд в его глазах отражались лишь отчаяние и боль. И тогда-то до меня дошло: всё это я делала только ради себя, но для него это могло быть ничуть не проще. Может быть даже хуже, потому что связь всегда глубже влияла на мужчин. Он начнёт испытывать чувства к кому-то, кого он не хотел, и он никак не сможет остановить это. И когда мы в итоге разорвём связь, ему достанется больше.
 
И ещё одна мысль пришла мне на ум. Что если у него был кто-то ещё, некая женщина, которой он уже отдал своё сердце? Он никогда не рассказывал мне о своей личной жизни, но даже он не мог работать дни напролёт.