Ты меня бесишь (СИ)

Но, упрямо сжав губы, Александр всё-таки пошёл в ночной клуб. Потому что проблему с вечным залипанием на Мельникову пора решать! И нормально, качественно, а не просмотром порнофильма с последующей эякуляцией в салфетку.
В клубе было шумно, и у Бесова сразу заболела голова. Захотелось лечь спать, причём срочно, и желание найти девушку для одноразовой связи тут же отошло на второй план. Но, нет, отступать поздно…
  
Александр сел за один из столиков, взяв себе безалкогольный коктейль, и обвёл глазами зал. Он даже не успел ни на чём сосредоточиться, когда рядом с ним на диванчик плюхнулась какая-то девица, фамильярно приобняла и дыхнула ему куда-то в ухо, обдав ароматом выпитого алкоголя:
— Красавчик, ты один?
Бесов покосился на девушку и содрогнулся. Твою ж мать! Он терпеть не мог таких девиц. Вся размалёванная, как клоун, с наклеенными ресницами и накрашенными губами в пол-лица, с блестящей от какого-то крема кожей, в открытом со всех сторон платье — словно это не платье, а купальник — и с кокетливой улыбочкой, в которой не светилось ни грамма интеллекта (как и в её глазах).
Девушка вообще не вызвала у Александра симпатии. Не говоря уж о желании. Наоборот — ему захотелось поскорее отбросить её от себя, как упавший откуда-то сверху использованный презерватив.
— Не один, — ответил Бесов, пытаясь отодвинуться. — Иди, куда шла.
— А я к тебе шла! — ещё шире улыбнулась девушка. — Ты такой хмурый. Хочешь, я тебя развеселю? Пошли в туалет!
Что — прям вот так сразу? «Пришёл, увидел, победил»? И ей это нормально? И как часто она проделывает подобное с незнакомыми мужиками?
Александр отлично осознавал, что может пойти с этой девицей в туалет и получить порцию сомнительного удовольствия, но проблема была в том, что ему абсолютно не хотелось так поступать. Уж лучше дрочить в кулак. Насчёт собственного кулака ты хотя бы уверен, что он не бывал ни в какой мусорной куче. А насчёт этой девушки ни в чём уверенным быть нельзя.
— Как тебя зовут? — поинтересовался Александр, рассматривая пережжённые краской светлые волосы. Как же они были не похожи на русую косичку Мельниковой…
— Анжела, — девчонка обольстительно — ну, это она думала, что обольстительно, — улыбнулась и провела ладонью по пышной груди. Бесов перевёл взгляд туда, понимая, что это было сделано намеренно, и вздохнул.
Да что с ним такое? Если в тот момент, когда перед самым его носом — две дыни, он думает о маленьких яблочках, спрятанных под толстовку оверсайз настолько надёжно, что даже и не поймёшь, какого они размера...
Нет, хватит. Проблема действительно принимает катастрофические масштабы.
— Ну пошли, Анжела, — вздохнул Александр и, поколебавшись, взял девушку за руку. Ладонь была липкой и тёплой — гадость, а не ладонь. Но, ладно, сойдёт.
В туалете девчонка медлить не стала — тут же профессиональным движением расстегнула его джинсы, спустила Бесову трусы и опустилась на колени.
— Ух ты, какой классный, — донёсся до Александра её восторженный голос, и Бесов закрыл глаза, пытаясь избавиться от лишних мыслей.
Давай, придурок, насладись ситуацией, ну… Сам же хотел!
Ртом и языком Анжела работала отлично — это Александр не мог не признать. Да и руки не отставали. Возбуждение пришло быстро, и такое острое, что Бесов от него едва не задыхался. Но вместе с ним не менее острым оказалось и чувство брезгливости.
Ночной клуб. Туалет, вряд ли очень чистый. Незнакомая девица на коленях. Сосуще-чмокающие звуки под ритмичную музыку за дверью…
Гадко. Пошло. Совершенно отвратительно!
Что бы сказала Мельникова, узнав, что Бесов занимается подобными вещами? Она наверняка не опустилась бы до подобного — слишком уж чистая и хорошая.
— Спасибо, не надо, — выдохнул Александр и, оттолкнув от себя голову девицы, быстро оправился и вышел из туалета, не слушая доносящихся вслед недоуменных вопросов.
Развлёкся, блин… Спустил пар, да…
В голове одна Мельникова!
  
23
 
Александр 
Бесов отлично понимал, что Арина вряд ли придёт на следующий день в институт, но почему-то всё равно с утра зашёл в магазин и набрал полный пакет продуктов — апельсины, бананы, шоколад, печенье, сухофрукты и много другой вкуснятины. А ещё зачем-то купил дурацкую открытку с цветочками и котёнком. Подписал её: «Выздоравливай. А.А.Б.», засунул в пакет и пошёл на работу с твёрдой уверенностью, что, если Мельникова придёт, он тут же её отвезёт вместе с этим пакетом обратно в общежитие. Но она не пришла, и Бесов был поставлен перед выбором — либо забыть об этой глупой затее, выкинуть открытку и отвезти продукты домой — Анютка тоже с удовольствием всё купленное съест, либо… Хм, а кто из студентов его кафедры живёт в общежитии?
Спустя два телефонных звонка он глянул на часы, убедился, что до конца первой пары осталось десять минут, и пошёл с пакетом наперевес к нужной аудитории.
Со звонком коридор в считанные секунды превратился в море лавирующих, куда-то бегущих, перекусывающих на ходу и о чём-то болтающих студентов. Одновременно с преподавателем начали выходить и третьекурсники кафедры электроники. Бесов внутренне выдохнул — косые взгляды учащихся он легко мог проигнорировать, а вот уйти от вопросов коллег было бы сложнее. В аудитории ещё оставалось довольно много народу, и, надев привычную маску «бессердечного препода», Бесов решительно перешагнул через порог.
— Кулакова Маргарита, третий курс, здесь?
— Здесь, а вы кто? — вопросительно посмотрела на него высокая русоволосая девица.
— Я научный руководитель Мельниковой Арины. Она ведь с вами живёт?
— Да, — замешательство в глазах Риты сменилось яростью. — Так это вы! Она вчера домой пришла — краше в гроб кладут! Сразу вам говорю: раньше следующей недели я её из кровати не выпущу, и…
— Вот и чудно, — прервал тираду Бесов. — И, раз уж вы так печётесь о её здоровье, проследите, чтобы она к врачу сходила. А ещё передайте ей вот это.
С этими словами Александр водрузил на парту пакет, развернулся и ушёл.
Ну и боевая соседка у Мельниковой. Забавно, она младше Арины на два года, а заботится как старшая сестра. Но это и хорошо — будет кому за этим трудоголиком в юбке присмотреть.
  
24
 
Арина 
Когда я вернулась в общежитие, в комнате была только Рита. Бросив на меня взгляд, соседка переменилась в лице. Меня тут же решительно уложили в кровать. А спустя ещё десять минут мне в руки сунули чай, щедро сдобренный малиной, и потребовали объяснить, почему я выгляжу как покойник недельной выдержки.
Чёрт, неужели всё настолько плохо?
Я вкратце пересказала случившееся в институте (правда, о своём пробуждении на чужих коленях и разговоре в машине предпочла умолчать) и уже приготовилась слушать продолжительную лекцию про отстаивание своих прав — возможно, ожидала новых предложений по забрасыванию деканата, министерства образования и других инстанций горой жалоб, — но Рите было суждено ещё раз меня удивить. Она лишь спросила, нужно ли ей бежать в аптеку или стоит вызвать сюда врача. Я прислушалась к себе и постановила, что чай с малиной будет мне лучшим лекарством, а завтра я дождусь Риту с пар и мы вместе сходим в студенческую поликлинику. Как бы там ни было, а Бес прав — к врачу наведаться нужно. Голова ещё болела, хоть и не так нестерпимо, как до обморока, а слабость накатывала волнами. Ну что ж, придётся использовать внезапный выходной по прямому назначению — отдыхать.
Поэтому, допив чай, я завернулась в одеяло и уснула.
  
Я умудрилась проспать до следующего утра, успешно пропустив возвращение соседок, экспрессивный рассказ о моих утренних приключениях в исполнении Риты, а также детальный разбор морального облика Бесова и всей его родословной — в её же исполнении. Разумеется, без цензуры. Правда, наутро Настя милостиво мне всё повторила, прежде чем уйти на подработку. Диану же эта история не впечатлила, и единственный её комментарий был о том, что только настоящая идиотка будет гробить себя ради стопки бумажек, дабы в обмен на них получить ещё одну бумажку, приклеенную к корочке. Сегодня я впервые за всю историю нашего знакомства была с ней согласна.