Его маленький чертёнок (СИ)
Вовремя.
Я вспомнил про свою идею надеть ему на голову торт. Дочь его только что спасла.
– Почему? – спросила Фиса удивленно.
– Палк. Ты зе сходишь со мной в палк? – ослепительно улыбнулась Доминика, глядя на свою обожаемую Анфису снизу вверх большими доверчивыми глазами.
– Да-да, – встряла матушка, – я хотела тебя попросить сегодня приглядеть за внученькой.
– А…? – перевела взгляд на меня Ветрова.
– Буду занят. Уезжаю.
– Угу, уезжает он, – фыркнула матушка, – на свидание со своей… ку… Камиллой, – сдала с потрохами и на этой эпичной ноте замолчала.
Мне впервые за очень долгое время стало неловко. Я терпеть не могу врать, юлить и играть. А от того взгляда, каким одарила меня девчонка, по спине холодок пробежал. Посмотрела осуждающе как-то. Открыто и прямо глаза в глаза. С немым укором, что я почувствовал себя не просто эгоистом, а целой эгоистичной свиньей!
– На свидание, значит? – тихо переспросила Анфиса. При определенных обстоятельствах я бы даже мог подумать, что она разочарована и обижена. Так сильно, что в ответ захотелось крикнуть решительное “нет”. Откреститься от любых отношений с Кэм и обнять. Прижать к себе явно расстроившуюся Ветрову. Но я не могу. Так не могу. Пока не закрыта история с одной, я буду скотиной, если брошусь в отношения с другой.
Анфиса
Я была в состоянии окончательного и безоговорочного эмоционального раздрая. Растеряна и расстроена от предстоящего свидания Демьяна и одновременно дико зла на себя за то, что испытываю такие неуместные эмоции по этому поводу.
Свидание. У Демьяна вечером свидание, а я пойду в парк с его ребенком. Странно? Очень. Но еще страннее, что меня не столько беспокоит тот факт, что моя “встреча” с Бадди сорвалась, сколько сам факт предстоящего уединения цацы Камиллы и Демьяна.
Кто мне Нагорный? Правильно, никто.
Кто ему Камилла? Совершенно верно – невеста.
Садись, Анфиса, пять!
Он ведет на романтический ужин свою невесту – все логично. Они будут пить белое вино, танцевать под звуки живой музыки, смеяться до упаду и много-много разговаривать. А пото-о-ом, возможно, закончат эту романтическую ночь наедине. Где-нибудь в другом отеле, в шикарном номере с видом на ночной Нью-Йорк. Вдвоем. В объятиях друг друга.
Я бешусь. Молча и тихо бешусь. Закипаю, аж пар из ушей начинает валить. В груди разверзлась дыра размером с кратер вулкана, и из этой дыры то и дело с болью прорывается жгучая ревность.
Я не должна его ревновать. Не имею права! Но я ревную. И с этим ничего не поделать. Не могу воевать с собой, а единственное, что мне удается, с трудом, но тем не менее – это удержать на лице улыбку и выражение безразличия. Я даже плечами умудряюсь пожать, когда Флоренция что-то еще говорит про предстоящий вечер.
Все хорошо, Ветрова.
Все очень хорошо! У тебя есть Ника и ее безграничная любовь. И я даже не подумаю отказываться пойти с ребенком в парк и провести с ней целый выходной день! Я хочу. Я, возможно, нуждаюсь в ласке этой девчонки даже больше, чем она во мне. Рядом с ней все волнения и раздражения утихают. Улыбка этого очаровательного чертенка греет до самых темных и мрачных уголков души, а внутри становится так ярко и тепло, как под палящим летним солнцем. Которого почему-то именно сейчас мне отчаянно не хватает внутри.
А Бадди?
С появлением Демьяна я поняла, что Бадди под боком меня совершенно не радует и не воодушевляет. Я не хочу петь и плясать от мысли, что парень рядом, что парень делает какие-то шаги по отношению ко мне. У меня не растут за спиной крылья от мысли, что я ему нравлюсь. Не торкает. Вот так бывает. И я не уверена, что это только потому, что так не вовремя в мою голову пробрался Нагорный. Скорее всего, я рано или поздно и сама бы это поняла. Через время. Возможно, после начала наших отношений. Но обязательно поняла бы, что милый, симпатичный, улыбчивый парень – не мой типаж.
Мой, похоже, самовлюбленный замороженный говнюк.
Бад ушел, а мы вчетвером перекочевали в ресторан. Малышка с бабулей все-таки уговорили меня позавтракать в их компании.
Запоздало, но я вручила ребенку свои подарки и получила в благодарность очаровательную улыбку и крепкие объятия. Доминика Демьяновна была на седьмом небе от счастья от нового плюшевого друга, пообещав мне:
– Я буду с ним спать и гулять, а есе я буду его осень сильно любить! Как тебя и папоську!
Это было так мило, что слезы навернулись на глаза. Демьян же в ответ на всю эту ситуацию тепло улыбнулся. От взгляда, который бросил на меня мужчина, ноги стали ватными и в животе запорхали бабочки, но подсознание вовремя напомнило, что не стоит строить иллюзий на его счет. Это сейчас он мне так улыбается и смотрит, как будто я в его жизни не пустое место. А вечером, в ресторане он так смотреть будет на свою Кэм.
Ну вот, я опять расстроилась.
Флоренция, кстати, пребывала в состояние легкого непонимания: за что я извиняюсь перед ее драгоценной внучкой. Но никто из нас ей про случившийся вчера “косяк” поведать так и не собрался. Да и прописная истина гласит: меньше знает, крепче спит. Вот!
Хотя ее “незнание”, похоже, и не сильно ее напрягало. Вместе с Никой они за завтраком буквально сияли от счастья. Я же пыталась не скиснуть, держась на последних каплях силы воли, а единственный мужчина в нашей компании был задумчив и тих. Хотя, скажите мне, когда он не был задумчив и тих? Сдается мне, это его постоянное состояние. Заводские настройки.
Глава 13
Анфиса
– Фиса, я соблалась! – громко сообщила на весь первый этаж Доминика, вылетая в открывшиеся двери лифта.
На спине у ребенка забавный рюкзак с ушами, а в руках подаренный мною заяц. Мартышка на всех парах летит ко мне, а за ней следом, вальяжно прогуливаясь, плывет Флоренция.
– Заздалась? – подлетев ко мне, улыбнулась Ника.
– Заздалась, – подмигнула я, передразнивая. – Куда идем сначала, решили с бабулей? – спрашиваю, присаживаясь на корточки, поправляя задравшееся платье малышки.
– Бабуля с нами не подет, – ни грамма расстройства на лице ребенка. – Мы подем с тобой вдвоем, клуто?
– Круто, конечно, а почему бабуля не идет?
– Ой, да что-то у меня мигрень разыгралась, – картинно взмахнула рукой Флоренция, подходя к нам, – может, вы как-нибудь без меня справитесь? Я уже не в том возрасте, чтобы по городу на своих двоих расхаживать. Да и вообще, прогулки мне противопоказаны.
– Очень даже наоборот. Врачи рекомендуют пожилым людям больше двигаться.
– Ой, ну вот только ты еще не будь занудой, деточка. Мне еще до формулировки “пожилой человек”, как до луны! И я тебе, между прочим, самое драгоценное, что у меня, есть доверяю.
– Внучку?
– Ну, и внучку тоже. А в целом доверие сына, – подмигнула тетушка Фло, поправляя сбившуюся на голове шляпку. – Пойду лучше бар атакую, а то уже обед, а я еще не выпила свой законный бокал красного вина. Непорядок! – хохотнула женщина.
Вот, вроде годики солидные, а ведет себя, ну, точно как Ника! Что мне остается? Только закатить глаза и улыбнуться. Может, оно и к лучшему, спокойней будет нам вдвоем. Правда, вот есть еще один вопрос:
– А Демьян не будет против? – с сомнением покосилась я с женщины на девчушку, протягивая последней руку, за которую Ника тут же хватается, цепляясь пальчиками.
– Папоська уехал.
– Куда?
– Срочно позвонили, как с завтрака вернулись. Так он почти сразу в такси прыгнул и умчался. Трудяжка – сынок. И про кур...Камиллу свою забыл, и про свидание, и про все на свете.
Я за это время, что прошло с момента завтрака, успела сходить домой и сгонять вместе со Светкой в магазин за продуктами. Я-то думала, у Нагорного сегодня весь день выходной, а оно вон как… интересно, у него когда-нибудь вообще бывают нормальные выходные?