Хозяин звёзд (СИ)

― «Фантом», изменил направление движения. Буду на расстоянии ведения огня через две минуты. ― подтвердил ещё один мой товарищ с позывным «Клаксон».
― Принято. ― отвечаю. ― Я в засаде. Слишком маленькое расстояние до потенциального врага. Продолжаю наблюдение.
Выдыхаю, аккуратно осматриваюсь. Церберы умеют передвигаться практически незаметно. Они буквально прилипают к земле и ползут по ней словно рептилии.
  
Внезапно взлетает птица, которая заставила меня серьёзно напрячься. Выдыхаю.
Но рано обрадовался.
Поворачиваюсь в противоположную сторону, выглядываю из-за торчащих кустов и совершенно случайно обнаруживаю злобный блеск жёлтых глаз.
Внутри меня всё содрогается. В мгновение ока я осознаю, что даже моей реакции и силы не хватит, чтобы направить термоган в цербера.
Как только наши взгляды пересекаются, единственное, что я успеваю сделать ― это увернуться от молниеносного прыжка. Сверкающие в лучах светила когти цербера цепляют мои тактические очки, оставляя на них глубокие борозды.
Оказавшись на земле, я перекатываюсь в сторону, резко выбрасываю пушку и достаю нож, ибо понимаю, что следующий прыжок произойдёт ровно в тот момент, когда я встану на ноги.
И я оказался прав. Если бы попытался выстрелить, шансы на попадание были бы небольшие. Уже к моменту, когда он летел в мою сторону я бы только поднял ствол. Ещё доля секунды, нажал бы спусковой крючок. Но куда бы попал? Вопрос открытый.
Мог вообще промазать.
А вот нож штука надёжная.
Делаю подшаг назад с полуразворотом уже в тот момент, когда он цепляется своими когтями мне в броню. Кажется, находит уязвимое место, один из длиннющих когтей входит прям меж рёбер.
Но благодаря реакции и подшагу, ему не удаётся сбить меня с ног. Лишь цепляется одной лапой. И получает кинжалом по самые гланды.
Это была идеальная позиция. Я так и рассчитывал. По инерции его будет нести чуть назад, значит, масса сделает своё дело. Лезвие кинжала едва проходит через толстую чешую, но из-за того, что цербер продолжает движение, постепенно погружается прямо в грудную клетку.
Проворачивается слегка против часовой стрелки, в тот же момент, я успеваю левой рукой отпихнуть его лапу и в полёте нанести ещё один удар ножом. Получается недурно, прямо кончиком вдоль мышц. Жаль не задеваю артерию. Но ещё не вечер.
За счёт подшага назад, я сейчас находился в крайне удобном положении. Цербер плохо удерживал равновесие из-за своей ошибки, поэтому у меня была буквально половина секундочки, чтобы резко пойти в наступление.
Ибо если оставаться на месте и давать заднюю, цербер крайне быстро очухается. Полученные ранения его не остановят, а только разозлят.
Едва ли у меня наберётся пять секунд, чтобы закончить начатое. Речи о том, чтобы ждать своих ребят, даже не идёт.
Ещё один шаг, затем отталкиваюсь от земли, пролетаю вперёд, прямо между когтистыми лапами, оказываясь буквально в его объятиях. Но оно-то мне и надо. Массой своего тела ещё чуть подталкиваю вперёд, он валится окончательно с ног. В этот же момент начинаю насаживать кинжалом ему прямо в пузо, чтобы проделать хорошую дырку.
Чувствую, как его когти впиваются в спину, разрывая мою тактическую броню, уничтожая систему охлаждения. Он пытается найти любое удобное место, чтобы вонзить мне меж позвонков свои когти, разорвать там всё и обездвижить.
Но за счёт брони, пока не получается. Однако, ему понадобится не больше четырёх секунд, чтобы получилось.
Чувствую, как врубается нейрошторм, мои движения становятся не просто быстрыми, а молниеносными. За секунду я успеваю нанести пять или шесть ударов, в следующую секунду ещё семь.
От неожиданности и моего напора он вгрызается своими смертоносными зубами мне прямо в трапецевидную мышцу с правой стороны. Там очень мало защиты, и, если бы не врубился нейрошторм, я бы наверное почувствовал очень сильную боль. Но благодаря бурлящей внутри меня адреналиновой смеси, я сейчас вообще ничего не чувствовал.
Только действовал в соответствии с инстинктами выживания. Либо он меня, либо я его, либо он меня, либо я его! Машинально перенаправляю ударную энергию в шею церберу. Он держит меня крепко зубами, блокируя часть движений. Но этого недостаточно.
Этого совершенно недостаточно для того, чтобы меня остановить.
Я начинаю вонзать нож ему прямо в шею. По дуге. У меня в руке словно дополнительная поршневая заработала. Понятия не имею сколько ударов я нанёс. Может быть двадцать или тридцать.
Всё как в тумане.
Чувствую, что он уже полностью уничтожил всю броню на спине. Дело за малым. Добраться до любого позвонка и мне конец.
Уже начинаю ощущать холод проникающего когтя… Не могу вырваться. Он держит зубами. Всё. Это конец. Я достойно бился, но даже этого оказалось недостаточно.
Продолжаю разрывать его шею ножом. Не останавливаясь. Если ты, сука меня одолеешь, то я заберу тебя с собой на тот свет!
Внезапно его хватка слабеет, коготь, проникающий меж позвонков, так и не достиг цели, остановившись лишь на разрыве волокон моей широчайшей. Челюстная хватка ослабла, я тут же вырвался.
Плохо помню, что происходило дальше. Всё урывками. Первым делом я вывернул ему лапу и перебил на ней сухожилия. Затем ногой наступил на вторую и начал разрывать его грудную клетку, орудуя кинжалом.
Ещё секунд через пять этой резни, я обнаруживаю, что он уже практически не двигается, лишь смотрит на меня своими жёлтыми глазами с узкими продольными зрачками.
Готов поклясться, что я почувствовал сразу весь спектр эмоций, от страха, до крайней эйфории. Если бы он мог разговаривать по человечески, то я бы услышал: «Это был достойный поединок».
Только секунду спустя, когда нейрошторм перестал работать на полную катушку, я понял, что натворил.
Цербер был изрезан на лоскуты. Грудь, живот, пах, шея. Я его выпотрошил. Когтистая лапа вывернута под неестественным углом. Кости выломаны и раскрошены. Передо мной просто жуткое месиво из того, что когда-то было хищником.
Главным хищником на планете Прайд.
И я победил его в честном поединке.
Встав во весь рост, уже слегка отойдя от произошедшего, я заорал во всю глотку. Мне уже было плевать, что меня могут услышать или убить. Я просто стоял и орал. Я не мог это контролировать. Это был мой боевой клич. Мой посыл каждому, кто перейдёт мне дорогу. Каждому, кто подумает, что я жертва, на которую можно охотиться.
От выстрела меня спасает «Клаксон». Он подлетает, сбивает меня с ног, после чего над нами начинают таять стволы деревьев, листья превращаются в пыль, а в воздухе зависает запах жжёного пороха.
― Чего орёшь, как умалишённый?! Совсем сдурел что ли?!
Я тяжело дышу, ничего не могу сказать, глаза бегают по сторонам. Начинаю чувствовать боль. Сначала в районе позвоночника, затем в трапециевидной, а после уже меж рёбер.
Бактерии начинают разноситься по всему организму. Кровь циркулирует с огромной скоростью. Понимаю, что скоро мне конец. Но не могу говорить, просто дышу ртом так, будто каждый из этих вздохов последний в моей жизни.
Лишь спустя секунд десять Клаксон обнаруживает цербера рядом. Смотрит на меня, потом на цербера, потом снова на меня.
― Фантом, мать твою, ты, сука, живая легенда. ― активирует комлинк. ― Парни, нужно вытаскивать Фантома. Иначе он сдохнет в течение суток. У него нейрошторм не отключается. Глаза полыхают синим цветом.
― А что не так? Что произошло? ― спрашивает Бессмертный.
― Он только что завалил цербера голыми руками.
― Да ну, гонишь!
― Отвечаю, подходи к точке. Его нужно вытаскивать. Получил множественные ранения. Лицо, рёбра, шея, трапеция. Цербер его чуть не разорвал на куски… Видел бы ты, что Фантом с ним сделал. Сука, я больше в спарринг с ним не встану. Он такое же животное, как и эти церберы.
  
― Есть. Выводим. Подготовь его.
* * * * * 
Из воспоминаний я выбрался благодаря звонку от Марка.