Академия для Кэт: Найти координаты (СИ)
Ответ был грубым даже по меркам моего мира. И я уже думала, что Илидана сейчас зарвавшихся ведьмочек закатает в асфальт. Но блондинка лишь ехидно хмыкнула:
— Могу и пойти. Но потом вы будете на коленях меня упрашивать, чтобы я помогла вашей подружке. Она ведь уже выпила зелье, да? Она же примерная студентка и так хочет выслужиться перед преподавателем…
Ответом Илли было ошеломленное молчание, а целительница, подождав несколько секунд, словно чтобы увериться, что до ведьмочек точно дошел смысл сказанного, взяла меня повелительно за руку:
— Идем, Кэт. Если ведьмы отказываются от предложенной помощи…
Уловка сработала. Одна из ведьмочек вскочила на ноги, едва не перевернув миску с супом:
— Мы не отказываемся! Но что ты можешь?..
Хоть убей, я не понимала, какую игру затеяла Илидана и зачем ей понадобилась Шилли. Поначалу я думала, что она надеется успеть перехватить ведьмочку до того. как она выпьет мое варево. Но если она уже выпила…
Целительница равнодушно пожала плечами в ответ:
— Например, вылечить. Кэт-то я уже избавила от последствий.
Ага. И сидела потом на краю кровати с видом ожившего мертвеца. Но вслух я ничего не сказала. И правильно сделала. Так как одна из тех, с кем я делила жилплощадь, решительно поднялась на ноги:
— С Шилли происходит что-то странное и мы заперли ее в комнате ради ее же блага. Вот, думали, что сказать целителям, и можно ли говорить вообще. Ведь если у лекарей будет зафиксирован факт обращения с отравлением, мастер Янтина не засчитает практикум.
— Не засчитает обеим, — многозначительно добавила Илидана. — А я в этом не заинтересована. Я хотела бы, чтобы у моей подопечной было как можно меньше проблем. Так что ведите. Пока слух о произошедшем не дошел до декана Дионы.
Глава 7
Обед заканчивать никто не стал. Мы с Илиданой уже успели насытиться, а ведьмочкам, видимо, от беспокойства кусок не шел в горло. Так что, торопливо избавившись от посуды, мы впятером ринулись по коридорам в сторону жилой территории ведьм.
Нам вслед ругались, гневно шипели, ибо мы неслись, не разбирая дороги и с сталкиваясь с другими студентами. Даже швырялись какой-то гадостью. Однажды у меня сработал висящий на шее защитный амулет. Но даже мгновенный резкий жар на грани ожога на заставил меня остановиться. Меня, думаю, как и остальных, подхлестывало ощущение приближающейся катастрофы. Мы очень хотели успеть. Но все равно опоздали…
Я первой достигла двери в комнату и, задыхаясь почти как в прежние времена, приложила ладонь к дверному полотну, давая возможность магии считать мою ауру. Две секунды, необходимые для этого действия, показались мне вечностью. А когда дверь все-таки распахнулась…
От острого разочарования подкосились ноги. Комната была пуста. Но по ней будто торнадо промчался. Перевернутые, переворошенные, скомканные постели, две кровати сдвинуты с привычных мест практически на середину комнаты, опрокинутые стулья, содержимое шкафа на полу и ветер, ворошащий какие-то бумажки, дотягиваясь до них из распахнутого окна…
— Дохлый гоблин! — взвыла одна из тех, с кем я делила жилплощадь. — Шилли сбежала через окно! Нам конец!
У меня желудок скрутило судорогой: мы же жили не на первом и не на втором этаже! А если ведьмочка сорвалась и упала при попытке побега? Спотыкаясь об разбросанные по комнате пожитки, я бросилась к открытому окну. И сама едва не вывалилась из него, увидев, что творится внизу…
Наверное, это могло бы быть смешным. Во всяком случае, собравшаяся под нашим окном немаленькая толпа радостно галдела и давала скабрезные советы, заливаясь от них гадким хохотом. А мне смешно не было. Ни капельки. Наоборот, горло перехватил спазм ужаса. Потому что там, внизу, на изрядно вытоптанной клумбе, слегка запорошенный снегом, лежал… тот, кто напоминал мне Северуса Снейпа. Проще говоря, преподаватель боевой магии, которого я запомнила по моему идиотскому вступительному экзамену. И лежал он в очень страной позе. Словно… Словно был распят на клумбе за руки и за ноги. А Шилли ползала вокруг него на четвереньках и методично превращала преподавателя в клумбу, втыкая ему цветы везде, где они могли держаться. Цветы… Зимой… Я икнула.
Я была настолько поглощена зрелищем, что подпрыгнула, когда над ухом внезапно раздался чей-то обреченный голос:
— Влипли…
Влипли — это было еще мягко сказано. Потому что ровно в этот момент откуда-то из-за кустов вывернули… магистр Диона и ректор.
В воздухе еще кружились одинокие любопытные снежинки. Кто-то обречено застонал у меня за спиной. А главная ведьма, мигом оценив происходящее, вскинула голову и прищуренным взглядом нашла единственное настежь распахнутое окно. В тот миг, когда наши взгляды встретились, мне показалось, что на шее туго затянулась петля и не дает сделать даже глоток воздуха…
Ректор, ехидно улыбаясь, дождался пока кто-то из попавшейся на горячем толпы, освободил преподавателя боевой магии и исчез вместе с ним в глубинах академического парка. Толпа любопытных как-то очень быстро и умело рассосалась. Осталась лишь расплакавшаяся из-за того, что у нее отняли игрушку Шилли, Диона и мы, стоящие у окна. И мне вдруг стало так жутко, словно я не в магическую академию угодила, а как минимум в лапы зомби из фильма про зомби-апокалипсис в самом его начале, когда героя еще даже на горизонте не видать.
Лютовала на самом деле Диона не долго. Может, минут пять, может, десять. Но этого времени вполне хватило, чтобы нагнать на ведьмочек такого ужаса, что они сами, без моего участия, выложили главной ведьме историю с ложкой. И даже отдали склянку, из которой пила Шилли. Я только горестно вздохнула про себя. Вот же дурочки! Теперь нас Диона под асфальт закатает. Так и вышло.
Сжав склянку в руках и что-то прошептав себе под нос в течении минуты, главная ведьма уставилась презрительным взглядом на меня:
— Тупица! Ты что же не знаешь, что магическое серебро и порошок хламидиомы не сочетаются совершенно?! Куда Янтина смотрела? А Шилли?.. — Ответы явно требовали с меня. Но я упрямо молчала. Если Дионе выгодно делать вид, что я все знаю, просто не хочу пользоваться своими знаниями, то возражать бесполезно. Только нервы себе трепать. — Молчишь? — главная ведьма скривилась, словно глотнула мышьяку. — Ладно, можешь молчать и дальше! — в ее глазах загорелось торжество. — Но от практических занятий я тебя отстраняю до тех пор, пока не сдашь всю теорию, и мне плевать, как ты будешь зарабатывать себе допуски на экзамены, ты меня поняла? Далее. За то, что натворила и сварила катализатор, месяц будешь мыть полы в коридорах главного корпуса. Мастер Нирен покажет, где и чем. Узнаю, что тебе кто-то будет помогать магией — останешься поломойкой до самого конца: либо до окончания академии, либо, что более вероятно, до отчисления! А теперь вон с моих глаз!
Я молча, гордо задрав подбородок и до боли расправив плечи, пошла на выход. Не торопясь, с чувством собственного достоинства, зная, что бешу этим Диону еще больше. И отчаянно желая ей в качестве благодарности от меня получить чем-нибудь не слишком тяжелым по голове. Чтоб не убить, но остудить преподавательское рвение.
Выходя из кабинета, я еще успела услышать, что Шилли свое получит по возвращению от целителей. А девчонки, за то, что покрывали чужую ошибку, должны были неделю помогать кухонным работникам. Тоже без магии.
Отчитывала Диона нас в собственном кабинете. Открыв дверь, чтобы покинуть его, я на мгновение замерла на пороге и нашла глазами главную ведьму. Сама не знаю, зачем. Диона как раз стояла у шкафа, доверху набитого какими-то документами. На самом верху, будто бы придавливая собственной тяжестью кипы бумаг, стоял горшок с каким-то странным и подозрительно казавшимся опасным растением, усеянным крупными багрово-синими цветами. Подумалось почему-то, что Диона и этот цветок в горшке похожи между собою. Хотя главная ведьма в своем черном узком платье с широкими шифоновыми рукавами и умопомрачительным разрезом на бедре, обнажавшим не только стройную ножку в высоком блестящем сапожке, но и резинку наверху чулка, ни капельки не напоминала разлапистое и полное неясной угрозы растение.