Развод. Свобода

– Темирхан Салманов!
Когда он вошёл в зал, что-то говорил прокурор, на него смотрела в упор судья, а я видела, что он даже не смотрит в мою сторону. То, что говорил он, меня словно ножом по сердцу резало, я даже не слушала, что сказал таксист, а вот его я слушала хорошо… Когда суд удалился на решение, в ушах звучал его голос, когда судья вернулась, в глазах потемнело…
– Восемь лет строгого режима!
  
Я резко встала. Внутри всё сжалось… Сколько?
– Помогите! Что с женщиной? Вызовите скорую?
Я резко обернулась… Мама лежала на полу. В глазах застыли слёзы…
– Она мертва! Скорая! Скорая!!!!
В горле встал ком… Мама… А я ведь так и не успела с тобой попрощаться… Сын выбежал из зала суда, даже не взглянув на меня. Это был конец. Восемь лет. Теперь точно конец…
 
Глава 1
 
КАРИНА
СПУСТЯ ТРИ МЕСЯЦА
Я с трудом училась жить, жить не прошлым, а настоящим. На зоне меня не трогали. Меня перевели с СИЗО. Зона значительно отличалась от следственного изолятора. Здесь были другие порядки, другие законы.
Здесь было всё другое и очень страшное.
Здесь ты смотрел на сотни тысячи женщин с изломленной страшной судьбой, и тебе самому было страшно.
До жути…
Очень страшно…
Я понимала, что конец. Женя канул в безызвестность. А Даниил, он помогал, но было понятно дураку, что восемь лет меня ждать и помогать мне точно никто не будет.
Алексей Николаевич тоже поддерживал как мог, только всем всё было понятно, наступал конец. Дальше царили разруха и пустота. Я выйду в сорок и буду с клеймом зечки не более того.
Вся жизнь покатилась под откос, и что самое страшное – я это понимала, что это был конец… Закрываю глаза. Телефон оживает. Алан…
 
Глава 2
 
– Мама! Я у бабушки был!
В горле встаёт ком. Мамы не стало после суда. Врачи не успели спасти, хоть ей было и пятьдесят, сердце не выдержало. Я не знала, взыграла ли совесть за мою юность и детство после гибели папы или всё-таки другое…
Водка… Маму даже не остановила моя хорошая жизнь, Анна, хоть и поджав губы, но часто предлагала мне забрать маму. Только мама не хотела сама.
Встала со шконки. Внутри всё сжималось, болело, а ещё мучил какой-то непонятный кашель.
Обследовали здесь через пень колоду, и хотя все писали на каждом углу, что давно такого нет, всё было и ещё хуже…
Внутри стало болеть ещё сильнее. Очередной приступ кашля заставил меня вздрогнуть. Боже, как больно-то…
– Отец квартиру продал нашу, нас с Мадинкой хочет в закрытую школу отправить! Это тот же приют, мама?
В глазах потемнело. Какого хрена он творит… Какого?
 
Глава 3
 
– Ты кто такая, чтобы со мной так разговаривать?
Темирхан курил, я слышала, что нервничает, а я пыталась что-то понять. Что-то вспомнить, хорошее и доброе, что было в нём.
Я не могла успокоиться, не могла решить внутри себя какую-то особую борьбу. Мы ведь семья были, настоящая семья, и я всегда так считала.
Я его очень сильно любила, я им жила…
Я хотела провести всю жизнь вместе с ним. Считала, что он убил из-за меня человека, а убил Женя, и сейчас я точно знала это. Много чего было. Только сейчас стала понимать, что если бы ни его семья, то меня ни за что бы он не взял в жены, да и не любил он меня, ему просто нравилось, что глупая дурочка влюбилась.
А я ведь действительно глупая была, им жила, ради него на всё готова была. На всё…
Закашлялась. Кашель мучил и давил, сильнее давил. Так что готова была на колени упасть от боли, от разрывающей меня на части боли.
– Туберкулёз? – равнодушно спрашивает он.
Господи… я двоих детей ему родила, столько лет прожили, а у него такое равнодушие.
Скажите, что мне это снится. Сглатываю вновь. Приступ кашля. Очередной. Страшный. Кричать хочется… Рыдать… Больно. До ужаса. Больно…
– Ты совсем с ума сошёл детей в детский дом определять? – с трудом спрашиваю я, задыхаясь от кашля.
Приступ становится всё сильнее, а Темирхан лишь вздыхает.
– Это не детский дом, а закрытая школа, и им там будет лучше! Ты опозорила всех, фальшивомонетчица хренова!
– Это не мои деньги, их подложил ты, и ты это прекрасно знаешь! Я мешала тебе всё продать! Теоне ты нищий не нужен?
Сплёвывает. Я слышу.
– Да что ты! У тебя доказательства есть? Нет! Правильно, моя дорогая, ничего у тебя нет!
Ты просто зечка и никто! А ещё ты лишена родительских прав, и они не твои дети! Поняла меня?
Внутри всё сжимается. Очередной приступ кашля, а в телефон летят гудки. Вот и всё. Вот и конец…
 
Глава 4
 
– Нехер на зону попадать! Это тебе не курорт! Деньги есть, крутая вон какая, бровки, маникюр даже сохранился, а ей денежки подавай!
Толстая конвоирша пихнула меня в спину, а я едва не упала.
Врач, худенькая блондинка, тяжело вздохнула.
– Я не виновата, меня подставили!!!
– Да что ты? – конвоирша рассмеялась хриплым каркающим смехом. – Не виновата она! Все вы тут не виноваты!
– Татьяна Владимировна, мы сами!
Врач, когда конвоирша вышла, осторожно коснулась моей руки.
– Вам рентген нужно делать, я и без стетоскопа слышу, что это не просто бронхит!
В глазах сильнее темнело. Конец. Это был конец…
 
Глава 5
 
В больнице было очень мрачно, а сидеть в окружении конвоиров – так особенно. Прокручивала всю свою жизнь, вспоминала, и на душе было очень больно. Совсем…
Страшно больно. Я осталась без всего. Просто пустота.
Смотрю на обшарпанные стены. На всё, что происходит. На людей, которые еле передвигаются, и я в этой робе. Господи, как унизительно, как это стыдно…
Хочется умереть, а каждый приступ кашля напоминает, что рано, что я ещё жива.
Становится невыносимо. Я смотрю на обшарпанную дверь. Рентген…
– Он здесь! Я тебе точно говорю!
– Ты в своём уме? Нас посадят и дадут лет по 25!
– Заткнись, Тимоха, что ты ссышь!
Поднимаю глаза. По коридору идут два парня в чёрных кожаных куртках. Дверь кабинета открывается. Выходит двое конвоиров, посередине мужчина в наручниках, а за ним ещё двое.
– Стоять, я сказал!
– Вставай, чего расселась!
Конвоирша грубо схватила меня за плечо, а дальнейшее всё напоминало… Замедленную видеосъёмку или дешёвый криминальный фильм. Один из парней в кожаной куртке вытащил ствол, и раздался… Выстрел. У меня потемнело в глазах. Ноги приросли к полу.
– Дупа, ложись!
Последнее, что я видела, это… Как под головой одной из моих конвоирш расстеклось… Алое пятно крови.
Конец… Кажется, это конец…
 
Глава 6
 
– А ну встала! Что разлеглась?
Меня тащили по коридору, и я получила по голове чем-то тяжёлым. Боже, что это… Гаечный ключ?
В голове словно что-то взорвалось. Больно так… Из носа течёт кровь. Приступы тяжёлого мучительного кашля вперемешку с кровью.
Боже, как больно.
– Тащи её!
– Ты с ума сошёл? Нас Белый убьёт, ты зачем эту тёлку прихватил!
Последнее, что я помню, – голубые холодные глаза.
* * *
Открываю глаза. Боль. Словно монтировкой по голове ударили. Прижимаюсь к стене. Твою мать, у меня руки связаны.
Дёргаюсь и вспоминаю всё, что было. Меня похитили из больницы. Что это за люди? Кого они спасли? Что это за мужчина?
От ужаса у меня темнеет в глазах. Господи, что происходит, что…
Закрываю глаза, а память уносит меня назад. На много лет тому назад…
МНОГО ЛЕТ НАЗАД
– Опять гадина нажралась! Настя, вставай! Настя!!!
  
Я мрачно смотрела на валяющуюся маму. Опять напилась. Пожилая соседка Зинаида Ивановна пинала маму, а я, вздыхая, подхватила её сумку.
– Господи, Карина, девочка моя! Одна кожа да кости остались!