Хождение за три неба (СИ)

Честно говоря – я был доволен! Егор именно тот человек, который был нужен Косте на Короне. И оперативник толковый, и боевик выше всяческих похвал. А вот интересно – Петровича пригласят? Ну, здесь не я командую, а Костя. А мне надо бы смотаться к Лому.
Я и смотался. Безжалостно бросил Олесю на попечение матери, вручил им свою платиновую банковскую карту, дал реквизиты германского склада фирмы "Sukin & Son" для забивания нахомяченым барахлом и высадил дам в Стокгольме. А сам метнулся к Лому.
  
Старший помощник встретил меня радостным и довольным, как слон. Оказалось, что был и повод – он, наконец-то, научился оперировать языком демонов. Термин "говорить" не подходил для нас, людей. Факелы не говорили, они общались сигналами своего языка в энергетическом спектре. Лом гордо показал мне первый вариант электронного переводчика – неказистый ящичек размером с толстую книгу. Я с сомнением потянул носом.
–Ты знаешь, Ломидзе, а у архимага на Короне разговорный амулет поменьше будет… И как твой гроссбух таскать прикажешь? Он ведь мне на Задаче круглые сутки нужен будет. А с таким аппаратом особо не побегаешь…
Лом тут же оскорбился и полез в бутылку.
–Слушай, Афанасий, ты совсем стыд потерял! Ни "спасибо" мне, ни грамоты "Лучшему изобретателю и рационализатору", ни… Одним словом – зажрался ты! Я тут, понимаешь, совершил научный подвиг – расколол систему передачи данных у факелов, а ты – транслятор, видишь ли, большой! – Тут Лом не выдержали вновь разулыбался, вспомнив, видать, о своем научном достижении.
–Не кипятись, Лом. Я только хотел тебе сказать, что у магов с Короны тоже есть свои наработки в области амулетов-разговорников. И ты мог бы поручить тому же "Скафу" переговорить с архимагом, скажем, или кто там у них отвечает за этот участок работы… Переговорить и попробовать сделать твой транслятор поменьше размером. Чтобы пользователь его в карман мог положить, что ли… А не носить в рюкзаке на спине. Или как кенгуру – в сумке на брюхе.
–Это можно сделать, – задумался Лом. – Ты знаешь, Афоня, когда я его делал, то не задумывался о проблемах миниатюризации и эксплуатации устройства, честно говоря. Главное для меня – было решить задачу, сделать прибор. И я эту задачу решил!
Довольный старший помощник вновь расплылся в улыбке.
–Решил, решил, никто ведь и не спорит, Лом! А теперь реши мне следующие задачи. Мне на Задачу нужны штук десять медкамер. Ну, там всяких кибердокторов, диагностов и прочих реаниматоров. Естественно, с расходниками. Видишь ли, в чем тут закавыка, Лом… – я задумался. – В общем, сейчас на Задаче уже есть ученые. Теперь дело за героями. Да не меняйся ты в лице и не беспокойся понапрасну! Дед мне их обеспечит! В самом широком ассортименте… Но, видишь ли, в чем тут дело… Немолодые они, эти герои… Проще сказать – в основном глубокие старики. И здоровье у них сильно подорвано. Это уж их противники сильно в свое время постарались. Но не удалось им – наши старики одними бинтами вылечились, а от противников только белые косточки остались. В общем – лечить мне их надо, Лом! Ты не думай, я не на шару эти сундуки приватизировать собираюсь, я купить реаниматоры хочу, вполне официально. Ресурсов целой планеты на это ведь хватит, Лом? А то, что я на Короне нашел, то я там на станции и оставил. Не приучен тянуть чужое… Ну, что скажешь?
Лом долго молчал о чем-то напряженно думая. Наконец он осторожно спросил.
–Ты медцентр на Короне привел в порядок? Хорошо… – Мы вновь немного помолчали. – Все, что я могу сделать – это передать твой запрос по инстанции… Это я сделаю. Плюсом является то, что ты ухитрился за время нашего шебутного сотрудничества нахватать у моего руководства бонусов и плюшек. Ну да… За прекращение войны на Короне, за предоставление места для проживания клану факелов на Задаче, за помощь населению планеты магов, еще кое за что… В общем, нереальной твоя просьба мне не представляется. А чем расплачиваться мыслишь?
–А расплачиваться будет в первую очередь королевство Стаггард! Оно мне, понимаешь ли, немного задолжало… А чем? Да чем угодно! Драгоценными камнями, золотом – его на планете в избытке, экспортной древесиной и итальянской мебелью, вот! – захохотал я. – А если серьезно – я буду рассчитываться информацией по исследованию моей Задачи, высокими технологиями факелов и… синими энергокапсулами!
–Ты еще синих котят предложи… Я, между прочим, серьезно. Ну что ж, предложения твои звучат здраво и интересно. Я думаю, медкапсулы ты получишь…
–Эх-х, раз пошла такая пьянка! Слушай сюда, Лом. Еще мне нужно будет… – я пригнулся к самому уху старшего помощника и кое-что ему прошептал.
–С ума сошел, Афоня! Это же не лезет ни в какие рамки… Биоценоз…
–Немного, Лом! Трех-четырех мне будет вполне достаточно! И за ними будут следить, очень пристально следить, уверяю тебя. Просто ежечасно холить и лелеять! И это не к спеху. Это потребуется еще примерно через пару лет.
–Я подумаю… – буркнул этот уберменш из погреба.
К вечеру я вернул в родные пенаты практически выбившихся из сил в борьбе с наиболее дорогими образчиками общества потребления маму и Олесю. Вернул их, увешанных роскошными забугорными пакетами. Верите ли – у них еще хватило батарейки на трехчасовое шуршание этими пакетами и упаковочной бумагой в спальне родителей перед здоровущим зеркалом на встроенном шкафе. Железные леди! Все это время мы с отцом просидели на кухне, беспрестанно куря. Отец от голода – его никто не собирался кормить, а я от злости. Мне ведь еще предстояло везти Костю и Егора в замок "Союз". В конце концов, одетая в новые тряпки, из спальни вышла усталая Олеся и позволила утащить себя к деду на дачу. Как она сказала – под сень дерев! Ага! Глубокой осенью-то! Сень! Правда, на даче деда было упоительно тихо и воздух, воздух был упоительно хорош! А на кухне вообще пахло яблоками и поздними персиками. Олеся отрубилась, едва дойдя до койки. Я же говорю – стахановская вахта! А рекордную высоту трудно достичь, еще труднее её удержать… третий день в течение одной недели. Я выключил везде свет, проверил, заперта ли дверь, и вызвал Шарика.
Но перед визитом в спортлагерь, я решил на бегу посетить одного пенсионера-беллетриста.
–Здрав будь, Петрович!
–О, Афоня! И тебе не хворать! – радостно замолотил Петрович, переворачивая, однако, лежащие перед ним исписанные листы по многолетней привычке текстом вниз. – Какими судьбами?
–Да вот, избу я построил. Себе на голову… Всадница сейчас просто в раж впала – метет с прилавков все, от чайников и занавесок, до ЖК-панелей и компьютеров. А я за ней таскаюсь как рабсила и походный кошелек.
Петрович засмеялся.
–Да уж, молодая жена! Но ты не трожь её, Афоня. И не препятствуй. Она сейчас главным делом в своей жизни занимается – ухетывает свое гнездо…
–А я считал, что главное дело в жизни женщины – это рождение ребенка?
–Оба они главные! Но если она родит тебе трех, к примеру, мальцов в течение шести лет, то таскать мебель с места на место и менять шторы она будет всю жизнь… – Петрович с какой-то хорошей грустью поглядел на меня. – И бог ей в помощь, Афоня… Не мешай своей горлице, а будь ей надежной опорой и защитой! А там все само по себе приложится. Не первые мы, чать, мужики с бабами на земле… Ну, как там твой дед?
  
–Да хорошо… Магию вот взялся изучать. Замучил меня совсем. Заселять мою планету собрался, ученых вот-вот приведет. А потом, говорит, очередь за героями и мечтателями. Я тут одного подобрал – Егора с лагеря! Ну, ты его знаешь. Только вот пока не разобрался толком – герой он или мечтатель?
–Да-а… – Петрович невольно взглянул на свои бумаги. – Замучил, говоришь? Не одного тебя…
Я разом все понял.