Правильный лекарь. Том 9 (СИ)

— Может тебя как джина в лампу закатать? — хмыкнул я.
— А чё, Сань, давай! Я нисколько не возражаю! Ты только лампу подходящую найди, чтоб со всеми удобствами.
— И с застеклённой террасой? — решил я уточнить.
— Или лоджия хотя бы, чтобы было где сушить носки и труселя, — хихикнул Валера. — А может эта твоя Мария сможет меня хоть в какой-нибудь кувшин засунуть? Я даже пообещаю оттуда всю дорогу не вылезать. Ну только одним глазком в окошко буду смотреть и всё.
  
— И где ты видел кувшин с окошком?
— Сань, не придирайся к словам, — буркнул Валера и опять затих.
— Валер? — спросил я у пустоты через несколько минут.
— Не мешай, я мечтаю, — буркнул призрак откуда-то издалека.
— О чём, интересно? — хмыкнул я.
— В море в маске ныряю за крабами, а ты отвлекаешь, — проворчал Валерий Палыч. — Эх, вот было бы здорово, если у неё всё получится. Даже в собаку согласен. Ты любишь собак, Сань?
— Всегда хотел завести, да так и не решился, — сказал я. — Только в йорка не превращайся или шпица, не люблю этих.
— Лабрадор сойдёт? — поинтересовался Валерий Палыч.
— Вполне, — кивнул я. — Ладно, всё, не мешай мне, поработать надо с документами.
— Всё, всё, молчу, — сказал Валера и наступила тишина.
За эти дни мы уже получили немало информации по сосудистым заболеваниям, которую можно и нужно систематизировать, но пока что это лишь крупинка в большой куче, работать по-хорошему только начали. Я решил завести специальный журнал, куда буду вносить информацию, полученную за день. Раз уж собрался первым в Российской империи написать монографию, значит и подготовиться надо основательно, чтобы в комментариях тапками не закидали.
Так, ещё нужна листовка для знахарей по ишемической болезни сердца. Внезапно меня осенило. Что у нас преимущественно поражает атеросклероз? Да ежу понятно, что артерии. И понятное дело, что все. Но какие ещё важные сосуды пока ни разу не упоминались? Правильно, артерии шеи и головного мозга. А вот это вообще страшная тема и ей скорее всего никто не занимается. Возможно, над этим работает Гааз, но я к нему с расспросами не пойду по понятной причине, отпадает. Симптоматика здесь весьма разнообразная. Можно просто посоветовать сканировать сонные артерии всем пациентам старше пятидесяти, что тоже не особо-то легко осуществимо. Но, главное хоть с чего-то начать.
Я всё сидел, окопавшись в тетрадях и записях, хотя глаза уже давно на это всё не смотрели. Можно было встать и уйти, но я ждал звонка Насти, она должна была позвонить, когда освободится. Мы уже даже успели ещё раз обсудить с Валерием Палычем лампу Алладина и другие возможные способы транспортировки бесплотных духов на дальние расстояния, когда наконец зазвонил телефон.
— Саша, я освободилась! — прозвучал жизнерадостный голос Насти, я даже начал немного завидовать. — Я уже почти дома, приезжай!
Я не спеша собрался, оделся и выехал в её сторону. Совсем забыл про вечерние пробки, которые замедлили процесс доезда до её дома. В итоге я подъехал, когда она уже снова вышла из парадной. Погода сегодня была замечательная, что является редкостью в северной столице, и мы решили этим воспользоваться и прогуляться.
Ходили по Невскому, болтали на отвлечённые темы, потом зашли в кафе, чтобы выпить безалкогольный глинтвейн и согреться. Прямо там на диванчике я и задремал. Настя меня с трудом растолкала, я отвёз её домой и поехал домой сам.
Всё-таки неплохо иногда уматываться так, чтобы в итоге лечь спать пораньше. Зато сегодня утром встал как следует выспавшимся, с инициативой поддерживал разговор за завтраком. В кои то веки родители смогли услышать от меня рассказ о моих достижениях и размышлениях.
В манипуляционный кабинет торопился, как никогда, но всё равно раньше князя прийти не удалось. Он и его изгнавшая нетрадиционным путём демонов сопровождающая уже сидели под дверью и радовались моему появлению.
— Доброе утро, Михаил Игоревич! — приветствовал я пожилого пациента с высокой должностью соответствующим его рангу поклоном. — Прошу прощения за задержку.
— Бросьте, Александр Петрович, — махнул он рукой и улыбнулся. — Это просто мне старому хрычу не спится, вот и пришёл в такую рань. И вам доброго утра и отличного дня!
— Как сегодня ваше самочувствие? — поинтересовался я, когда мы уже были в кабинете.
— В тот день немного побаливало к вечеру, — ответил князь. — Но я выпил таблетки, что вы мне давали, и всё прошло. На следующий день был небольшой дискомфорт, а сегодня утром проснулся, как здоровый человек, даже идти никуда не хотелось. Это уже больше Зоя Матвеевна настояла, сказала, что надо делать всё, как сказал Склифосовский, он плохого никому не пожелает и не посоветует. Вот я и пришёл, чтобы довериться вашим рукам.
— Спасибо за доверие, Михаил Игоревич, — улыбнулся я ему в ответ на комплимент. — Я вас не подведу. Располагайтесь.
В этот раз я всё распланировал и никуда не торопился, поэтому можно спокойно просканировать его в поисках метастазов. Как я в принципе и ожидал, их тут был полный набор. Три узла в печени, по нескольку мелких в обоих лёгких и явные изменения лимфоузлов вдоль брюшного отдела аорты и в брыжейке. Работы непочатый край, дай Бог за месяц это всё убрать. Но я постараюсь сделать это быстрее, тем более что он хорошо переносит процедуру.
Катя погрузила Волконского в глубокий сон, и я начал процедуру с доработки основной опухоли. Общий желчный и Вирсунгов протоки, которые я модифицировал в прошлый раз, были проходимы, стенка достаточно толстая и плотная, в доработке не нуждается. Пучок магической энергии направился в сторону оставшейся части новообразования, планомерно удаляя зловредные такни сантиметр за сантиметром. Периодически начинали кровоточить питающие опухоль сосуды, но я это быстро останавливал, так что общая кровопотеря сравнима с удалением зуба.
Когда новообразование было удалено мной полностью, энергии в ядре оставалось даже больше половины, поэтому я приступил к зачистке лимфоузлов. Удалось за одну процедуру убрать все, которые мне хоть чем-то не понравились. Так это получается, что остались только метастазы в печени и лёгких. Большими размерами они не отличались, значит я смогу расправиться с ними за пару процедур. Значит ни о каком месяце лечения речи уже не идёт.
— Александр Петрович, а много ещё осталось удалять? — спросил Волконский, когда Катя вывела его из операционного сна.
— По количеству и распространённости немало, но узлы небольшие и хорошо поддаются, так что за пару процедур, возможно, закончим, — ответил я, помогая ему встать. — Ну может максимум три. Вы располагаете таким временем? Процедуры будем делать два раза в неделю.
— Это получается, что следующая неделя и всё? — уточнил князь.
— Скорее всего да, — кивнул я.
— Ничего, подождут, — махнул он рукой. — С возрастом начинаешь понимать, что мир без тебя не рухнет. Ведь если бы я не занимался этой болячкой изначально, меня бы уже давно отнесли вперёд ногами, и Российская империя в ад не провалилась бы. А сейчас все смогут немного подождать.
— Отлично. Тогда жду вас так же утром в понедельник. Только я вас очень прошу, не приходите в семь утра.
— Постараюсь, — рассмеялся Волконский. — Буду себя сдерживать.
— Я его к кровати привяжу, — сказала тёща градоначальника. — В семь отвяжу, тогда он как раз к восьми и приедет.
Так и хотелось сказать «совет вам да любовь», еле сдержался. Даже представил, как она приковывает его к спинке кровати пушистыми наручниками. Прям голубки, да и только. Ну а что, любви все должности покорны. Тьфу ты! Возрасты.
  
— Вот и отлично, — сказал я уже вслух и сдержанно улыбнулся, стараясь не ржать. — Жду вас в понедельник к восьми.
Всё оставшееся время до обеда я занимался в основном медицинской сортировкой. Первичных пациентов не с сосудами было процентов двадцать, не больше. И трудно выполнимых задач среди них не было, разве что только артриты к весне разыгрались, один пришёл с подагрическим артритом суставов левой стопы.