Испытание (СИ)

— А теперь посмотрим как оно есть на самом деле, — принялся я разрушать созданный Ключниковым миф. — Одна целительница ушла в декрет, а это значит, что уже года через два она может вернуться к работе. Паршина ушла по собственной глупости и хотела вернуться, но время уже вышло. Бричкин скомпрометировал сам себя и опозорился, после чего перевёлся в другое место, а Катя так вообще пошла на повышение. Обычная текучка кадров.
  
— Как знать, — протянул парень.
Новость о повышении Тихомировой быстро разнеслась по всему отделению.
— Ты слышал, кого нам поставили на должность старшего целителя? — выпалил Артём, едва мы встретились с ним в коридоре больницы.
— Разумеется, Катя ведь работала в моей бригаде.
— Катя? Ты эту крысу называешь Катей? Тарасов протащил свою дочь на пост старшей целительницы в нашей бригаде, а я теперь должен ей подчиняться. Нет, ты можешь себе представить нечто подобное?
— Тём, твоя неприязнь к Тарасову не должна влиять на ваши отношения внутри бригады. И тем более, на твоё отношение к Тихомировой. Да, она дочь Николая Юрьевича, но на роль старшей целительницы её поставил Радимов.
— Вот я сейчас пойду к нему, и пусть он мне объяснит почему старшим целителем в бригаде отца назначили эту мымру, а не меня.
— Можно никуда не идти, я уже здесь, — послышался впереди спокойный голос заведующего. — Госпожа Тихомирова назначена на должность старшей целительницы по той простой причине, что у нас попросту нет других кандидатур, которые бы отвечали требованиям. Я даже больше скажу, она не может занять руководящую должность во второй бригаде ещё месяц, до первого сентября, когда опыт работы у Екатерины Николаевны составит пять лет. Почему я не назначил старшим целителем вас, Мокроусов? Да, я знаю, что отец видел вас своим преемником, однако должен напомнить, что у вас недостаточно опыта работы на должности младшего целителя. Кроме того, не хватает навыков и опыта для получения этой должности. Старший целитель — это не просто гордое звание, лидерская должность внутри бригады и прибавка к заработной плате. Это опыт, умение самостоятельно проводить сложные операции, это уверенность, которую излучает лидер и проецирует на коллектив. В конце концов, это умение сохранять работоспособность коллектива. Многие целители, имеющие даже десять лет опыта, вынуждены работать младшими целителями, потому как не соответствуют требованиям, поэтому я советую вам, Мокроусов, обратить внимание на свои показатели и заняться их совершенствованием.
Егор Алексеевич наградил Артёма долгим тяжёлым взглядом, а затем продолжил путь к своему кабинету, как ни в чём ни бывало.
— А у Тихомировой, выходит, показатели вас устраивают? — вспылил парень.
Радимов резко повернулся и уставился на Мокроусова взглядом. Мне показалось, что сейчас он начнёт его отчитывать, но вместо этого заведующий смягчил тон.
— Артём, я не просто знал твоего отца. Я считал его своим другом. Более того, он многому меня научил, и тебе это прекрасно известно. Ты потерял в тот день отца, а я остался без наставника. Я помню обещание, данное твоему отцу. Когда ты будешь готов, он уйдёт на заслуженный покой, а ты займёшь его место. Но жизнь вносит свои коррективы даже в, казалось, самые надёжные планы. Никто не мог представить, что Пётр Афанасьевич уйдёт из жизни так рано. Поверь, я сделаю всё возможное, чтобы помочь тебе стать старшим целителем, когда придёт время. Сейчас у тебя за плечами всего одиннадцать месяцев работы целителем, и ни о каком руководстве бригадой не может быть и речи.
— Я вас услышал, — выдавил из себя Артём. Я видел, что каждое слово даётся ему с трудом, и ему нелегко сдерживать себя в руках.
Радимов это понимал не хуже моего, поэтому подошёл и обнял Мокроусова.
— Понимаю как тебе сейчас тяжело. В тебе говорят эмоции. Я сам тяжело пережил утрату отца, но рядом были люди, которые меня поддержали. В своё время Пётр Афанасьевич заменил мне отца, став сигнальным маяком и надёжной опорой. Судьба распорядилась так, что теперь я стану опорой для тебя.
— Спасибо! — произнёс парень, сглотнув стоявший ком в горле. — Я обязательно стану достойным. Когда придёт время, я стану тем, кто заменит отца и прославит его имя.
Да, чувствую, через несколько лет борьба за должность старшего целителя разгорится с новой силой. Подоспеет новое поколение целителей, которые попытаются сбросить с насиженных мест старожилов. И если я не стану торопить события, лучше наберусь опыта и дам спокойно доработать людям, то у некоторых коллег могут быть совсем иные взгляды.
Только мы отошли от новости о переходе Кати, как через пару дней Радимов огорошил нас новым событием.
— Через пару минут в отделение поднимется человек, который будет работать младшим целителем в вашей бригаде, — объявил Егор Алексеевич.
Удивительно. Впервые вижу, чтобы человека представляли ещё до того, как он появится лично. С чем связано такое событие?
— Прошу вас быть с ним предельно осторожными, — продолжил заведующий. — Вы прекрасно знаете, что я ответственно подхожу к формированию коллектива нашего отделения, и далеко не каждый специалист может получить моё согласие, но Писемского мне навязали. Причём, за него поручились люди такого масштаба, что у меня не было никакой возможности отказать.
Радимов вышел из ординаторской, оставив нас в тишине.
— Ничего, нам не привыкать, — нарушил повисшее молчание Макс. — Был у нас Бричкин, да долго не продержался. Посмотрим что это за кадр. Если порядочный, то сработаемся. Нет — через пару месяцев выживем.
— Гляди, как бы тебя не выжили, — одёрнула его Марина. — Сказано ведь было, что серьёзные люди за него хлопотали.
Дверь в ординаторскую отворилась, и порог переступил Радимов, но на этот раз он был не один. Следом за ним в кабинет вошёл мужчина лет пятидесяти с короткими седыми волосами и проницательным взглядом.
— Бригада, представляю вам нового коллегу — Писемского Семёна Терентьевича, который будет работать на должности младшего целителя, — произнёс Егор Алексеевич.
— Что-то он не очень похож на «младшего», — съязвил Макс.
— Уверяю вас, это не надолго, — расплылся в улыбке мужчина. — Жизнь полна сюрпризов и чем-то напоминает колесо. Ты то находишься вверху, то стремительно катишься вниз. Одно лишь постоянно — за падением непременно идёт взлёт.
— Опыта у Семёна Терентьевича хватает, так что я уверен, что проблем с работой не возникнет, — заключил Радимов, бросив многозначительный взгляд на Сарычеву.
— Что же, давайте приступать к работе, а то пациенты того и гляди, без нас вылечатся, — рассмеялся мужчина.
После обхода Нина Владимировна забрала Писемского на плановую операцию, а мы с Максом и Мариной занялись процедурами.
— Не нравится мне этот Семён Терентьевич. Какой-то он скользкий, словно уж, — призналась Семенюта.
— Посмотрим, — отмахнулся я, не желая развивать эту тему. У меня и у самого возникло неприятное ощущение от новенького. Поведение Писемского и его слащавые речи напоминали змею, что вьётся в танце, желая загипнотизировать жертву и сожрать.
  
Глава 9
 
Паучья сеть
 
Следующие несколько дней Писемский старался не привлекать к себе внимание. Он любезничал со всеми, старался производить впечатление своего в доску парня и больше слушал, чем говорил. Во время обход с пациентами общался вежливо, и я бы поверил, что судьба послала нам добрейшей души человека, если бы не его взгляд. Говорят, в глазах человека часто видно отражение его души, помыслы и скрытые эмоции. Семён Терентьевич часто смотрел с ненавистью, презрением и едва скрываемым отвращением. Эти эмоции нельзя скрыть, но как же умело он держал себя, что даже диагностика состояния его организма не показывала всплеска определённых показателей, которые могли бы разоблачить умелого актёра.
  
Я старался вести себя сдержано и не болтать лишнего при нём, из-за чего на работе быстро возникло ощущение дискомфорта. Постоянное напряжение и самоконтроль не давали расслабиться, а с дежурства я приходил выжатый, словно лимон. Но внутреннее чувство подсказывало, что со временем я не пожалею о подобной осторожности.