Сокровище Пустоши (СИ)

Великорожденные поклонились, выказывая почтение гостю. Трабиэль так же, отвесил вежливый поклон.
— Раз знакомство состоялось, расскажу, для чего тебя пригласили. Ты говорил, что не связан ни с одним из родов Великого леса. Нас не интересует, почему это произошло, у каждого своя дорога, — торжественно начал говорить глава обители, — мы хотим предложить тебе новый путь, путь света и равновесия. Все мы, состоим в старинном ордене хранителей Великого оборота. Можно сказать, это не столько орден, сколько клан. Мы семья. Наша задача — отслеживать угрозы миру, по возможности пресекать их. Если согласишься, Мэллорн, наделит тебя особенной силой, ты сможешь общаться с духами предков, получать знания. Над миром нависла угроза, мы прилагаем усилия, чтобы темные силы остались там, где сейчас находятся. К сожалению, мы не могли открыться раньше. Но остановимся, нас ждет Мэллорн, пришло время укрыться под его сенью.
Мэнелторн замолчал, поманил Трабиэля, повернулся к поляне, где в лунном свете, отливая серебром, стояло величественное дерево. Как только все семеро ступили за круг, опоясывающий Мэллорн, наступила полная тишина. Исчез стрекот цикад, шум ветра, шелест листвы.
— Твой друг рассказал, о монахе, оставившем ключ в архиве имперской академии, — продолжил прерванное повествование Мэнелторн, — этот монах посланник сил, с которыми мы еще не встречались. Мы много веков искали карту, этим же занимался орден отверженных. Сейчас ключ в Пустоши и нам очень нужно, чтобы события развивались по нашему сценарию, а не пошли по заведомо проигрышному пути. Мы предполагали, что карта пересекла границу Пустоши, но до конца не были уверены. Теперь нам придется схлестнутся с отверженными. Мы надеемся, что есть сила, заинтересованная оставить Бурсуна в могиле. Наш враг коварен, умен, справиться будет сложно.
Ты все узнал, мы хотим спросить о твоем решении, готов вступить в орден?
— Прежде чем ответить, могу задать вопрос? — спросил Трабиэль, в голосе слышалось смятение.
— Конечно, задавай, — ответил Мэнелторн.
— Вчера вы не словом ни жестом не обмолвились, что вам известно о карте, ваши вопросы звучали искренне. Почему вы это скрыли?
— Твой спутник не должен знать о происходящем, только в общих чертах. О существовании ордена не знают мои братья, тем более твой друг ни должен о нем узнать. Утром мы расскажем, что приготовили и вы покинете обитель. Удовлетворен ответом?
— Да, полностью и с радостью принимаю предложение, — ответил Трабиэль.
— Мы счастливы, что у нас появился новый брат, — величественно произнес старец, — становись под ветви, нужно провести инициацию, это не займет много времени.
Трабиэль перешел на указанное место. Мэллорн зашумел, ветви опустились на плечи. Хранитель и посвященные окружили высокородного, начали произносить слова на древнем певучем языке. С каждым куплетом по телу проносилась теплая волна, уносила тревоги, наполняла силой. Когда Исилендил произнес последнее слово, у Трабиэля словно открылись глаза. Вокруг ствола проявились призрачные фигуры. Одни стояли, касаясь руками серебристых ветвей, другие сидели, собравшись вокруг призрачного кувшина с элем, третьи о чем-то спорили. Как только они поняли, что их видят, повернулись, одарили новичка лучезарными улыбками.
Трабиэль, вернулся за полночь. Арнет, раскинув руки, лежал и сладко посапывал. Эльф на цыпочках прошел на свое место, осторожно, стараясь не создавать шума, прилег. Заснуть сразу не получилось. Мыслями он возвращался к произошедшему событию, которое в одночасье сделало его из изгоя, полноправным члена хоть и тайного, но могущественного клана. То, что Арнет заснул, порадовало эльфа, все вопросы, заданные парнем, не принесли бы ему радости.
Трабиэль растолкал Арнета на рассвете:
— Хватит дрыхнуть, вставай, нужно готовиться к отъезду.
Парень открыл глаза, недовольно посмотрел на Трабиэля. Он не послушал друга, вечером выбрался из дома посмотреть, что задумали хозяева поселения. Улицы оказались пусты, словно огромная метла вымела из них все живое. Арнет дошел до жилища Мэнелторна, в окнах ни огонька. Трабиэль и единоплеменники растворились в неизвестности. Покрутившись вокруг домов, молодой человек вернулся в комнату, прилег и неожиданно заснул, не притронувшись к ужину.
 
— Я не слышал, когда ты вернулся, — Арнет вопросительно посмотрел на друга, потянулся, хотел зевнуть, но внезапно передумал, — ты сказал к отъезду? Мы не встретились с твоими сородичами, они обещали помощь в освобождении Лирии и Грызмука!
— Я не сказал, что мы отправляемся немедленно, — эльф присел за стол, подвинул к себе миску с завтраком, — начинаем готовиться к отъезду. После сборов нас ждут для разговора. Приводи себя в порядок и присоединяйся, Ласлегеден ожидает на улице. Нужно забрать одежду, получить припасы в дорогу.
Арнет кинулся к двери, чуть не столкнув Ласлегедена, стоящего на лестнице, рванул в сторону купальни.
Вернулся с влажной головой, готовый немедленно трогаться в путь. Подумал и присоединился к Трабиэлю за завтраком. Не смакуя, как случалось раньше, проглотил кашу, нетерпеливо воззрился на друга.
— Ты, суетлив сегодня, — заметил эльф, неторопливо очищая тарелку от остатков каши, кусочком выпечки, — от того, что торопишься, время не побежит быстрее, наоборот, у вас есть отличная поговорка — «Поспешай, не торопясь», тебе нужно умерить пыл.
— Ты сегодня склонен читать занудные нотации? — не остался в долгу юноша, — может поторопишься вместо поучений?
Закончив завтрак, спустились к Ласлегедену. Эльф и бровью не повел, выказывая недовольство оттого, что пришлось ожидать задержавшихся гостей. Он повел их к стоящему особняком дереву-дому, где выдал старую одежду. Но назвать ее старой у Арнета язык бы не повернулся. Все было тщательно вычищено, заштопано настолько виртуозно, что не было видно ни одного шва. Нательные рубахи заменили на понравившиеся парню короткие, тончайшей выделки тоги. Сапоги, побывавшие в руках эльфов, лишились трещин и царапин, их пропитали каким-то составом, обувь приобрела мягкость и эластичность. Многое повидавшие мешки отправили на помойку, путникам выдали удобные торбы с завязками, дающими возможность увеличивать объём. В торбах путники нашли концентраты, прессованные каши, супы, фруктовые сборы, помещенные в маленькие холщовые мешочки. Теперь не нужно отмерять меру крупы, а просто поместить в кипящую воду содержимое мешочка.
Арнет и Трабиэль переоделись, взяли торбы, водрузили на место оружие, отправились в дом Мэнелторна для заключительного разговора.
Бородатый эльф встретил их улыбкой. Озабоченность последних дней покинула его чело. В глазах поселилась надежда и уверенность. Как и раньше в комнате присутствовали помощники.
— Я вижу, вы собрались, — произнес Мэнелторн, — проходите, устраивайтесь. Завтрак не предлагаю, уверен успели перекусить, но квас и фрукты, проваренные в меду к вашим услугам.
Высокородный указал на широкую лавку, стоящую у стола. Арнет и Трабиэль расположились на предложенном месте.
— За несколько дней мы подготовили сюрприз для Такара, — Мэнелторн кивнул Элендилу, разведчик достал два свертка, положил на стол, — разверните, думаю, будет интересно.
Трабиэль снял мягкую ткань, удивленно начал рассматривать два совершенно одинаковых пергамента. После секундной задержки, подрагивающими пальцами, развернул оба свитка.
Арнет мог ожидать чего угодно, но увиденное поразило. На столе лежали две совершенно одинаковые карты, их карты. Парень давно изучил каждое обозначение, каждую черточку и теперь, всматриваясь в рисунок, не мог найти отличий.
 
— Вы сделали копию карты? — произнес Трабиэль, поднимая глаза на Мэнелторна, — не вижу отличий, не могу понять, которая из них настоящая, а какая подделка. Но поверит ли Такар в обман?
— Это не иллюзия, — сказал Нарамакил, с удовлетворением смотря на реакцию гостей, — твой друг может подтвердить, его дар позволяет это видеть. Отличий нет, копия точна до мелочей. Единственное чем она отличаются, не сможет активировать заклинание. Чтобы не было сбоев, оба ключа не должно разделять расстояние больше четверти дневного перехода. Вот эта карта настоящая, перевяжите лентой, чтобы не перепутать.