Прикосновение Змея (СИ)

Ильнар подошел к другу и, присев рядом, вполголоса поинтересовался:
— Ты как?
Тот, не открывая глаз, отмахнулся и сам полез во внутренний карман куртки. Вынул коробочку с таблетками, вытряхнул одну на ладонь и сунул в рот. Скривился, открыл левый глаз, вопросительно взглянул на Ильнара. Тот молча отцепил от пояса фляжку с холодным чаем. Эл так же молча кивнул, запил таблетку и, вернув фляжку, снова зажмурился.
Темный дракон тем временем все-таки успокоился и снова уселся на снег между путями, а потом и лег. Светлый тоже вернулся и устроился рядом, то и дело недовольно фыркая. Ориен оставил их и, прихватив за рукав хмурого Кира, вернулся к зданию.
— Тойв не выносит упоминаний об Ордене, — вполголоса проговорил каон. — Он сюда вообще чудом попал, сбежал из их больницы. Не знаю, что с ним там делали… но догадаться могу. Он был уже на четвертой стадии, это слишком сложно, чтобы я мог справиться. Я попытался, конечно, сам неделю провалялся в лихорадке… — Ориен обернулся через плечо на драконов, вздохнул. — А Марика просто сбежала из дома в лес, сразу после инициации. Граница более-менее хорошо охраняется рядом с Ксантаром, а в других местах полно дыр. Ей было пятнадцать, она перепугалась и не могла справиться с силой. Мы не сразу ее нашли, а когда нашли… Это было милосерднее, чем оставлять ее человеком и заставлять страдать.
— А сейчас она не страдает? — хмуро поинтересовался Эл. Ориен впервые взглянул на него серьезно.
— Она не помнит. Ни человеческой жизни, ни инициации, ни своего безумия. Драконы умны, как животные, но человеческий разум утрачен чуть менее, чем полностью. Я понимаю, о чем ты думаешь… но ей действительно больше не больно. А убивать ее я не хотел.
Доктор медленно кивнул. Каон перевел взгляд на Ильнара, склонил голову к плечу, внимательно вглядываясь в глаза, а потом решительно покачал головой:
— Нет.
— Что — нет?
— Нет — ты не станешь таким. Если, конечно, не захочешь сам, но я в этом сомневаюсь. Доберемся до лаборатории — посмотрим, что можно с тобой сделать.
Ильнар пожал плечами, стараясь не подавать вида, что слова Ориена его немного успокоили. Становиться беспамятной тварью ему хотелось еще меньше, чем умирать.
Каон отошел. Интуиты остались сидеть у стены. Что творится в голове у Эла, Ильнар не представлял и даже почти не чувствовал — ментальный блок у доктора был весьма хорош. Но опыт и здравый смысл говорили о том, что полет на драконе — не совсем подходящий способ путешествия для человека с боязнью высоты. Он айрингов-то боится, да и на поезд решился только с успокоительным. Таблетки у него, конечно, остались, но одной наверняка будет маловато, а если больше… Кто их знает, эти лекарства.
— Нам же не обязательно лететь.
Кивок.
— Можно доехать до города по железной дороге, как Кир планировал, а там пешком.
— Угу.
— В конце концов, нельзя же полностью доверять первому встречному, тем более — первому встречному в Диких землях…
— Иль.
— Что?
— Заткнись уже.
Сферотехник шумно вздохнул. Доктор поморщился и, не открывая глаз, прижался к стене затылком.
— Я справлюсь. Выпью ещё одну таблетку, для страховки. Нам надо обогнать Лейро. Пешком мы этого не сделаем, а они же живые и почти разумные, и вряд ли всерьез попытаются меня скинуть. Привяжете меня покрепче, в конце концов. Да и этот, — Эл недовольно скривился, не желая произносить имя каона, — точно летает на них не в первый раз. Все будет нормально.
Вопреки словам, голос у него дрожал — едва заметно, но Ильнар хорошо знал друга. Спрашивается, и кто здесь упрямая зараза. Увы, доктор был прав в одном — если айринг вылетел из Ксантара вслед за ними, то Магистр имел все шансы догнать и обогнать конкурентов. Допускать этого нельзя было ни в коем случае.
— Я полечу с тобой.
Доктор немного помедлил, потом все-таки открыл глаза и вымученно улыбнулся.
— Спасибо.
Вряд ли, конечно, он сможет чем-то помочь. Но бросать Эла один на один с его страхами и успокоительным точно было нельзя.
Остается надеяться, что доктор прав и все действительно будет нормально.
 
* * *
Оседлать дракона оказалось сложнее, чем лошадь. Крылья переходили в кожистые складки по бокам тела, как у белки-летяги, и закрепить ремни вокруг туловища было невозможно. Конструкция, которую Ориен надел на Тойва, напоминала шлейку для маленьких собачек, пропорционально увеличенную до размеров дракона, и крепилась за широкий жесткий ошейник и петли на лапах.
Эл влез на дракона первым, молча и уверенно, словно всю жизнь этим занимался — или это успокоительное было таким сильным. Пристегнулся, следуя инструкции Ориена и не реагируя на его шуточки, и, когда дракон, приподнявшись, повернул голову и посмотрел на пассажира янтарным глазом, тот лишь молча похлопал по чешуйчатой шее. Тойв шумно фыркнул и отвернулся, явно считая знакомство состоявшимся.
Зато Ильнара он изучал долго и внимательно, осматривал и нервно переступал с ноги на ногу, а стоило интуиту приблизиться, дракон недовольно заурчал и встопорщил гребни на шее и хвосте.
— Он тебе не доверяет, — бросил Эл, когда Ильнар, раздосадованно выругавшись, отошел подальше.
— А тебе, выходит, доверяет?
Доктор пожал плечами:
— Я не инициирован. А вот в тебе он, похоже, видит конкурента.
— Который бессовестно вторгся на его территорию и косит глазом на его самку, — развеселился Ориен, хлопая Ильнара по спине. Интуит, который действительно думал о том, чтобы все-таки полететь с каоном, раздраженно вздохнул. Дракон издал низкий рокочущий звук, приподнял крылья и демонстративно отвернулся.
— Тьфу, животное, — мрачно пробормотал Ильнар. — А ты ему, значит, не конкурент? — он недовольно обернулся к Ориену, и тот пожал плечами:
— Я ему друг. Ты ведь доверил свою невесту другу?
Ильнар невольно сжал кулаки. Где они теперь, друг и невеста? И живы ли вообще? Фин, конечно, сделает все возможное, чтобы защитить Кеару, в нем интуит не сомневался ни мгновения. Но Фин один. А у Лейро толпа наемников. И при мысли о том, что, возможно, лучшего друга у него больше нет, хотелось если и не убивать, то чью-то морду набить точно.
Пусть даже эта морда на высоте трех с лишним метров и покрыта чешуей.
Он шагнул к дракону, и тот заворчал, приподнялся, разворачивая крылья. Эл вцепился в ремни и нервно велел:
— Иль, не дури.
А никто и не собирался. Ильнар передернул плечами и, повинуясь интуитивному порыву, сбросил ментальный блок, стараясь уловить чувства дракона. Чужие эмоции обожгли, но собственная злость на всех и сразу оказалась сильней, она ощущалась горячим плотным облаком, и дракон недовольно отшатнулся, заставив седока крепче ухватиться за упряжь.
— Ты что задумал? — Ориен протянул руку, словно пытаясь удержать, но Ильнар зло отмахнулся и, уставившись в упор на дракона, поманил его пальцем:
— А ну, поди сюда.
Дракон раздраженно хлестнул хвостом и остался на месте, но голову наклонил. Янтарные глаза с узкими вертикальными зрачками очутились напротив, несколько мгновений Ильнар смотрел в их глубину, ощущение было странным. Казалось, он одновременно стоит в снегу и падает в мерцающее, золотистое нечто, тонет в нем…
Что же этой скотине не нравится?
Понимание пришло так резко, что закружилась голова.
Глупые домыслы про конкурентов с реальностью не имели ничего общего. Дракон чуял почти незаметный, еле уловимый след другого человека, не запах, но энергетический отпечаток. След врага, одно упоминание которого приводило Тойва в бешенство.
Со встречи с Магистром прошла, кажется, целая вечность, но дракону хватило едва заметного энергетического следа в ауре. Сферотехник припомнил слова Таро о том, что артефакты братец создает и заряжает сам. Та штуковина, с помощью которого его самого чуть не убили, была знакома и дракону тоже…
 
Ильнар медленно протянул руки и положил обе ладони на чешуйчатую морду. Тойв настороженно притих, он осознавал, что человек перед ним не тот, но ощущение присутствия другого нервировало. Его хотелось убить, и интуит невольно чувствовал то же самое…