«Букашки» рулят (СИ)

— Точно в башне запрут. — Василиса нервно массировала пальцы. — Или сошлют к дядьке Лешему, в дальние леса, дрова заготавливать.
— Чего так переживаешь? — Царевич потянулся. — От сумы и от тюрьмы, как говорится, не зарекайся. А мы, богатыри, все испытания пройти должны. И жениться.
— Опя-аааать.
— А, что? Нимфа мне судьбой назначена. — Царевич помахал перед носом сестры брачной вязью. — Карма короче.
— Для кого-то, карма, а для кого-то и кара небесная!
— Ты, Вася, поаккуратней с выражениями-то. — Иван оглянулся по сторонам. — Лэнди тебя теперь не отпустит. Я слышал у них это на всю жизнь.
— Да ладно. Не до того сейчас. — Царевна придвинулась к двери, пытаясь разобрать хоть что-нибудь. — Ну что же они так долго?!
— Не волнуйся ты так. — Брат взял руки сестры в свои ладони. — Чую, кавалерия на подходе.
Двери распахнулись, и секретарь ректора пригласил на беседу Ивана-царевича. Радовало то, что охраны было не видно, значит, арестовывать брата с сестрой никто не собирался. Девушка промаялась еще час в одиночестве, когда наконец-то пригласили и ее.
Девушка несмело топталась перед дверью ректоровского кабинета, не способная набраться смелости, чтобы ее открыть или хотя бы постучать. Секретарь, стоящий сзади, то ли хмыкнул, то ли кашлянул, и сам распахнул перед царевной деревянные створки.
Взоры всех присутствующих повернулись в сторону царевны. Девушка так волновалась, что даже икать начала.
— Итак, адептка Василиса, — ректор явно выступал в качестве ведущего допросы, — что вы нам можете рассказать о произошедшем? Вы же должны понимать... — только вот договорить магистру не дали.
— Никому она ничего не должна! — В кабинет ворвалась горбатая старушка с крючковатым носом и метелкой в руках. — А ну, Василиса, выдь отседова. Тут взрослый разговор сейчас начнется. — Зная, какой бабушка бывает в гневе, царевна очень быстро выбежала в коридор, где ее уже поджидали друзья. — Ишь чо удумали, ироды. И хто вам позволил мою унучку пужать? Я вам покажу, хде раки зимують! А не успокоитесь, так еще и с Кузькиной матерью познакомлю!
— Мама, ты все не так поняла. — Кощей пятнадцатый смущенно улыбнулся высокопоставленным особам, словно извиняясь за инцидент, но под грозным взором матери лишь опустил голову.
— А ты вообще молчи! — Яга ткнула сына метелкой в бок. — Я с тобой дома поговорю. По что кровиночку свою не защищаешь, а на съедение этим звероящерам отдаешь?
— Я бы попросил… — Глава Серебряного Клана, чей сын был виновником всех бед, полыхнул презрительным взглядом.
— У Бога, поганец, просить будешь! — Бабка была настроена по-боевому. — Передо мной ответ держать надо! А иначе я лично ужо твой замок по ветру пушшу! Сынок-то видать в папашку! Ты бы, сиреневый, повнимательнее за подданными смотрел. Яблоко от яблоньки далеко не падает.
— Да как вы смеете! — Глава Серебряного Клана подскочил со своего места.
— Смею, милок, смею. И грамотки от местных домовых и лешиев понасобирала. И магокартинки подключила. А папочка-то вот она, туточки. Как раз в руки правителя твово, умишком недалекого и сердечком добродушного, и передается.
Рядом с Ягой возник хранитель в виде огромного бурого медведя и передал документы королю Сапфиров. Тот мельком взглянул на исписанные листы и пару картинок. Тут же рядом с Серебряным оказалась стража, вышедшая из тени. Дракона увели.
— Спасибо вам, бабушка. Присаживайтесь. — Грендик встал со своего места, чтобы уступить место старой ведьме. — Теперь я понимаю, в кого невестка такая боевая.
— А ты, милок, сильно-то не торопись, а то успеть ненароком можешь! — Ягуся явно не собиралась останавливаться. — Для начала демонам хвост накрутить хочу!
— Матушка Яга, — Елена Прекрасная пыталась остановить гнев свекрови. — Мы уже во всем разобрались.
— Ты, Ленка, молчи лучше. — Бабка не собиралась сдавать позиции. — Сама детёв не уберегла. Из полымя, да в огонь кинула. О чем твоя Прекрасная головушка думала, когда ты внучат к демонюкам да ящерам отправляла.
— Я… — На красной коже короля Демонов татуировки начали двигаться сами собой.
 
— Что «я», что «я»? — Ягуся стукнула метелкой по полу, от чего вздрогнула все здание. — Воспитывать своих отпрысков надо в любви, но строгости. Чтобы мозгом потом думали, а не рогами! Требую ентого самого Вилку к себе в лес на перевоспитание! Иначе никакой мировой между государствами не подпишу!
Король Даркендии посидел пару минут, словно что-то обдумывая. На его лице медленно расплывалась улыбка.
— Знаете, уважаемая, а давайте! — Хвост Дракона весело хлопал того по ноге. — А можете еще парочку прихватить? Ну, мне, правда, очень нужно.
— Подумаю. — Яга явно от такого внимания малость подобрела. — Только ты грамотку мне на кажного составь, со всеми там привычками нехорошими и отклонениями поведенческими.
— Ну, если все так хорошо разрешилось, — Королева Даргонии несмело улыбнулась высокому собранию, — может тогда и о свадьбе поговорим?
— О какой ешо свадьбе?! — Баба Яга остановила готового на переговоры Кощея, которому нравилась идея породниться с влиятельнейшим родом в их магических мирах. — Ребенок токо из казематов вернулся, а ее уже в пещеру запихнуть собираются. Вы хоть девоньку спросили — чо хочет, о чем ей мечтается? Или опять со своими вязанками рисунчатыми играетесь?
— Но…
— Вот то-то и оно! — Яга злобно зыркнула на сына и невестку. — Сами-то как слюбились? Али напомнить, что жену у монстра кикиморовского воровал, от брака нежеланного спасая?
Елена Прекрасная слегка покраснела от нахлынувших воспоминаний. Каким же храбрым и сильным был в ту пору ее Кощеюшка, не побоявшийся бросить вызов монстру, сгубившему не одну человеческую жизнь.
— Уважаемая ведьма, — Сапфировый Дракон обратил на себя внимание, — Вы же знаете, что брачная вязь на наших руках, это знак священного союза, который создается на всю жизнь. Да и брак между наследниками тридесятого царства и Даргонии повысит статус обоих государств в глазах других правителей.
— Ты вот, крылатый, на мне свои дипломатии не отрабатывай. — Яга усмехнулась. — Не молодуха уже, чай. Лучше время детям дайте. Не все у них ладится. Тут и вязь ваша не поможет. И официально об етом объявлять я бы еще поостерглась. Ну, все! Некогда мне тут с вами чаи распивать. У меня там белки еще не считаны, и грибы не развешаны.
Баба Яга покинула кабинет ректора так же внезапно, как и появилась.
В коридоре старая ведьма задержалась около внуков.
— Вы, робятки, молодцы. Горжусь вами. — Сморщенные старушечьи руки ласково потрепали по щекам брата с сестрой. — Ох, Ванька, ты, конечно, еще тот шалопай, но девку себе наконец-то ладную нашел. Одобряю. Береги ее. А нет, получишь от меня метелкой по первое число.
— Бабуль, я ж будущий правитель, — Иван улыбался старухе во все свои тридцать два зуба, — меня нельзя метелкой. Подданные засмеют.
— Не чо! Батьку тваво не засмеивают, и тебя поостерегутся. — Яга повернулась к внучке. — Ох, Василисушка, навела ты им тут шороху. Вот и правильно! Неча девушек обижать. И впредь спуску никому не давай! Пусть знають наших. А к этому сиреневому приглядись. Может он и не такой, как кажется. В ведьмином хозяйстве литун всяко пригодиться может. Ладанку береги, експериментаторша. Ну, побежала.
С легкостью молодой девчонки Яга запрыгнула на метлу и вылетела в окно. Только ее и видели!
— Ну, все, — Иван расплылся в блаженной улыбке. — Благословение получили, можно и жениться.
Василиса по старинке отвесила братцу подзатыльник.
А в кабинете монархи тридесятого царства краснели за такое вот поведение своей самой близкой родственницы.
— Вы извините уже нас, — Елена Прекрасная даже наклонилась в сторону будущих родственников. — Матушка хорошая, просто очень любит нас и внуков.
— Даже не оправдывайтесь. — Король Даргонии широко улыбался. — Мне бы такую агентуру. Она у вас случайно не за государственную безопасность отвечает?