После развода. Я тебя верну (СИ)

— Красивая фотография, — низкий мужской голос заставил вздрогнуть.
— Некрасиво подглядывать, Олег Анатольевич, — я подняла глаза на заместителя генерального и повернула телефон экраном вниз.
— Ваша дочь?
— Олег Анатольевич, вопросы личного характера я хотела бы оставить без ответа.
— Простите, Кира Владимировна. Просто вы очень похожи с девочкой на фотографии. Я могу составить вам компанию? — спросил Мягков.
  
Я перевела взгляд на кружку кофе в руках Мягкова. Уединения не получится.
— Присаживайтесь, — я кивнула на стул напротив.
— Алексей Дмитриевич сказал, что рад итогам сегодняшнего дня, — начал Олег, делая глоток горячего напитка.
— По лицу Алексея Дмитриевича не скажешь, что он чему-то рад, — я припомнила хмурое лицо Вяземского.
— Да, я тоже заметил, что генеральный «Альянса» не в духе. Скидывал все на сделку, которая пошла не по плану, но и после нее Вяземский, мягко сказать, явно в плохом настроении. Не в курсе, что случилось?
— Понятия не имею, — я пожала плечами.
— Кир, я могу надеяться на то, что мы с вами… — Мягков положил руку на мою ладонь, — встретимся. Допустим, завтра вечером.
Ладонь была у Олега, почти горячей, но мне стало неуютно от прикосновения чужого мне мужчины.
Я почувствовала появление Вяземского до того, как глаза нашли его фигуру. Как оказалось, Алексею Дмитриевичу тоже тягостны четыре стены отеля. Я неловко дернулась, но свою ладонь от показавшегося мне неуместным жеста Мягкова оставила.
— Простите, Олег Анатольевич, но я очень занятой человек, — голубые глаза сверкнули мягким светом. Надежды, что ли.
Вяземский повернулся, задержался взглядом на мне и своем заместителе. Сдвинув брови, Алексей направился в дальний угол кафетерия.
Внутри снова обострились все чувства. По-другому я не научилась реагировать на этого мужчину, но и чувства к нему были настолько сильными, что я едва смогла себя найти среди них.
— Не отказала, но и согласия не дала, — с усмешкой произнес Мягков.
Я вытащила свою ладонь из захвата и ухватилась обеими руками за чашку.
— Простите, Олег Анатольевич…
— Кир, мы можем перейти на «ты»? — прервал меня Олег.
— Если вам так удобно, — я пожала плечами, — но встречаться с вами, и в том числе на дружеской ноте, не получится.
— Жаль… — Мягков откинулся на спинку стула. — Тебе нравится Вяземский?
Я уставилась в окно и голубое небо, становившееся к вечеру серым. Как всем нравится, и так хочется залезть к тебе в душу.
— Ну да. Красив, успешен, богат. Вся женская часть «Альянса» вытянула шеи в сторону нового босса, — продолжил Мягков. Слова должны были меня задеть, но оглушительной пустоте внутри совсем всё равно.
— Олег… мне это не нужно. Вы ничего не знаете обо мне, — я поднялась из-за столика. — Простите. Мне нужно собрать чемоданы.
Я думала, что от этой поездки останется тягостное чувство, но что настолько…
  
Глава 51
 
Глава 51
Кира
Самолет приземлился с небольшим опозданием. Я постаралась побыстрее выйти из здания аэропорта, чтобы оставить позади Вяземского и Мягкова и весь внимательно разглядывающий меня коллектив.
Я нырнула в первое попавшееся такси и быстро продиктовала адрес.
Лифт быстро поднял на пятый этаж. Нетерпеливо постучала в двери и со вздохом втягиваю запах родного дома. Пусть маленького, пусть всего в одну комнату.
— Спит? — бросаю взгляд на часы в прихожей.
— Спит, добрый вечер, Кира, — отвечает Татьяна Витальевна.
Поставив чемоданы, я тихонько прошла в комнату. Моя крошка в пижаме сладко спала, обнимая любимого медведя.
— Представляю, как обрадуется завтра утром, — прошептала женщина.
— Как я рада, что увижу, как моя девочка завтра проснется и я смогу её обнять, — я достала домашний халатик из шкафа и банное полотенце. — Никогда так надолго ее не оставляла.
— На ужин есть курица и гречка. Разогреть?
— Если можно, — почему-то, как только я переступила порог квартиры, появился аппетит и поднялось настроение. Родные стены и лица оказались самым действенным лечением от любовного недуга.
В окно сквозь небольшую щель в шторах заглядывала луна. Несмотря на усталость, я не могла заснуть. Все эти «зачем» и «почему» кружились в голове. На груди остался лиловый засос, а на ягодицах — небольшие синяки. А в душе… тот мрак, которым Вяземский всегда клеймил после появления в моей жизни. Татьяна Витальевна осталась с ночевкой, и я слышала ее мерный храп, доносящийся из кухни.
Я встала с кровати и прикрыла дверь в комнату. Подхватив сонную дочку, положила рядом с собой.
— Мамочка, — нежно и сонно протянула Ксения.
— Да, мое сокровище. Я здесь, — я положила руку на талию дочери. — Вот как лучше.
Усмехнувшись, закрыла глаза. Персональное лекарство было лучшим средством.
* * *
Утро было бодрым, несмотря на то, что полночи я проворочалась на своей кровати. Только когда рядом засопела Ксения, моя беспокойная душа угомонилась, а глаза закрылись сами собой.
Я тряхнула головой, чтобы выбросить глупые мысли. Всё же четыре года без него — я, можно сказать, перевоспитала себя. Из неуверенной и скромной Киры превратилась в самодостаточную женщину. По сути, у меня было всё: семья, дом, профессия. Первым делом я напишу заявление, и через две недели прощай «Альянс» и Вяземский.
А дальше…. Получилось же у меня выстроить жизнь без него.
Я не стала заходить в кухню, оставшись без привычной кружки кофе с утра.
— Татьяна Витальевна, — тихонько разбудила женщину. — Я на работу. Ксения ещё спит.
— Ой, простите, — Татьяна Витальевна захлопала сонными глазами. — Я каждую ночь спала чутко, всё прислушивалась, а сегодня наконец заснула глубоким сном.
— Завтра наконец выходной. Отдохнете и вы, и я.
Солнце уже не грело так яростно, а прохладный ветер залетал в окно и теребил локоны волос, которые я оставила распущенными. Осточертел строгий пучок на затылке, строгий дресс-код. Надела розовую блузку и серые брюки.
В автомобиле включила музыку погромче, чтобы настрой не стал, как обычно, привычно минорным, и всё же… сердце подрагивало.
— Трусиха, — корил внутренний голос, пока лифт поднимал на нужный этаж. В кабинете скупо со всеми поздоровалась и открыла рабочий компьютер. Никогда не думала, что буду рада, набирая свое заявление об увольнении.
— Добрый день, Кира, — Бурова сразу начала с меня, как только начальница появилась в дверях кабинета.
— Добрый, — отозвалась, отправляя на печать свое заявление.
— За итоги вашей поездки уже в курсе, — произнесла Марина Константиновна, не отрывая от меня взгляда. — Но, Кирочка, не забывай, что отчетность никто с тебя не снимал. Жду положенные отчеты в срок.
— Обязательно, — я подхватила распечатанный листок и поставила размашистую подпись.
Будут тебе отчеты!
— Только для начала загляну в отдел кадров, — я широко улыбнулась своей начальнице и поднялась с кресла.
— Всё нормально? — настороженно спросила Бурова.
— Всё просто превосходно, — отвечаю, закрывая дверь кабинета.
Вызываю лифт и набираю кнопку восьмого этажа. Только бы не попасться бы к Вяземскому на глаза. Отдел кадров в самом конце. Выдыхаю, как только быстрым шагом прошлась по коридору, открыв дверь кабинета Маргариты Львовны.
— Доброе утро, — я кладу объявление перед кадровичкой и натянуто улыбаюсь, как только женщина поправляет очки и смотрит на меня поверх моего художества.
— С чего вдруг, Кира?
— Нашла место поинтереснее, — ответила первое, что пришло в голову.
— Ну, не знаю, сколько тебе пообещали. Ты понимаешь, что не всегда работодатель платит столько, сколь обещает. А «Альянс» — стабильная фирма. Тем более мне уже дали задание делать приказ на премирование сотрудников, которые отличились на заключении сделки, и ты входишь в их число. А премия, так скажем, немаленькая.