После развода. Я тебя верну (СИ)

— Тимур почти как семья, — поднимаю взгляд на Киру. — К чему столько вопросов?
— Я совсем ничего о тебе не знаю.
Я усмехнулся.
— Поверь мне, ты знаешь больше всех, — я поднялся со стула и обошел стол.
Обнял Киру за плечи и спустил руки на грудь.
— На вечер надень, пожалуйста, вечернее платье, — я задержался взглядом на вырезе сарафана, где красиво выглядывала девичья упругая грудь.
  
— Столько указаний, — с улыбкой произнесла Кира и положила свои влажные ладони поверх моих рук.
Потерлась щекой, словно ласковая кошечка, об мою руку. Внутри разливались противоречивые чувства. Да, я был тысячу раз согласен с Молотовым, что подсел на этот персональный магнит слишком быстро, но только она будоражила и трогала в душе невидимые струны, что выворачивало наизнанку.
Наваждение. Не меньше. Я думал, что это наваждение со временем рассыплется, растает. Но нет… оно в моем доме, растерянно хлопает длинными ресницами.
— Хорошо, — Кира чуть повернулась и уставилась своими аквамаринами.
— У тебя нереальный цвет глаз. Оторваться невозможно, — мой голос был чужим, низким, с хрипотцой.
Улыбка застыла на полных губах. Нет, все же вот эти сочные, вкусные губки нисколько не уступали невероятным глазам Киры. Запрокинув голову моей личной сексапильной богини, накрыл ее губы поцелуем. Жадно, жестко, покусывая нижнюю губу. Кира сразу же обмякла, шумно выдохнула. Можно не проверять, но тонкая нитка бикини уже мокрая от смазки и горячего желания. Я оторвался от нее нехотя. Через час я должен появиться в офисе, где меня ждут представители «Инвайс», и я должен быть собранным. Тяжело дыша, Кира ухватилась за край стола.
— Маленькая ведьма, — оторвался от ее губ и прокомментировал вслух.
Выключив планшет, направился в свой кабинет.
— Почему ведьма? — крикнула вслед Кира.
— Потому что свести меня с ума смогла одна женщина, — ответил, остановившись в дверях. — Моя маленькая ведьма, — пробурчал под нос уже внутри кабинета.
Раскрыл сейф и сложил в папку нужные документы, над которыми работал до позднего вечера. Я сам лично проверял все, что подготовлено моими специалистами. Каждую строчку, каждую цифру.
Контроль, помноженный на дисциплину, принес хорошие плоды.
* * *
Прохладный утренний воздух влетал в салон автомобиля, теребил длинный темный локон и колыхал подол тонкого сиреневого платья. Забросив планшет и документы, разглядывал Киру, которая задумчиво всматривалась в городские картины, пролетавшие за окном.
Хотелось забраться в эту красивую головку и узнать, о чем думает Кира, хмуря брови и теребя лямку сумочки. Уверен, о нас. Ровно так и все время гонял одну и ту же мысль.
Все верно. Она должна быть в моей жизни и дальше.
Недалеко от подъезда автомобиль остановился. Кира нежно прижалась губами.
— До вечера, — произнесла шепотом.
— До вечера, солнце мое, — прикусываю нежную кожу на шее.
Кира, ухватив тонкую лямку своей сумочки, быстро выпорхнула из автомобиля. Бросив взгляд напоследок, спряталась за железной дверью.
Лифт поднял на шестой этаж офисного здания, в котором мы с Молотовым сняли весь этаж для нашей фирмы. Сюда скоро пожалует Худяков со своей командой бестолковых юристов и финансовых менеджеров. Или у «Инвайс» действительно плохо идут дела, или специалисты Игоря Матвеевича мягко скажем, дерьмовые. Или… пока не знал, что именно, но тревога гуляла внутри, трогала тонкими пальчиками и неслышно нашептывала: «Что-то не так…»
  
Глава 47
 
Глава 47
Алексей Вяземский
Я ослабил галстук и присел в автомобиль, откинувшись на спинку сиденья. День был настолько был тяжелым, что хотелось только остаться с ней наедине в своём большом доме. Но ужин в компании своих бизнес-партнеров отменить не могу. В элитном ресторане на окраине города я решил появиться с Кирой. Щелкнув зажигалкой, втянул сигаретный дым. Старая заржавевшая привычка, с которой так трудно было расстаться. Сколько раз пробовал, но снова хватался за призрачную соломинку, как только всё валилось снежным комом на голову.
Молотов снова неприятно удивил. Почему так отстранённо вёл себя Тимур в последнее время, было непонятно. «Ивайс» вообще был бизнес-идеей, предложенной Молотовым.
— Степан, мы по дороге к Смирновой, а затем в ювелирный магазин, — расслабленно бросаю, выпуская сигаретный дым.
За всё время Кира только нос воротила от всех моих предложений. С трудом смог вручить телефон, который Смирнова первое время наотрез отказалась принимать. У ювелирного магазина черный автомобиль остановился. Пробежавшись по ступенькам, открыл стеклянную дверь.
— Добрый день, что желаете? — брюнетка у прилавка ослепительно улыбнулась.
Я пробежался по витрине, от которой зарябило в глазах. Обычно никогда не занимался покупкой украшений для своих дам. Перепоручал это своей помощнице или секретарю. Сейчас всё хотелось по-другому, но что именно приобрести, даже не имел представления.
— Желаю, — ответил неопределённо, пробегаясь глазами по кольцам с крупными камнями.
— Это бриллианты и белое золото. Кольцо для подарка?
— Для помолвки.
— Ну прав же Вяз, — успокоил себя, когда слово «помолвка» прозвучало как будто совершенно не моим голосом.
— О, тогда посоветую вот это, — девушка махнула рукой на атласную подложку с красивыми украшениями. — А размер какой? — спросила продавец.
— Наверное, как у вас, — отвечаю, бросив взгляд на руки девушки.
— Значит, семнадцатый, — деловито прокомментировала брюнетка и достала несколько изделий.
— Вот это, думаю, понравится вашей избраннице, — брюнетка осторожно подвинула кольцо с крупным бриллиантом, который сверкнул своими гранями на свету.
— Пожалуй, — уже представлял, как сверкнут глаза моей маленькой то ли ведьмы, то ли богини, когда я сделаю предложение. Предвкушение загорелось в душе.
Автомобиль остановился у подъезда. Я набрал в телефоне Киру, задумчивым взглядом рассматривая букет красивых роз в круглой коробке.
— Я жду тебя, — произнёс, как только в телефоне услышал звонкое «Да».
Она, конечно, слишком хороша для такого испорченного и черствого мудака, как я, но всё шло совершенно по-другому, нежели я предполагал.
Это должно было быть парой горячих ночей с чувственной девочкой.
Это должно были быть непродолжительными отношениями, которые я разорву в любой момент.
Но в кармане брюк в итоге красная коробочка с кольцом на атласной подложке. Я подбирал слова, как сделать предложение Кире. Нервное беспокойство заиграло внутри, и я вышел из машины, вытащив сигарету из пачки. Щелкнул зажигалкой и затянулся сигаретным дымом. Реально не знал, как начать и как сказать… Словно слова застряли в горле. Прислонившись к автомобилю пятой точкой, рассматривал хрущевку в пять этажей, убогие балконы и старые обшарпанные двери в подъезды.
Любованием стенами из красного кирпича занимался недолго: из дверей подъезда вышла брюнетка в коротком сарафане и, встав напротив меня, упёрла руки в бока.
— Ты что, для своих развлечений не можешь выбрать кого-то из своего круга?
Холодные тёмно-голубые глаза сияли праведным гневом, черные брови нахмурены и сведены на переносице, крылья носа трепещут, а губы сжаты в тонкую линию. Сестры Смирновы были немного похожи: темно-голубые глаза, пухлые губы, разрез глаз. На этом сходство заканчивалось. Старшая Смирнова была на полголовы….
Я затушил сигарету и бросил в урну.
— Алексей Вяземский! — представился огнедышащей брюнетке. — Будем знакомы, Ирина Владимировна.
— Зачем она тебе? — сестра Киры перевела взгляд на чёрный BMW. — Предупреждаю, если хоть волос упадёт с её головы, я тебя… я тебя…
  
Дверь подъезда открылась, и, сверкая гневно глазами, быстрым шагом подошла Кира.
— Какого чёрта ты устроила, Ира? — Смирнова бросила на меня виноватый взгляд.
— Мы можем поговорить в другом месте? — я поднял голову, рассматривая балконы многоэтажного дома, в которых появились любопытные зрители.