После развода. Я тебя верну (СИ)

— Тебе хорошо со мной… — шепчет Алексей, выходя из меня и опускаясь на всю глубину.
— Да… Ох-х, — закрываю глаза и тону в своих ощущениях.
Обвиваю ногами его талию и стараюсь двигаться ему навстречу.
Боже… Как вкусно и запретно сладко. А он снова мой… Я не сомневалась, что Лёша чувствует то же самое. В каждой ласке и движении чувствовалось, что Вяземский скучал. Пробегался поцелуями по шее и плечам и снова возвращался к моим губам. Все ощущения, обострённые до предела за эти несколько недель, словно разрезают изнутри, а нервы натянуты словно струна.
  
Не сомневалась… Раскроит снова на мелкие частички, которые я буду долго собирать в одно целое.
Низ живота наполняется тяжестью, а внутренняя пружина закручивается всё сильнее. Чувствую, как подрагивают мышцы влагалища, сжимаясь вокруг каменного члена моего бывшего мужа.
— Кирюша… Моя девочка… Бл…ь, так сладко, может быть, только с тобой.
—Так сладко может быть только с тобой, Вяземский, — пронеслось где-то вдалеке в затуманенной голове.
Алексей переплетает пальцы рук, как тогда, в наш первый раз. Я знала с нашей первой встречи, что он будет моим.
Наши стоны, всхлипы переплетаются. Хочу его до умопомрачения. В моей голове нет ничего, кроме мужчины, яростно работающего бедрами. Каждый толчок моё тело принимает с таким чувственным восторгом, что я боюсь, что это закончится. А захочу его чувствовать снова и снова с той же дикой силой, которая разлилась внутри меня.
Выгибаюсь дугой, ловлю разлетевшееся удовольствие волнами по телу от пульсирующего лона до кончиков пальцев.
Леша кончает вслед за мной с приглушенным рыком.
  
Глава 44
 
Глава 44
В комнате повисла тишина, которую нарушало только наше тяжелое дыхание.
Что теперь будет? Я закрыла глаза, чтобы этот мир пока оставался в том сценарии, что был.
Как глупо, Кира.
Но так вкусно. Я словно расцвела. А внутрь влили живительной влаги совсем высохшему сосуду.
Алексей приподнимается на локтях и заглядывает в моё лицо. Всматриваюсь в его черные глаза, ищу ответ на свой главный вопрос. Я ждала, что он сейчас отстранится и, перекатившись, ляжет рядом, но Вяземский так и застыл меж моих ног.
— Я всё время думал о тебе. Все эти четыре года. Что делаешь, где проводишь время… Кто рядом с тобой.
Мысленно хмыкнула. Знал бы ты, родной, кто был рядом все эти годы со мной. Я думала, что эта официальность, с которой подчёркнуто относился ко мне Вяземский, так и останется.
Финальная беседа?
— Не хочу тебя отпускать. Ни сейчас, ни потом… — произнес после затянувшейся паузы Алексей.
Я покачала головой. Вяземский верен себе, как, впрочем, всегда. Самоуверенность — второе «я» моего мужа… Бывшего мужа, Кира.
— С чего ты взял, что будет потом? — усмехаюсь.
— Кто сказал, что я теперь тебя отпущу?
— Неоконченное дело. Что именно ты не закончил, Лёша? — мои руки всё ещё лежат на его плечах. — Тебе не кажется, что нам… нужно поговорить?
— Кажется, — Алексей лёг рядом на спину. — Но не сегодня, — коротко ответил Алексей.
Лицо Вяземского стало напряженным.
Я поднялась с кровати и вытерла живот, на котором остались следы горячей любви Алексея. Набросила халат, затянув его завязки нервно дрожащими руками, и присела на край кровати, подтянув под себя ноги.
— Я хочу сейчас, — внутри разливалась непонятная сердцу тревога.
У четырёхлетней паузы должна быть причина.
— Четыре года назад из сейфа моего кабинета исчезли важные документы. И всплыли в другом интересном месте, — вкрадчиво начал Вяземский и поднялся с кровати.
— И где всплыли?
— Налоговой службе, — Алексей смотрел сквозь меня. — Хороший адвокат, естественно, помог избежать уголовной ответственности, но к тому времени, когда все вопросы решились, моя компания подошла к банкротству.
Выражение лица Вяземского стало ледяным. И я даже поёжилась.
— Я причём, Лёш? — я растерла холодные руки. — Постой… — я поднялась с кровати и подошла к окну. — Я оказалась одной из списка тех, кто мог это сделать?
Вяземский молчал.
— Доступ в кабинет был только у двоих.
— Я была твоей женой, Вяземский, — усмехнулась, рассматривая ночной город за окном.
Радужные замки рухнули, не успев отстроиться. Вяземский был для меня всем миром, я для него девчонкой на пару месяцев, которая могла стащить документы из сейфа его кабинета.
— Пару месяцев, Кир… И я…
— Три с половиной, — я коснулась кончиком пальца стекла и грустно улыбнулась.
Никогда и ничего не выйдет с этим мужчиной.
— Я вытащила бумаги из твоего сейфа, — произнесла, не поворачиваясь. — Что сделаешь со мной, Алексей Дмитриевич?
Вяземский нахмурился и потянулся к одежде.
— Зачем? — резанул ледяным тоном Вяземский
— Мне пообещали денег, — в груди распирало от ноющей боли. — Можешь не волноваться. После того как мы вернемся, я напишу заявление на увольнение из твоей компании по собственному желанию.
Я вздрогнула, как только входная дверь громко хлопнула. Я повернулась к стене и оперлась об нее. Хотелось об что-то опереться, чтобы не рухнуть от новостей, которые преподнес мой бывший муж.
Так уничтожительно я чувствовала себя только когда мне позвонил адвокат Вяземского.
— Нужно было уволиться сразу, как только я увидела его в фойе здания «Альянса».
Почти до самого утра я пролежала, рассматривая глянцевый потолок дорогого отеля, задремав только на рассвете. Противную мелодию телефона услышала сквозь сон. Тяжело поднявшись, поплелась в ванную комнату. На автомате умылась и почистила зубы. Набросала неброский макияж.
Может, мне вообще не нужно никуда собираться и меня к утру мой злой босс уволил? После всего что сказано точно должен уволить. Между нами должна быть пропасть. Та самая, которая разверзлась после нашего расставания.
Быть никем и ничем для того, кто стал твоей вселенной.
Надеюсь, этой ложью я отодвинула Вяземского от себя насколько можно дальше. Потому что Алексей умеет дарить только боль и чувственное удовольствие. И этот дурацкий коктейль чуть меня не уничтожил в прошлый раз. Только Ксения стала спасительной соломинкой. А сейчас… Я не имею права на переживания, стресс и прочие сопли.
Надела юбку и строгую блузку, подхватив короткий пиджак, сумочку и папку.
В фойе уже стояли Мягков и Пенкина. Я, сухо поздоровавшись со всеми, вскинула руку с наручными часами.
Девять утра. В офисе «Самекс» мы должны появиться через час. От волнения подрагивают кончики пальцев, а сердце забилось в груди, как только открывшиеся створки лифта явили генерального директора Вяземского и его охранника.
Вот именно этот момент гложил меня всю оставшуюся ночь после того, как дверь в комнате моего номера с грохотом закрылась. Наши взгляды встретились, и машинально за всеми, произнесла: «Доброе утро».
Вяземский окинул таким холодным взглядом, что можно снег стряхивать с лацканов моего пиджака. А еще уничтожительным, и бог весть, что еще горело в этих черных, как ночь, глазах.
Дожить бы до возвращения домой…
К моему счастью, открылись створки второго лифта, и остальная часть сотрудников выпорхнула из него. Присев на сиденье автомобиля, я уставилась в окно автомобиля, стараясь немного отвлечься от удручающих мыслей.
Зачем я снова впустила его в свою жизнь? Вяземский — разрушение!
И иногда в голове возникал вопрос, который вроде бы не должен касаться, но иногда звучал: «Кто мог вынести бумаги из сейфа Алексея?»
  
Глава 45
 
Глава 45
Алексей Вяземский
Кира сделала глоток коктейля, не отрывая взгляда. Я погрузился в воду и проплыл несколько метров. Выныриваю недалеко от Киры и притягиваю к себе. Верх купальника отбрасываю на бортик и кладу ладони на её грудь.
  
— Леш… А если кто увидит? — стеснительно спросила Кира.
— Алла Николаевна на кухне, и через час отчалит домой. Степан уже дома, а уборку перенёс на завтра. Горничная сегодня не придёт. Так что… — я потянул завязки на нижней части купальника и раздвинул её ножки, прислонив спиной к бортику.