Некромаги (СИ)

— Заправляйся. И найди, хоть что-нибудь, а то получается — зря с таким трудом дела вытаскивал.
В половине двенадцатого Ян появился в дверях комнаты, дав понять, что лимит рабочего времени вышел.
— Результат есть?
— Не знаю… Если это можно назвать результатом: жертвы настолько разные, что их общие признаки, если и совпадают, то очень у малого процента. И все-таки, одно, мало логичное и больше интуитивное — если бы я оказалась в шкуре хоть одного из них, я бы удавилась. Запашок безысходности, проблем и ловушки из которой… сдохнуть: лучший из исходов.
— Смерть убивает тех, кто хочет смерти?
Я закивала:
— Эвтаназия. Легкий и безболезненный побег из небытия. И ответственность как бы не на тебе, не самоубийство, и окружение не обвинит в малодушии, и не надо в петле дергаться от удушья… У одного высокого мужчины, которого нашли в комнате, стоящего столбом прямо под люстрой — к ногам табуретка придвинута. Да, никаких веревок. Но странно. Еще — я на нескольких фото увидела пластыри на пальцах у жертв. С мест, где их нашли, на двух снимках тоже заметила пару полосок — одну на полу, у другого на столе. Можно подробнее узнать, у всех эти пластыри так или иначе были на теле или рядом валялись? Это важно.
— Такое будет трудно выяснить, слишком незначительно. Но попробую. Ладно, на сегодня хватит. Завтра после службы я тебя заберу, никуда не дергайся. Договорились?
— Хорошо. Едем?
— Да… — Ян всмотрелся мне в глаза: — О Нольде. Захочешь подтверждений, найди в Инквизе Регину Ральд, она еще там работает, и, если получится разговорить, узнаешь, чем для нее закончился их роман.
 Глава семнадцатая 
 
Вчера был день одного мира, а сегодня — другого. Вчера я еще была той некромагаой, которая поверила в человеческое к себе отношение, а сегодня та, которая знает, что в нее влюблен мужчина… больной на голову…
Великий Морс!
Утром, уже добравшись до Инквиза, отправила Вилли сообщение «Знаешь Регину Ральд, кем здесь работает, как выглядит? Хочу познакомиться. Дело личного плана», а в ответ получила «Забегу сегодня в обед».
Время потекло медленно. После всего вчерашнего хотелось действовать, а не сидеть впустую, пялясь в экран и выжидая. Дело не только в том, что рассказал Ян, но и в том, что впервые за все годы поисков я смогла так близко подобраться к секте. Редко до меня на юге доходили новости, что из некромагов не у одной меня есть такая цель. Некоторые сородичи не сидели сложа руки, просто прячась от возможной поимки как властей, так и их. Но что мы могли, одиночки? Действовать сообща? Да, некоторые мужчины объединялись на время. Как-то мне рассказали историю о трех западниках, что успешно «зачищали» адептов на своей части материка, находя тех по шлейфам грязных убийств. От нас-то смертей не скроешь. И в итоге все трое пропали…
Что секте в Инквизе в первую очередь нужно? Некромаги вообще, или одна единственная Смерть-Спасительница? Да, но та давно сбежала. Подруга Таис «погибла»… остался еще кто-то близкий девочке?
Хорошо, что я останусь на своем месте. Валери могла проверять всех, с кем общается, без разбора, волноваться не о чем — и не факт, что не спишет в итоге встречу в лавке на самом деле за совпадение. А ко мне была мила и дружелюбна еще и по прозаической причине: нужны даме «ушки» на нижнем этаже. Завербовала крыску для себя. Хотелось так думать.
Подняла ладонь и проверила царапинку. Настоящая зажила, и сегодня после душа, я достала припрятанный набор грима, и на том же месте, той же длины вывела полосочку. Как бы незначительна ранка ни была, через сутки гладкой кожи еще быть не может.
— Что-то сегодня Элен и Варита задерживаются.
— Это ты задержался. Их куратор успел с самого начала забрать.
— А тебя чего?
— А я и ты завтра. У тебя стажерские тесты будут, а у меня практикантские. Ты где витаешь, Серапион? Не говори, что забыл.
Офисник схмурился, посмотрел на календарь и помрачнел еще больше. Парень на самом деле был рассеянный и погруженный в себя. Не до работы.
 
И вдруг мне показалось, что шевельнулась призрачная голова. Тот как раз уронил себе на руки свою реальную голову, упершись лбом в столешницу в позе то ли безысходности, то ли сна, а его духовный труп как будто брат-близнец, точно также ткнулся в плечо, нависая со спины. Я тихонько встала, тихонько подошла, постаравшись не дышать глубоко запахом мертвечины и протянула руку…
Некромаги «это» не трогают. Как людям не свойственно по природе отвращения лезть пальцами в разлагающуюся плоть, так и нам до выворота невозможно касаться духовных трупов. Но… чувствуя себя настоящей извращенкой, не переборола желания познать — что будет, если я дотронусь до видимого, пусть и ментально мертвого тела человека?
Отпрянула и стукнулась лопатками о стену у двери. Та была закрыта, — никто не мог видеть моей реакции, а возглас я удержала. Серапион обмяк, поехав локтями по столу и едва не сбросил компьютерную мышь на пол. Он отключился, будто я его по затылку ударила со всей силы! А «мертвый» духовный труп, наоборот, внезапно «проснулся» и посмотрел мне в лицо. Он не мог оторваться от носителя, обнимал парня за шею, влипнув в спину призрачной грудной клеткой.
— Великий Морс… Что за?..
— Не-на-ви-жу…
И щека провалилась черным пятном. Похожее я видела на теле соседа Горбыля, умершего от ужаса перед поднятой по смерти собакой.
— Кого ненавидишь?
— Ее… и всех…
Призрак больше не заговорил и перестал двигаться, приняв тоже положение, что и раньше, а Серапион встряхнулся, сел обратно ровно, потер глаза и недовольно сказал:
— Ненавижу эту работу.
Выйдя из кабинета, я быстро дошла до курилки. На первом этаже было две таких — открытая, в крошечном скверике позади здания, и закрытая, если с погодой не очень. Я выбрала открытую, села на лавку и, нагрев табачную палочку, затянулась во все легкие несколько раз. Рак не грозит, и опьянение никотином расслабило без чувства вины за «вредность» привычки.
Плевать, если куратор сделает выговор за отсутствие на месте, я собиралась просидеть здесь так долго, как того требовала моя голова и нервы.
— Может, зря его трогала?.. инициативная дура. — Отругала себя. — Теперь на трупе черное пятно появилось. Проклятье!
Спохватившись, что говорю вслух, огляделась осторожно. Но никого рядом не было.
Вилли прилетел в обеденный перерыв, наговорил комплиментов и увел на кофе в маленькое заведение недалеко от Инквиза. Раз дело личное, то он не тушевался поговорить при посетителях, которые это кафе наполняли в это же время. Почти весь народ — служащие, коллеги. Мест мало, но нам удалось занять пару барных стульев у оконной стойки, лицом на улицу, а не в помещение. Еще и погода начала портиться — дождя не было ни разу с тех пор, как я приехала в столицу, а сегодня вдруг стало пасмурно и прохладнее обычного.
Вилли хитро улыбнулся мне, подмигнул:
— Зачем тебе бывшая Нольда? Я как-то не уловил, что бы ты на него глаз положила, как все.
Он широко махнул обеими руками, и даже полуразвернулся. Охватывая жестом не то, что кафе, не то, что Инквиз, а будто изображая мир.
— Положила, не смогла устоять. А ты откуда знаешь, что она — «бывшая»?
— Я невольный собиратель всех новостей о неуставных отношениях. Тогда только устроился, еще стажером бегал, и Нольд тоже первый год службы начал, мы знакомы не были, но слухи о нем сразу пошли, не нагреть уши невозможно. Он вел себя точно также, как и сейчас со всеми — ледяной король игнорирования и высокомерия… и почему это так всем женщинам нравится? Короче, Регина, наверное, была одна, кто отвечала ему взаимным игнором — на том и сошлись. А потом вдруг расстались. Подробностей не знаю.
— Нольду не говори о моем интересе, оставим между нами?
Тот кивнул, отпил чай.
— Регина работает в соседнем здании. Оно все — архив, там же отдел кадров. Хочешь с ней познакомиться, могу устроить, пока только не придумал как.