Механик (СИ)

– Почему он так смотрит на тебя, Аня? – схватившись за локоть, шипит Маша.
Обвожу взглядом друзей, моих и Давида. Их высокомерные замашки и неприкрытый снобизм вызывают у меня тошнотворное отвращение.
– Потому что он мой парень… – охрипшим голосом отвечаю я.
– Что?!
– Я с ним встречаюсь, – попеременно смотрю в глаза каждого из них, разворачиваюсь и решительно иду к Матвею.
Тело немеет, ноги не слушаются, в голове гул. Знаю, что я сейчас под прицелом взглядов не только Яра и моих подруг, но и внезапно затихшей компании Давида.
Без преувеличения, чувствую себя Серсеей. Такой же голой и беззащитной.
Сосредоточиваю все свое внимание на расплывающейся фигуре Матвея, иду на него, как корабль на маяк.
До ушей доносятся возбужденные шепотки и чей–то смех. Не удивлюсь, если нас снимают на камеру.
Плевать.
Приблизившись, кладу руки на его плечи и тянусь к губам.
– Привет…
– Привет, – меня обхватывают сильные руки и прижимают к крепкому телу, – я за тобой…
Быстро целует в губы и усаживает в машину.
Стараясь не смотреть в окно, зажимаю трясущиеся руки коленями, и глубоко дышу, пытаясь унять бешеное сердцебиение.
– Проблемы будут? – спрашивает Матвей, выезжая со стоянки.
– Не знаю…
– Прости, Ань…
– Мне кажется, я люблю тебя, – поворачиваю к нему голову.
Матвей ловит мой взгляд, всматривается в глаза и легко кивает.
– Я тоже.
Я не спрашиваю, почему он проигнорировал мою просьбу и приехал за мной к клубу. Решил устроить проверку, взять на СЛАБО…
– Если мои родители узнают про тебя, я… я не знаю, что будет…
– Давай будем решать проблемы по мере их поступления.
– Ты так говоришь, потому что не знаешь мою маму!
– И чем она так страшна? – интересуется Матвей, не отрывая взгляда от дороги.
– Она деспот! Она ни за что не разрешит мне с тобой встречаться!
Он паркуется на обочине, обхватывает мои бедра и тянет на себя.
– Аня, – просит он, – посмотри на меня.
Я кладу руки на его плечи и смотрю в глаза. Матвей проводит костяшками пальцев по щеке, вдоль шеи, доходит до ключицы.
В нос ударяет запах машинного масла. Как я успела понять, эту субстанцию не так легко смыть с рук. Но мне не противно, так пахнет мой мужчина.
– Даже Господь Бог не запретит мне быть с тобой, если ты сама этого хочешь…
– Хочу.
– Тогда ничего не бойся, – берет мой подбородок двумя пальцами, – ты веришь мне?
– Верю…
– Хочешь, поедем ко мне.
– К тебе? В сервис?
– Угу, – легко касается моих губ своими, – я не смогу сегодня у тебя остаться… у меня там Эля опять с Деном сцепились.
Я не горю желанием снова встретиться с его сестрой и друзьями, но провести ночь в одиночестве, без Матвея, не хочу еще больше.
– И я останусь там с тобой на ночь?
– Если хочешь…
В голове мелькают картинки того, чем мы сможем заняться ночью на его диване, и тело тут же отзывается, наполняясь теплой негой.
– Хочу, – счастливо вздыхаю, неосознанно сжимая бедра под тихий смех Матвея.
Молча толкается навстречу мне бедрами, давая понять, что принял намек к сведению.
– Тогда поехали скорей, пока они не поубивали друг друга.
Чмокает в нос и помогает пересесть обратно на пассажирское сидение.
– И часто они ссорятся? – спрашиваю я, когда внедорожник отъезжает с обочины.
– Постоянно.
Я вспоминаю недовольную мину Дена в день приезда Эли и понимаю, что мне не показалось. Ее появление не пришлось ему по вкусу.
– Почему?
Матвей шумно выдыхает и пожимает плечами.
– Элька вбила себе в голову, что, когда вырастет, выйдет за него замуж…
– Она влюблена в него?!
– Все это хрень собачья, а не любовь! Она еще ребенок.
– Не такой уж и ребенок, – бормочу под нос. Всего на два года младше меня.
– И к тому же, он ей не пара! – выносит вердикт Матвей.
– Почему же?
– Ты видела его? – поворачивается ко мне, – нахрена мне такой зять?!
Я заливисто смеюсь и толкаю его в плечо.
– Считаешь себя лучше него?
– Я, по крайней мере, не трахаю, все, что движется!
– Оу, – осекаюсь я, – ну, тогда, да… вряд ли он ей пара…
 
– Он уже знает, что останется без яиц, если хоть пальцем ее коснется.
– Из–за чего они поругались сейчас?
– Приедем – узнаем… Наверняка, опять телку притащил… кобель…
В этот момент телефон Матвея, лежащий в кармане между сидениям, начинает звонить. Я успеваю увидеть имя звонившего.
Ден.
– Не ори! – рявкает он, когда трубка начинает вопить отборными ругательствами, – Элька как?!... Скоро буду…
Отключается, и на мой вопросительный взгляд, говорит:
– Угнала его байк… и, похоже, немного помяла.
Я в шоке! Вот это темперамент!
– Сама не пострадала?
– Нет.
Мы въезжаем на территорию автосервиса, когда на улице уже стемнело. Под фонарем у входа в гараж кучкуются парни.
– Вообще, бл@дь, охренели! – ворчит Матвей и обращается ко мне, – пойдем…
Я выхожу из машины и, схватившись за его руку, иду, немного прячась за его спиной.
– Что за собрание? – обращается он к парням, что топчутся у черного мотоцикла.
– Да тут твоя сеструха Дену немного байк пожамкала, – хмыкнув, указывает на него головой один из парней.
Серьезных повреждений я не вижу. Немного смято крыло и отломано зеркало.
– Стас, а ты, я так понял, на ночную смену подписался?..
– Да ладно, Мот, завязывай… – отшучивается он, – уезжаем уже…
– Только попробуй завтра сказать, что проспал!
Парни, попрощавшись, спешным шагом уходят в сторону припаркованной неподалеку легковой машины. А мы с Матвеем заходим внутрь.
– О! Братан приехал! – скалясь, громко выдает Ден.
Он сидит на диване, закинув ноги на журнальный столик. В одной руке сигарета, в другой – бутылка с пивом. На подлокотнике дивана, закинув руку на шею парня, развалилась яркая брюнетка в кожаной юбке и чулках – сеточках.
– Какого хрена ты здесь куришь, Ден?!
Рука Матвея на моем плече напрягается, и я вместе с ней.
Денис демонстративно тушит сигарету в консервной банке и делает глоток пива.
– Приструни свою сестру, Мот! Потому что мое терпение на исходе!
– Я поговорю с ней, а ты прекрати таскать сюда своих шлюх! Здесь тебе не бордель!
Ден усмехается, почесывая языком клык, и переводит многозначительный взгляд на меня.
Матвей снимает с меня свою руку, делает два шага вперед и склоняется над парнем.
– Скажи хоть слово, и я за себя не ручаюсь… – от его угрожающего рыка даже у меня по коже идет мороз.
Брюнетка тоже пугается. Сжимается в комок, прячась за Дена.
– Байк ты мне отремонтируешь? – поднимаясь, спрашивает он.
– Обойдешься!
Тот, задрав голову, ржет, а Матвей уже ведет меня на второй этаж.
– Кстати, привет, Анютка! – летит мне в спину.
– Привет, – бросаю через плечо и вижу, как, толкая перед собой девицу, Денис выходит из гаража.
Мы проходим вдоль по коридору мимо уже знакомой мне комнаты и останавливаемся у дальней двери.
– Эля, открой! – стучит три раза, но ответа нет.
– Может, она уснула? – шепчу я.
– Эля! Дверь вышибу, ты меня знаешь!!!
Слышится щелчок, и уже в следующее мгновение дверь открывается.
Я ожидала увидеть ее всю в слезах и соплях, дрожащую и всхлипывающую, но никак не в образе амазонки!
Руки на груди, губы плотно сжаты, а горящие гневом голубые глаза стали почти фиолетовыми.
– Что?! – с вызовом кричит она.
– Ты что творишь?! – наступает на нее Матвей, – тебе жить надоело?!
– Не ори, – делает три шага назад и плюхается попой на кровать.
– Не орать?! А если б ты разбилась?!
– Я умею ездить на байке!
– Я вижу!!! – вскрикивает он, видимо, намекая на ее разбитые коленки и ободранные ладони, – когда ты повзрослеешь, Эля?!
– Когда он перестанет таскать сюда шлюх, которые насмехаются надо мной!