Испытание Терний (ЛП)

Рев усмехается. Тьядин кивает.
— Они реально идиоты, если думали, что я буду им верен.
— Так в чём суть задания? — интересуюсь я.
Он указывает на пламя.
— Посмотреть в огонь минуту. Он покажет вам нечто ужасное, но нельзя отводить глаза. После этого вы получите инструкции на последний день испытания, но там ничего неожиданного.
Киваю и заглядываю в пламя. Первые несколько секунд я не вижу ничего, кроме пляшущих всполохов алого пламени. Но затем они начинают меняться. Тени сгущаются, пока перед глазами не предстаёт картинка — чёткая, как на экране телевизора. Передо мной стоит Бриэлль, а у неё в руках дёргается чёрная птица. Моё сердце замирает, лёгкие леденеют.
— Нет, — шепчу я. «Это не по-настоящему, это не по-настоящему, это не по-настоящему», — повторяю себе, пока Бриэлль отрывает голову Рейвен.
Накрываю рот ладонью, но продолжаю смотреть. В конце концов изображение сменяется, я узнаю Мерцающий двор, а затем и терновые врата.
— Подсказок больше не будет. Найдите путь обратно, — шипит пламя, а затем картинка растворяется. Я отрываю взгляд от иллюзии и падаю на колени, сердце бешено колотится.
«С ней всё в порядке», — твержу себе.
Я сделаю всё, чтобы она была жива и невредима.
— Что ты видела? — любопытствует Рев.
Я открываю рот, чтобы ответить, но перед этим бросаю взгляд на Тьядина. Насколько я могу доверять им обоим?
— Я видела, как Бриэлль убивает моего друга. Вы его не знаете.
— Это было не по-настоящему, — напоминает Тьядин.
— Знаю, — шепчу я. Но меня это не успокаивает.
Рев
Мы проводим последнюю ночь испытания на острове с пламенем. После нашей победы в бою мы знали, что Дрейк и Бриэлль сюда не вернутся, так что это самое безопасное место, которое мы только могли найти.
Реакция Бриэлль задела меня за живое. Слова, которыми я спровоцировал её.
Я понимаю, что всё это было частью плана, что они намеревались убить нас. Мы сделали то, что должны были, чтобы выжить. Но всё же выражение её лица, эта её вспышка… И жар в груди при мысли о поцелуе с Кейлин.
Я уже говорил, что эти испытания перевернули всё верх дном?
Не говоря уже об этом последнем задании с костром, рассчитанном на то, чтобы ещё больше нас помучить.
Моё видение не оказало на меня такого эффекта, как было у Кейлин, но, тем не менее, воспоминание о чёрной магии, сдавливающей моё горло до посинения, всё ещё прокручивается в моей голове.
Я видел свою собственную смерть. Так убить меня мог бы кто-то из Двора Теней. Из двора Кейлин.
Никто не говорил, что эти видения правдивы. Нам просто показали наши страхи. То, что может выбить нас из колеи.
И это ещё как выбило меня.
Мне плохо спится в последнюю ночь испытания — пока что самого напряжённого из всех. Где-то в перерыве между кошмарами и мучительными раздумьями я понимаю, что едва ли могу закрыть глаза. И хотя отчасти я чувствую облегчение, что это испытание подходит к концу, мне в то же время страшно возвращаться домой.
Как я смогу снова встретиться лицом к лицу со своим отцом?
С матерью?
Стоит ли мне сразу признаться, что я всё знаю?
Как на меня отреагируют остальные, узнав, что я объединился с Кейлин, убийцей моего брата?
Здесь, на пляже у горящего костра, рядом с двумя фейри, которых ещё несколько дней назад я едва ли мог представить в роли своих друзей, всё кажется намного проще.
Кейлин всё ещё пугает меня. Приводит в замешательство. И привлекает.
Но даже это лучше, чем всё то, с чем мне придётся иметь дело по возвращении в Мерцающий двор.
Мы втроём обсудили план на завтра, перед тем как отправиться спать. Мы снова пойдём через территории, опустошённые чумой, вернёмся в земли Теневого двора, где пройдём через один портал в Шепчущем лесу, а затем через другой на территории Мерцающего двора, пересечём пустыню и попадём обратно к терновым вратам.
 
Расстояние немалое, но задача кажется довольно простой.
Кейлин
Я провожу большую часть ночи, ворочаясь на мягком песке — самая удобная постель за последние дни. Должно быть, я провалилась в сон, но не слишком крепкий, потому что в какой-то момент проснулась, услышав чьи-то шаги по песку.
— Здесь кое-кто хочет с тобой повидаться, — шепчет Тьядин в темноте. Я резко сажусь, внутри поднимается паника.
Тьядин кивает в сторону деревьев, где слышится хлопанье крыльев и тихое карканье. Стискиваю зубы, злясь на Рейвен за то, что она снова рискует собой. Тьядин ложится обратно спать. Глаза Рева открыты, но он не шевелится.
Вздыхаю и направляюсь к кустам.
Увидев её, я взмахиваю рукой, развеивая иллюзию. Надо было приложить больше сил, потому что сейчас она пошатывается и прислоняется спиной к дереву.
— Ох. Какого чёрта, Кей?
— Какого чёрта, Рей? — повторяю я, скрещивая руки на груди. — Я же сказала тебе держаться на расстоянии. Тебя могут убить.
Рейвен надувает губы.
— А я думала, ты будешь рада увидеть меня. Мы не разговаривали уже несколько дней.
Делаю глубокий вдох.
— Или ты… не хочешь со мной общаться?
От воспоминания о видении с Бриэлль, сворачивающей шею Рейвен, меня бросает в дрожь.
— Если это ставит твою жизнь под угрозу, то нет. Тебя видели сегодня, — мой голос звучит резко, безжалостно. Она вздрагивает.
— Я просто хотела тебя предупредить… — её голос срывается на высокие ноты.
— Это было глупо. Безрассудно. Теперь Рев в курсе. Он знает, что ты много значишь для меня. И хотя я не думаю, что он… Что он навредит тебе, чтобы отомстить мне… Но мне всё равно это не нравится. Совсем. Знает он — значит, могут узнать и другие. А я не хочу, чтобы мои проблемы ударили по тебе.
Она делает шаг ко мне, прикусывая губу.
— Но я хочу быть частью твоей жизни со всеми её проблемами, — проникновенно говорит она. — Всей твоей жизни. Всю тебя.
Вздрагиваю. За это я её и люблю. Мне нравится, что мы обе — сломленные души.
— Т-ты… — запинается Рейвен. — Ты не можешь запретить мне помогать тебе. Не можешь отталкивать меня вечно, — она хватает меня за плечи, крепко сжимая, глаза полны обожания и страха. — Я люблю тебя, Кейлин.
Сердце ухает вниз. Твою мать. Нет, я всегда знала, что она очень привязана ко мне, что у неё сильные чувства, и часть меня чувствовала то же самое. Но другая часть…
Встряхиваю головой. Я не знаю что делать. Не знаю, что сказать. Что я не разделяю её чувств? А так ли оно? А вообще, это имеет хоть какое-то значение? Чем дальше от меня, тем безопаснее для неё. Я прижимаю ладонь к животу. Боль, страх и замешательство скрутились внутри в чёртов ураган.
Нижняя губа Рейвен дрожит, когда молчание затягивается.
— Ты не чувствуешь того же, да?
Мои глаза распахиваются.
— Я… Я не знаю… — не знаю, что я чувствую. Не знаю, что я должна чувствовать в такой ситуации. Я не знаю, что будет лучше для неё.
— Ты любишь жизнь здесь больше, чем меня, — произносит она, опуская руки. — Вот почему ты не хочешь сбежать вместе со мной. А ещё ты неравнодушна к нему, не так ли?
У меня вытягивается лицо от удивления.
— Знаешь, в облике птицы можно многое заметить. Я вижу, как ты смотришь на него. Вижу, как он смотрит на тебя.
 
— Рейвен, — мой голос звучит тихо-тихо. — Я тебя не бросаю. Я просто не хочу, чтобы ты пострадала.
— Скажи мне правду, — шепчет она, в её глазах стоят слёзы.
— Правду? — делаю глубокий вдох и закрываю глаза. — Ты мне очень дорога. Но мне не стоило приводить тебя сюда.
Рейвен ахает.
Но это правда. Я люблю её в определённом смысле. Нуждаюсь в ней. Но мне важно, чтобы она была в целости и сохранности, и я до ужаса боюсь того, что может с ней случиться. Я боюсь, что Бриэлль узнает правду и отнимет у меня Рейвен.