Подлунная Роза
Конечно, я помнила, что нахожусь в осажденном замке, что мне уже двадцать четыре года, что страной правит Томас, и что мой муж Эдвин погиб. Но эту правду, как рисунок на песке, размывало под волнами воспоминаний о комнате, похожих одно на другое. Реальность мало меня интересовала: магия с лихвой замещала все горести и радости, я жила ей, и никогда еще она не давалась мне так легко. Мне не составляло труда повторить любой трюк, который я когда-либо видела, потому что он был похож на сотни тех, что я уже исследовала в других сферах. Стихии, свет, электричество, жизненные силы, секреты души – я ушла намного дальше привычных представлений об энергии.
Опыты с Сирилом дали результаты, и в конце концов мне удалось зажечь в Умме былую искру, а за ней и во всех остальных. Колдуны благодарили меня, только начали донимать вопросами о книге – им не терпелось ее прочесть. У меня не было времени разжевывать им то, что я уже расписала на десятках страниц, и потому только когда на стенах потребовалась их помощь, я показала им несколько техник, которые сочла наиболее простыми и безопасными. Кажется, дела с осадой пошли лучше после этого: по крайней мере, ни Умма, ни Сирил, ни остальные меня больше не беспокоили, и я могла работать над книгой не отвлекаясь.
Однако удары камней, пусть и редкие, продолжали тревожить меня. Каждый раз я вздрагивала и озиралась по сторонам, не понимая, кто я и где нахожусь. Хуже всего приходилось, когда накатывал страх, что это катапульты Ансельма, и что нас вот-вот захватят, а отец болен и даже не сможет бежать из дворца…
В одну из ночей грохот камней и крики были особенно сильными, я с трудом могла сосредоточиться, но в этот раз не позволила себе отвлечься даже на то, чтобы подойти к окну: я заканчивала книгу. Мне оставались считанные страницы, и я усердно скрипела пером, сжимая его стертыми в мозоли пальцами.
Конец рукописи был моей единственной целью, и я летела к ней, как мотылек на свет, даже если в конце пути это ослепительное сияние должно было поглотить меня – я догадывалась, что так оно и будет. Книга закончится, а с ней – то, что связывало меня с Эдвином, последние крупицы меня самой.
Я услышала то ли молнию, то ли грохот снаряда, а за ним шум ветра – или камней от разрушенной стены. Снова крики. Яркие вспышки магии из-за окна плясали на каменных стенах моей комнаты.
Перо вывело последнюю букву, я поставила точку и просушила чернила, проведя над ними рукой. Работа была закончена, и я позволила себе замереть над ней на несколько секунд, привыкая к новому положению вещей.
Взглянув на листы бумаги, сложенные перед собой, я провела пальцем по их ребру, будущему корешку книги, и, чтобы ноготь коснулся стола, ушло около десяти секунд: настолько стопка была большая. Я добавила к ней последний лист и завернула их все в кусок кожи, который приготовила заранее. Вслед за моими пальцами в воздух устремилась стальная нить, она вгрызлась в листы, накрепко их сшивая, и в конце концов затянулась с приятным свистом.
Затем я выжгла в нижней части обложки два имени: мое и Эдвина. Себя я назвала Одри Подлунная Роза, мне показалось это забавным. Эдвин… он всегда хотел зловещее прозвище, и его имя я записала как Эдвин Дракон. Пусть история запомнит его таким.
Последний штрих – название. Мы придумали его еще во время путешествий, и я не стала его изменять. «Обличья стихий». Собрание всего, что было известно нам и самым талантливым колдунам всех мастей, которых нам удалось найти. Теперь любой, в чьих руках окажется этот труд, будет способен покорить все известные сферы магии.
Я провела пальцем по переплету, погладив еще теплое имя Эдвина.
– Теперь я закончила. – Голос прозвучал тихо и казался чужим. Я давно не говорила.
Меня наполнила легкость и неожиданная решимость, я встала из-за стола и, привычно перешагивая через завалы, прошла к окну, откуда доносился грохот сражающихся армий. Мне хотелось глотнуть свежего воздуха: голова кружилась от осознания, что работа наконец окончена. Требовалось время, чтобы привыкнуть к этому чувству.
Однако за окном мне открылось не лучшее зрелище: люди рассыпались по стенам и двору, на месте ворот зияла темная дыра, всюду был огонь. Факелы, магические вспышки, возникающие то тут, то там. Увиденное напоминало картины ада, разверзнувшегося прямо на земле. Я с удивлением поняла, что замок почти захвачен.
Словно отвечая на немой вопрос, почему никто ничего мне не сказал, позади скрипнула дверь. Я обернулась, подумав, что это будет солдат Бейзила, но на пороге оказался Томас. Белое боевое облачение в коричневых пятнах, на мече видна кровь…
– Тебе нужно уходить, – сказал он. – Рик и Нилс уже за стенами, они выбрались через заложенный ход. Иди к ним, и постарайтесь уйти как можно дальше.
Я посмотрела на него, осмысливая слова.
– Замок почти взяли, тебе нужно торопиться!
– Я вижу, – ответила я, мельком взглянула в окно, а затем снова посмотрела на Томаса. – Почему ты не пришел раньше?
Он сжал губы. Впервые я видела, чтобы Томас злился.
– Времени нет, Одри, собирайся!
Он прошел в комнату, не обращая внимания на груды жаровен. Все, что оказывалось на его пути, с грохотом валилось на пол, склянки разбивались вдребезги. Добравшись до шкафа, Томас принялся собирать мои вещи.
– Выгоняешь меня из собственного дома? – Я улыбнулась, упершись в подоконник крестцом. – Вот уж не ожидала…
– Да что с тобой?!
Его крик меня одернул.
Наверное, он был прав, мне не следовало шутить в сложившихся обстоятельствах. Наш общий дом раздирали на части, его семья уже была в бегах. Вряд ли он мог оценить мой юмор…
Очередной залп, оглушительный грохот.
Я вздрогнула, и первая же шальная мысль была об отце. Мне снова почудилось, будто нас осаждает Ансельм и мы с Томасом беспомощно отсиживаемся в комнате. Мы только что вернулись из покоев моего отца, ведь когда замок будет захвачен, особам королевской крови лучше находиться в разных его частях… и когда мы вернулись, в комнате было слишком темно.
«Не переживай, когда мы отправимся жить ко мне, ты быстро забудешь о том, что тебя когда-то волновало».
Я услышала голос Эдвина так четко, что по спине пробежали мурашки. Он словно был здесь… я точно помнила, где он стоял, когда произносил эти слова. На том самом месте, где сейчас была я. Мне казалось, я чувствую его тепло сквозь время.
– Было бы здорово, окажись Эдвин с нами? – спросила я, взглянув на Томаса. – Помнишь, он тогда появился в последний момент?
– Помню, – произнес Томас, продолжая набивать сумку. Он даже не посмотрел на меня.
Вздохнув, я подошла к нему и с силой вырвала сумку из его рук, отшвырнув подальше. Он обернулся ко мне в бешенстве, но застыл, встретив мой взгляд.
– Я не брошу замок, – сказала я. Мы смотрели друг на друга, пока черты его лица не сгладились, а плечи не поникли в бессилии: он понял, что не достучится до меня. – Я должна попросить тебя кое о чем. Пожалуйста, выполни мою просьбу.
– Чего ты хочешь? – удрученно спросил Томас.
– Постарайся сберечь это. – Я подвела его к столу, над которым сиял мой магический свет, и указала на книгу. – Она не должна попасть в дурные руки.
– А ты?
Я взглянула в окно, где огонь, грохот и вспышки создавали ощущение праздника. Там люди кружились в бесчисленных битвах, как пары на балу. Я почти слышала музыку в звоне стали, и мне казалось, что она звучит в мою честь…
– Мне пора.
Прежде чем Томас успел помешать, я вскочила на подоконник. Меня охватил восторг от открывшегося простора, крики, ветер, дым и пламя звали за собой, и я отдалась их песне, с радостью нырнув в хоровод стихий, охвативших замок.
Все смешалось, прошлое, настоящее и будущее, я была гордой принцессой, готовой защищать наследие отца, и ведьмой, повелевавшей всеми силами природы. Я была вдовой, чьего мужа убили чужаки, и ничто не могло утолить мою боль, я жаждала покоя и смерти, но со мной должны были уйти и они, все до единого.