Я пришел за тобой
В общем, два варианта.
Первый. Я ударилась головой, когда воевала с Виктором, и теперь лежу в больнице под капельницей, вот мне и грезится привлекательный мужчина на кухне. Давно ведь ни с кем не встречаюсь, а женское сердце и организм не хотят жить в одиночестве.
Второй. Я просто сошла с ума. Может, и Вени никакого не было, и уж тем более теперь нет никакого парня. Хотя с чего мне сходить с ума? В роду сумасшедших не было, и я сама не демонстрировала к этому никаких предпосылок. Но откуда мне знать, как именно сходят с ума. Может, так это и случается: бац, и ты видишь то, чего нет и быть не может.
Не знаю, заметил ли меня иллюзорный парень, но вида не подал. А я не испытывая и доли страха, любовалась, как он ловко кладет яичницу на тарелки, как режет хлеб. Красота! Такой парень в хозяйстве явно полезнее монстра Вени. Хотя тоже прокормить не просто…
Наконец, я решила, что пора заговорить с ним. Может тут-то он и исчезнет.
— Привет, глюк! — сказала я ему. — А ты, случайно не знаешь, где моя собака?
Он отложил нож и обернулся ко мне и улыбнулся:
— Твоя собака? Я за него.
Лицо у него и верно было очень твердое и мужественное, словно высеченное из камня. Без всяких признаков смазливости, именно мужественное. Хорош, ничего не скажешь. И этот его торс, кубики пресса, совершенное тело… Очень привлекательный у меня глюк.
— Аа, понятно, — сказала я. — То есть он мне тоже чудился, а теперь чудишься ты?
— Хм… — парень усмехнулся и переставил тарелки с яичницей на стол, положил рядом вилки. — Я бы так не сказал. Просто я решил приготовить тебе завтрак, руками это удобнее.
— Аа, ясно… — вновь протянула я, любуясь игрой мышц у него на груди, когда он начал наливать чай себе и мне. — То есть мой пес-глюк превратился в тебя-глюка? Ты глюк-оборотень?
— Примерно так, только не глюк, — улыбнулся он и серьезно добавил: — Садись есть, ато остынет. Хотя я бы предпочел, чтоб ты сначала оделась, когда я в этом облике, твоей внешний вид еще сильнее отвлекает от еды.
Хм… подумала я. А ведь правда, я стою тут в одной ночной рубашке, полупрозрачной, кстати, перед красавцем-глюком. На мгновение перед внутренним взором промелькнуло, что сейчас он подойдет ко мне, обнимет вот этими своими мускулистыми руками, притянет к себе…
И я, может, буду не так уж против. Этот красавец такой невероятно привлекательный, от него прямо пахнет мужественностью и силой! А ведь последний раз мужчина у меня был год назад, когда я встречалась с Андреем. В бреду все можно, да, как и во сне? Никто не узнает, никто не будет осуждать меня…
Словно услышав мои мысли, глюк пристально уставился на меня, в его глазах — теперь я разглядела, что они светло карие, в точности как у моей иллюзорной собаки — что-то сверкнуло.
— Хочешь меня? — неожиданно спросил он, не отпуская взглядом.
Я поперхнулась.
— Что?
— Ты смотришь на меня и пахнешь… особым образом, как женщина, которая хочет мужчину, — серьезно пояснил он. — Я тоже тебя хочу. Возможно, нам стоит переспать, чтобы сексуальное напряжение не нарастало. Если ты согласна. Я не могу взять тебя без твоего согласия.
Он испытующе смотрел на меня, явно с трудом удерживая себя на месте. Чуть подался ко мне, но замер, вглядываясь в мое лицо.
А я просто застыла, открыв рот. Мой собственный глюк не может «взять меня» без моего согласия… Ну логично, он же мой глюк, по идее я тут главная. Вернее, мое подсознание.
И вообще, радует, конечно, что, по крайней мере этот глюк — не насильник.
Но каков! Открыто предлагает секс. Хотя, чего ожидать от ненастоящего парня…
А может, мне согласиться, подумала я. Нравственные убеждения говорили, что спать можно и нужно только с любимым человеком. Но это же не по-настоящему! Это все мне кажется!
И все же… А вдруг по-настоящему, подумалось мне, и маленькие мурашки тревоги пробежали по спине.
— Закрой рот и ответь, мне правда нужна твоя ко… — он с досадой осекся, чуть-мотнул головой, будто сбрасывая наваждение. — Твое согласие.
Ах, закрой рот! Вот как! Я словно проснулась.
— Я не собираюсь с тобой спать! Ты вообще мне просто кажешься! — почти крикнула я — тоже с досадой. — И вообще хватит! Исчезни! Я ведь знаю, что тебя нет!
— Я не могу исчезнуть, ты сама вчера привела меня сюда, — миролюбиво ответил он. На несколько мгновений закрыл глаза, глубоко подышал, и я заметила, что его собранное, как для прыжка великолепное тепло расслабляется. — Впрочем, ты права. Если мы займемся сексом, пока ты думаешь, что меня не существует, потом скажут, что я воспользовался твоим заблуждением.
— Кто это скажет? — ехидно спросила я.
— Например, ты. Яичница остывает. Иди, накинь халат и возвращайся есть, — ответил он непререкаемым тоном.
То же мне, раскомандовался. Глюк-оборотень, несчастный!
— Да, я иду одеваться, и, чтоб когда вернусь — тебя здесь не было! Дверь в квартиру захлопни! — ответила я сердито, развернулась и пошла в комнату.
Услышала, что он смеется мне во след.
Иллюзий не питала. Была почти полностью уверена, что так просто я от своего безумия не избавлюсь. Вернусь — и он будет здесь. Конечно, вопиющая неблагодарность выгонять его сейчас, он ведь все же приготовил мне завтрак. Но он ведь и не уйдет…
Я надела домашнее платье, причесалась, быстро почистила зубы. Хлопка входной двери, конечно, не слышала. И вообще, если быть честной с самой собой, разговор с этим ненастоящим парнем сильно поднял мне настроение. Послевкусие вчерашних неприятностей отступило. Стало даже интересно, какие еще сюрпризы подкинет мне подсознание. Лишь бы никаких ужасов не показывало.
Когда вернулась, глюк сидел за столом. Он молча подвинул мне стул с другой стороны. Я села, взяла вилку. Вот сейчас и проверим, чудится мне или нет, подумала я. Не уверена, что бывают вкусовые галлюцинации… Если яичница настоящая — шансы, что все происходит на самом деле, повышаются.
— Ну вот, все остыло, — с укором сказал мне парень. Отложил вилку и поместил ладонь над моей яичницей. Поводил ею над ней. От его руки пошел пар, яичница заскворчала, как на сковородке, даже задымилась. Повторил тоже самое над своей тарелкой.
Магия… обреченно подумала я. Теперь не важно, настоящая ли яичница. Я точно сошла с ума, ведь уж этого-то совсем не может быть.
— Спасибо… — только и нашлась я.
— Всегда пожалуйста, — улыбнулся он, явно довольный, что оказал мне мелкую магическую услугу.
Я отщипнула кусочек яичницы (пусть и иллюзорной), съела. Очень вкусно, похоже, он извел в нее крошки сыра, что еще оставались в холодильнике.
— Итак, — выдохнула я. — Ты маг и пес-оборотень…
— Не пес. Наполовину волк, наполовину — пес, — перебил меня он с едва-уловимой долей раздражения в голосе. — Я метис, очень редкий вид в наши времена. К тому же мы предпочитаем, чтобы говорили просто "оборотень" или "человек-оборотень", ведь основная ипостась у нас — человеческая. Мы — люди, обращающиеся зверями, а не звери, превращающиеся в людей.
— Хорошо, — пожала плечами я. — Как скажешь. А имя у тебя есть? Или я должна его тебе дать?
— Разумеется — есть, как у всех людей. И не вздумай давать мне клички, как этот твой «Веня». Не знаю, как эта гадость пришла тебе в голову. Я- Ник. И нам нужно поговорить.
Глава 5
— Николай? То есть Коля? — переспросила я неуверенно.
Интересно, почему мое подсознание дало ему такое имя? Вообще-то имя «Николай» мне никогда не нравилось.
— Николай, да, но не Коля, — он поморщился. — Именно Ник. Так и называй меня. Чтоб я больше не слышал про «Веню». И нам действительно нужно поговорить.
Поговорить со своей наглой галлюцинацией, то есть, по сути, с самой собой — идея отличная, усмехнулась я про себя. Как выражался мой отец: «сам с собой увлеченно веду беседу». Хотя, может в диалоге с подсознанием, узнаю что-нибудь ценное о себе. Терять то уже нечего…