Жесткий рок (СИ)

По-моему, он выглядел потрясающе.
Весь такой стильный и мужественный. Я не могла не порадоваться тому, что он был один. Хотя какая для меня разница?
– Мы идём на концерт в следующую субботу? – спрашивает моя любимая подруга.
Воодушевляюсь. Да, я очень хочу пойти на концерт в следующую субботу и хорошенько оторваться. С ней я могу пойти куда угодно, и мне не будет скучно.
– Да-а-а-а-а! – кричу и размахиваю пластиковой лопаткой.
– Юрочка хочет пойти с нами, ты не против? – смеется Вика.
– Нет!
Меня немного гложет совесть оттого, что я не рассказала ей о событиях судьбоносного пятничного вечера. Но мне почему-то не хочется об этом разговаривать. Совершенно не хочу копаться в причинах своих поступков и не буду. Моя мотивационная литература говорит «если не хотите что-либо делать, просто не делайте этого». По-моему, это отличный совет! 
Впервые за три недели меня отпускает. Я совершенно честно больше не жду звонка. Я даже возвращаю Вике ее рингтон, который сменила по известным причинам. Ведь я практически не ассоциирую Антона с его творчеством и теперь я хочу сделать две вещи – напиться и покрутить задницей под хорошую музыку.
Неделя пролетает быстро. В среду «разбиваю копилку» и еду в торговый центр, где устраиваю колоссальный забег по магазинам. Слава богу, я не шопоголик, поэтому подхожу к процессу трезво.
В довершение всего, мой коллега Сергей неожиданно проявил ко мне настойчивый интерес. Вообще-то, мне не нравился его нос, но этот изъян компенсируется неплохим чувство юмора, поэтому я решаю дать ему шанс и приглашаю с нами в бар, где в субботу поет наша с Викой любимая ещё со времён студенчества группа. В пятницу вечером, собираясь на долгожданную тусовку, тщательно подхожу к выбору белья.
Я не собираюсь показывать свое белье «Серёнчику» (так мы с Викой определили его жизненный статус). Просто я, как и любая нормальная женщина, люблю паковать свои прелести во что-нибудь изящное и кружевное. Даже если этого никто не увидит, ведь я не склонна к беспорядочным половым связям. Сегодня я останусь на ночь у Вики и Юры, по этому поводу они надуют роскошный резиновый матрас. Насыпаю Палкану две полные миски корма и прошу у него прощения за то, что бросаю одного до завтрашнего вечера.
Облачаюсь в фисташковые кожаные брюки, которые обтягивают мою задницу, как и положено кожаным брюкам. С ними я надеваю укороченный свободный топ белого цвета и бежевые сникерсы. Черно-синие волосы собираю в пучок, чтобы не портили цветовую гамму. Оставив на носу Палкана красную помаду, убегаю навстречу отличному вечеру.
Очередь в клуб не маленькая, но на мне теплая парка, к тому же мы гоняем по кругу Юрину фамильную фляжку и болтаем. Мой интерес к Сергею стремительно падает, но от него уже не избавиться, ведь он оплатил мой билет.
Войдя, мы сразу направляемся в бар и опрокидываем по текиле. Я сейчас говорю о нас с Викой, потому что Юра сегодня трезвый водитель, а Сергей не привык мешать виски и текилу. Мое настроение достигает пика, когда концерт начинается с любимой песни. К тому моменту, как она заканчивается, я уже люблю весь мир и устремляюсь в фан-зону одна, потому что Вика предпочитает остаться в объятиях своего парня.
Поднимаю руки вверх и закрываю глаза, наслаждаясь звуком. Растворяюсь в толпе таких же, как и я. Неожиданно чувствую, как на мою талию ложатся ладони, большие пальцы которых приподнимают края топа и гладят мой голый живот. Вздрагиваю и поворачиваю голову, чтобы дать наглецу в нос. Но к моему вселенскому изумлению, меня окутывает грейпфрутовый аромат, а два голубых глаза, один из которых подбит, искрятся весельем.
Мне совсем не смешно.
Убираю его руки со своей талии и начинаю выбираться из фан-зоны. Очень надеюсь, что он за мной не пойдет, ведь я вычеркнула его из своей жизни буквально на прошлой неделе. Понятия не имею, как он меня тут нашел, но мне плевать.
Даже не хочу оглядываться и проверять, идет ли он за мной.
Я не мазохистка и не собираюсь страдать по одному и тому же поводу два раза за один месяц. Мне не восемнадцать, и я прекрасно знаю, что, если мужчина тебе не звонит, это не значит, что ему неожиданно пришлось улететь на Марс. Это потому что он не хочет!
 
Я уже говорила, что стать для Антона случайным перепихоном не могу. Он слишком мне нравится.
Нахожу у бара своих. Серёнчик тоже здесь. К моему удивлению, он делает шаг назад, будто увидел за моей спиной угрозу. Причина его капитуляции выясняется тут же, когда на мою талию снова ложится горячая ладонь. Подпрыгиваю на месте и разворачиваюсь, утыкаясь носом в серую футболку. Еще одна ладонь ложится мне на задницу и сжимается.
Запрокидываю голову и смотрю в лицо Наумову.
– Ну, и куда ты рванула? – спрашивает он недовольно.
Упираюсь руками ему в грудь и пытаюсь отстраниться. У него эрекция, и он тычет ею прямо мне в живот.
Мамочки!
Я ведь не железная.
Мы с ним не общались три недели! Какого черта он так делает? Я не отвечаю на его вопрос, у меня слишком важный диалог с самой собой, поэтому он смотрит поверх моей головы и говорит:
– Всем привет.
– Гхм… привет… – тянет Вика.
Юрочка тянет руку для пожатия. Антон ее принимает. Я все еще пытаюсь высвободиться из настойчивых сильных рук, но моя воля слабее с каждой секундой. Меня будто магнитом тянет обратно! Кроме того, мне стыдно смотреть в глаза лучшей подруги.
– Мы с Алёной отойдем на минутку, – объявляет Наумов.
Надо же, какой цивилизованный. Для меня у него только отменный набор матов. Он кладет руку мне на плечо и уводит за собой. Стараюсь не встречаться ни с кем глазами, я и так знаю, что мне светят большие проблемы.
Бес перестает быть деликатным почти сразу. Убирает руку с моего плеча и хватает за локоть.
«Не ходи с ним!», – поют ангелы в моей голове, потому что желают мне добра.
«Да разве он спрашивает?», – беспомощно развожу я руками.
Он запихивает меня в просторный туалет, где мы может комфортно поговорить. Ну и бред! Я еще никогда не выясняла отношения в туалетах.
Наумов закрывает дверь на замок и разворачивается ко мне. Не знаю, куда деться. Куда бы я не подалась, буду от него на расстоянии вдоха. Складываю руки на груди в защитном жесте и говорю безразлично:
– Чего тебе?
Это ни черта не работает, потому что я пожираю его глазами. Он это прекрасно понимает, но к счастью, сам занят тем же самым.
– Как дела? – спрашивает Бес, облизывая губы.
Хочу, чтобы он меня поцеловал. Его рот пришел в норму за три недели, губы гладкие и на вид очень вкусные, на лице легкая щетина.
– Круто, – отвечаю на его вопрос.
Кажется, он забыл, о чем спрашивал, потому что рассеянно чешет за ухом. Не удивительно, вопрос был совершенно тупой.
Молчим.
Он делает шаг вперед и исполняет мое желание. Набрасывается на мои губы, срывая резинку с волос, отчего они рассыпаются по плечам, синие и волнистые. Мы целуемся как ненормальные. Мои руки обвивают его шею, а его мнут мою задницу как в последний раз. Когда он толкает в мой рот язык, повисаю на нем, так как ноги подгибаются.
«Вау…»
Такого со мной не было… никогда. Я тащусь от его вкуса и запаха. Я тащусь от того, как он ощущается, оттого, какой он большой и сильный. У него эрекция и она гигантская.
Я сейчас хлопнусь в обморок.
Он убирает одну руку с моей попы и протискивает ее между нашими телами. Расстегивает пуговицу на моих брюках и просовывает ее мне в трусы.
– Так и знал… – хрипит мне в губы, погружая пальцы в обильную влагу.
Я запрокидываю голову и стону. Он нащупал мой клитор! Пронырливый ублюдок! Он тоже это понимает, поэтому начинает работать пальцами увереннее. Мне конец!
 
– Анто-о-о-он! – ору я.
Он припадает губами к моей шее и дышит как паровоз. Клянусь, со мной такого никогда не было. Но я кончаю. Вот так просто. Бес прижимает меня к стене своим твердым телом, не давая рухнуть к своим ногам.
– Пиз*ц! – выдыхает Наумов мне в шею, терпеливо дожидаясь пока меня отпустит.