История тела сквозь века

Уильям Баклэнд. 1845
Весь пол пещеры (длина ее составляла чуть более 20 м) был покрыт обильными остатками или, лучше сказать, кухонными отбросами, производственным мусором, скопившимися в давно прошедшие времена.
Скелет, что вошел в литературу своего времени под именем «Красной дамы из Пэвилэнда», ныне покоится в Пит-Риверском музее Оксфордского университета. Откуда взялось столь красочное название? Когда профессор Баклэнд вскрыл покров глины толщиной в один фут, перед ним явился скелет, покрытый украшениями, изготовленными из мамонтова бивня, раковинами морских моллюсков, и все это было окрашено в красный цвет охрой, которой в древности посыпали тело покойника. Почему – угадать трудно, но в палеолите так делалось часто. Может быть, хотели вернуть усопшему цвет тела живого человека, может быть, эта краска была символом крови и жизни…
Лишь спустя сто лет после открытия были осуществлены настоящие антропологические исследования, и было установлено, что на самом деле это мужчина! Однако столетняя привычка оказалась слишком стойкой и прозвище «Красная дама» так и осталось.
Однако человеческие кости в пещерах Англии были найдены не впервые: еще в 1797 г. в графстве Сомерсет вблизи Чеддара несколько подростков преследовали кролика, который вдруг исчез в какой-то дыре под известняковой скалой. Расширив лаз, мальчики оказались в пещере (позднее ее назвали Эвилайн Хоул), где на полу лежало приблизительно 50 человеческих скелетов. Еще один скелет был найден в пещерном заполнении в окрестностях Баррингдона в том же графстве: самой природой он был запечатан под синтровым покровом и прочно обызвесткован.
Любопытно, что древние иллирийцы, жившие во времена Римской империи на территории нынешней Югославии, местом пребывания своих богов охотно объявляли пещеры, особенно те, где текла вода, глубокие расщелины и источники. В районе Шкоциянских пещер обнаружено несколько природных жертвенных колодцев, принадлежащих этим людям; в одном из них, без малого 100 м глубиной, найдено превосходно украшенное ведро с венетской (иллирийской) надписью и 11 черепов со следами нанесения ударов.
Человеческие жертвы, часто весьма многочисленные, должны были умилостивить разгневанные божества в периоды смятения и опасности; людоедство могло быть связано и с культом предков, могло быть формой ликвидации пленных или играть аналогичную общественную, но не лишенную некоторых ритуальных черт роль правосудия. Некоторые части человеческого тела приобрели в те времена более постоянные культовые функции. Вспомним о чашах из человеческих черепов, известных у многих древних народов (одна из них, найденная среди памятников галштадской культуры в пещере Бычи скала, оказалась наполненной обгоревшим зерном, очевидно, принесенным в качестве жертвы).
Приблизительно к тому же времени относится уникальная жертвенная пещера, или колодец, найденная в Чехословакии. Случилось это в 1953 г. в Южнословацком красе, в лесу, называемом Девять деревьев (по-венгерски Киленс-фа). Открыл ее словацкий спелеолог О. Майда-Грашко, чье имя она и носит. Майда-Грашко произвел расчистку пещеры на глубину почти 14 м, обнаружив при этом не только кости животных, но и человеческие черепа. Следующие находки черепов были сделаны позднее, когда археологи прошли два горизонтальных хода, открывающиеся на дне пропасти. Чтобы попасть в небольшой зал, ограниченный с одной стороны завалом, состоящим из известнякового щебня и валунов, приходилось ползти северо-восточным коридором. Сразу же в 1953 г. здесь были начаты археологические раскопки, при которых были найдены выбеленные человеческие скелеты и следы очагов. Два года спустя исследования пытались возобновить, но из-за повреждения предохранительной балки со стороны завала ученым пришлось незамедлительно покинуть Святилище, как именовали этот маленький зал: позднее работы уже не возобновлялись.
  
Находки в Майда-Грашковой пещере весьма необычны. Человеческие останки, как показали результаты антропологического анализа, принадлежали 12 особам. На нескольких черепах обнаружены следы ударов каким-то тупым или рубящим орудием, умышленно разбитые челюсти. Глазницы расширены с помощью надрезов с внутренней стороны уже после того, как были разбиты черепа. Самое же поразительное являла маска, вырезанная из лицевой части мужского черепа. Найденная заготовка для другой аналогичной маски объясняет способ производства этого необычайного предмета, предназначенного, скорее всего, для каких-то религиозных обрядов или танцев.
Пещера служила местом отправления культовых церемоний, в практику которых входил и каннибализм. Не исключено, конечно, что в этот маленький зал в то время попадали не через колодец, а более удобным путем через северо-восточную пропастеподобную воронку. Где же пользовался древний колдун-шаман маской из человеческого черепа? Снаружи, вне пещеры, очевидно, было больше места для танцев, но в самой пещере в свете очага его маска должна была выглядеть намного эффектнее. И что же он все-таки в ней изображал? Сегодня мы не в состоянии определить, какую роль в религиозных представлениях древности играл череп, что он воплощал, какую сверхъестественную силу имел. Возможно, люди издавна считали череп средоточием жизни и мышления; может быть, уже тогда голова в качестве наиболее важной части целого в некоторых случаях олицетворяла символически все человеческое тело? Как иначе объяснить те почести, которыми были окружены черепа уже в палеолите? И какое объяснение найти внушающим удивление археологическим свидетельствам о такой практике древних, которая словно бы имитирует обычаи «охотников за черепами» нового времени?
  
Охотники за черепами
 
Когда археологи из университета в Марселе начали в 1964 г. исследования пещеры Ла Кан де Лараго вблизи Тотавеля в Восточных Пиренеях, они, конечно, рассчитывали на интересные находки, но вряд ли ожидали ту, что сразу же выдвинула этот грот в горах на передний край науки. Всемирный археологический конгресс, состоявшийся в 1976 г. в курортном городе Ницца, в качестве своей эмблемы использовал изображение деформированного человеческого черепа. Этот символ был графической копией лицевой части черепа, коротко обозначенного как «Араго XXI» и найденного в июне 1971 г. вместе с костями горных баранов, лошади, тура, оленя и носорога – обитателей области, лежащей вокруг Перпиньяна, в предпоследнюю ледниковую эпоху. В пещеру все эти животные попадали не по своей воле и по большей части не целиком, а расчлененными – в виде «образцов», которые не менее чем 320 000 лет назад (а может быть, и еще на 100 000 лет раньше) приносили на стоянку охотники донеандертальского антропологического типа.
Череп Араго XXI, найденный во Франции. 1848
Именно здесь археологи нашли, кроме 100 000 предметов каменной индустрии, принадлежащей палеолитическим культурам тейяк и ашель, множество зубов, обломков костей, а в 1969 и 1970 гг. – две нижние челюсти и, наконец, череп «Араго XXI».
Череп мужчины, примерно двадцатилетнего, деформированный давлением перекрывающей породы, лежал между камнями и костями животных, оставшихся после трапезы древних охотников; череп лежал теменем вниз, так что, не будь он деформирован, уже с первого взгляда было бы заметно то странное обстоятельство, что обнаружилось после того, как его препарировали в лаборатории: человеческой рукой череп был вскрыт сзади путем расширения отверстия, которым голова соединяется с позвоночником, а спинной мозг с головным.
Зачем? Объяснение может быть только одно: именно так, ломая тонкое основание черепа, недавние еще охотники за черепами на Новой Гвинее (и в других местах) добирались до вожделенной добычи – головного мозга. Мы могли бы сомневаться в справедливости этой аналогии или в точности наблюдений, если бы речь шла о единичном случае. Однако сегодня их известно уже десятки, и их многочисленность является определенной порукой правильности суждения.