История тела сквозь века
Возьмем хотя бы проблему деторождения в ее историческом освещении. Положение женщины в любой цивилизации является показателем прогресса цивилизации; а положение женщины лучше всего понятно по степени заботы, оказанной ей при рождении ребенка. Деторождение считалось у первобытных народов естественным процессом и отношение к нему отличалось безразличием и даже жестокостью. На пике египетской, греческой и римской цивилизаций было хорошо развито искусство ухода за роженицей. С упадком греческой и римской цивилизаций в течение тринадцати веков эти практики были утрачены или игнорировались в Европе. Искусство ухода за ребенком резко упало. Средневековье видело в родах результат плотского греха, который должен быть искуплен в муках. Обращение с роженицей было значительно хуже простого пренебрежения у первобытных народов.
Урбанизация, скрещивание и распространение болезней часто делали деторождение неестественным и опасным. «Века веры» – период, характеризующийся, вопиющей антигигиеной, фанатизмом и аскетизмом. В этот период ничего не было сделано для преодоления огромной смертности матери и ребенка при рождении. Предпринимались чудовищные попытки сформировать внутриутробные крестильные трубки, с помощью которых ребенок мог быть крещен в утробе матери, и его душа была бы спасена до того, как мать и дитя вместе отдавали Богу душу, можно сказать, в едином порыве.
Положение вещей изменилось лишь в эпоху Ренессанса в XVI столетии. На роды стали смотреть не через призму первородного греха, а как на естественное право женщины давать жизнь. Беременность освещена научными представлениями о том, как рожать и избежать страданий, которые были неизбежны в недавнем прошлом.
Прежде чем перейти непосредственно к истории медицины, вспомним о принципиальных открытиях в этой области знаний, без которых мы не можем представить себе современный мир.
Анатомия человека
В Древней Греции лечение болезней основывалось скорее на философии, чем на истинном понимании анатомии человека. Хирургическое вмешательство было редкостью, а препарирование трупов не практиковалось. Лишь в эпоху Ренессанса анатомия зародилась как наука.
Ян ван Калькар. Портрет врача Андреаса Везалия. Гравюра. 1543
Бельгийский врач Андреас Везалий шокировал многих, когда решил изучать анатомию, вскрывая трупы. Материал для исследований приходилось добывать под покровом ночи. Ученые должны были прибегать к нелегальным методам. Когда Везалий стал профессором в Падуе, он завел дружбу с распорядителем казней. Везалий решил передать опыт, накопленный за годы искусных вскрытий, написав книгу по анатомии человека. Так появилась книга «О строении человеческого тела». Опубликованная в 1538 году, книга считается одним из величайших трудов в области медицины, в ней впервые дается верное описание строения человеческого тела. Это был первый серьезный вызов, брошенный авторитету древнегреческих врачей. Книга разошлась огромным тиражом. Ее покупали образованные люди, даже далекие от медицины. Сведения об анатомии человека стали более доступными, а изучение анатомии человека посредством вскрытия стало неотъемлемой частью подготовки врачей.
Кровообращение
Сердце человека – мышца размером с кулак. Оно сокращается более ста тысяч раз в день, за семьдесят лет – это два с лишним миллиарда сердцебиений. Сердце перекачивает от 5 до 30 литров крови в минуту.
Кровь течет по телу, проходя через сложную систему артерий и вен. Если все кровеносные сосуды в человеческом теле вытянуть в одну линию, то получится 96 тысяч километров, что в два с лишним раза больше окружности Земли.
Неизвестный художник. Уильям Гарвей. XVII век
До начала XVII века процесс кровообращения представляли неверно. Считалось, что кровь приливала к сердцу через поры в мягких тканях тела. Среди приверженцев этой теории был и английский врач Уильям Гарвей. Но чем больше он наблюдал биение сердца у животных, тем лучше понимал, что общепринятая теория кровообращения неверна «Я подумал, не может ли кровь двигаться, словно по кругу?» И первая же фраза в следующем абзаце: «Впоследствии я выяснил, что так оно и есть».
Проводя вскрытия, Гарвей обнаружил, что у сердца есть однонаправленные клапаны, позволяющие крови течь лишь в одном направлении. Одни клапаны впускали кровь, другие – выпускали. Гарвей понял, что сердце качает кровь в артерии, затем она проходит через вены и, замыкая круг, возвращается к сердцу, чтобы затем начать цикл сначала. Сегодня это кажется прописной истиной, но для XVII века открытие Уильяма Гарвея было революционным. Это был сокрушительный удар по устоявшимся в медицине представлениям. В конце своего трактата Гарвей пишет: «При мысли о бессчетных последствиях, которое это будет иметь для медицины, я вижу поле почти безграничных возможностей».
Открытие Гарвея серьезно продвинуло вперед анатомию и хирургию, а многим спасло жизнь. Во всем мире в операционных применяют хирургические зажимы, блокирующие течение крови и сохраняющие систему кровообращения пациента в неприкосновенности. И каждый из них – напоминание о великом открытии Уильяма Гарвея.
Группы крови
В 1900 году Европу переполнял энтузиазм по поводу переливания крови. Сначала прозвучали заявления, что лечебный эффект поразительный, но через несколько месяцев, появились сообщения о погибших от переливания.
Почему иногда переливание проходило удачно, а иногда – нет? Австрийский врач Карл Ландштейнер был полон решимости найти ответ. Он смешал образцы крови от разных доноров и изучил результаты.
Карл Ландштейнер. 1930
В некоторых случаях кровь смешалась удачно, зато в других – свернулась и стала вязкой. Ландштейнер обнаружил, что кровь сворачивается, когда особые белки в крови реципиента, так называемые антитела, вступают в реакцию с другими белками в эритроцитах донора – антигенами. Он осознал, что не вся человеческая кровь одинакова. Оказалось, что кровь можно четко разделить на 4 группы, которым он дал обозначения: А, Б, АБ и нулевая.
Выяснилось, что переливание крови проходит успешно лишь в том случае, если человеку переливают кровь той же группы. Открытие Ландштейнера тут же отразилось на медицинской практике. Через несколько лет переливанием крови занимались уже во всем мире, спасая множество жизней. Благодаря точному определению группы крови, к 1950-м годам стала возможна пересадка органов.
Анестезия
Хотя первые великие открытия в области анатомии и позволили врачам спасти множество жизней, они не могли облегчить боль. Без анестезии операции были кошмаром наяву. Пациентов держали или привязывали к столу, хирурги старались работать как можно быстрее. В 1811 году одна женщина писала: «Когда ужасная сталь вонзилась в меня, рассекая вены, артерии, плоть, нервы, меня уже не нужно было просить не вмешиваться. Я издала вопль и кричала, пока все не закончилось. Так невыносима была мука».
Хирургия была последним средством, многие предпочитали скорее умереть, чем лечь под нож хирурга. На протяжении веков для облегчения боли во время операций использовались подручные средства, некоторые из них, например, опиум или экстракт мандрагоры, были наркотиками. К 40-м годам XIX века сразу несколько человек занимались поиском более эффективного анестетика: два бостонских дантиста Уильям Мортон и Хорас Уэллс, знакомые друг с другом, и доктор Кроуфорд Лонг из Джорджии.
