Кочующий Мрак (СИ)

Делаю глубокий вдох и чувствую огромное удовлетворение: все взгляды на моих перчатках, на мне, и мои слова вводят слушателей в транс. Всё, как положено. Можно продолжать.
– В Ксессе давно не было королевской лотереи, и сейчас я расскажу, как она проходит. На протяжении года королева ткёт гобелен, изображающий королевство. В прошедшем году мы чувствовали большую тревогу, и старая королева соткала гобелен с изображением Альдагора, а я – с изображением Ксесса. Вот этот гобелен, – одной рукой я указываю гобелен и с удовольствием вижу, как все головы поворачиваются в его сторону, как если бы я водила кусочком колбасы перед стайкой котят. – Я буду случайным образом вытягивать листочки с вашими именами из чана и называть их. От произнесённого имени будет рваться нить на гобелене, а вы будете спасены из-под действия Мрака. Когда гобелен разорвётся, лотерея закончится.
Вспомнила: у нас в Альдагоре в этот момент барабанщик начинает отбивать барабанную дробь. Во время бегства я не взяла барабанщика с собой, и тишина звучит непривычно. Впрочем, я делаю несколько шагов к чану, и каблуки моих туфель звонко стучат. И умолкают.
Я снимаю левую перчатку и аккуратно вешаю её на край чана. Под перчаткой обнаруживается совершенно чёрная рука – только лунки и кончики ногтей белеют.
Большим пальцем левой руки я прижимаю безымянный и мизинец, а оставшиеся два пальца вытягиваю. Поднимаю руку вверх, к клубящемуся Мраку – и ощущаю, как будто я вставила в дверь ключ. Мрак приходит в движение: начинает медленно кружиться посолонь, спускаясь к моей руке, образуя гулкую воронку. И в этой воронке есть звук, дыхание. Два тона: верхний «уууу» на четыре счёта и нижний «ду» на один счёт, дальше три счёта паузы. Уууу-ду. Уууу-ду.
В чане передо мной закружились бумажки, и я знаю, что в чаше в моей комнате тоже кружится воздух. Пока в ней ничего нет, но там будут собираться струйки Мрака, отведённые от людей, которых выбрала королевская лотерея.
Вроде всё в порядке. Магия работает именно так, как мне рассказывала старая королева и как я знаю изнутри, своей королевской кровью. Можно начинать.
Я провожу перед собой правой рукой, всё ещё одетой в белую перчатку, привлекая внимание. Останавливаю её над чаном, ладонью вниз – так, чтобы всем было хорошо видно, что я не опускаю руку в чан и не выбираю бумажки сама. Ну же!
С звонким шелестом в мою ладонь влетает листочек. Есть! Всё работает. Кто же ты, первый спасённый от Мрака?
– Нифор Мисенди! – громко объявляю я.
Мне не знакомо это имя. Краем уха я слышу – громче всего я слышу, конечно, дыхание Мрака, уууу-ду, уууу-ду – чей-то возглас в толпе и другие голоса. Я не слышу, но ощущаю, как в гобелене порвалась нить. На мгновение через мою правую руку проходит нитка боли, я невольно ахаю – и я знаю, что нитка Мрака заклубилась в чаше в моей комнате.
Чтобы увести человека из-под действия Мрака, королеве нужно не только принести в жертву нитки гобелена – нужно ещё и заплатить своей болью. Но эту боль можно терпеть. Следующий! Новая бумажка в моей руке.
– Сорха Мисенди! Нифора Мисенди!
Я называю ещё несколько людей с фамилией Мисенди. Похоже, это большая семья. Возможно, семья кого-то из тех стариков, кто привёл своё семейство посмотреть на королеву Мрака. Поздравляю: ваша вера спасла вас.
– Грегор Теллери! – дыхание Мрака становится громче в моих ушах, поле зрения сужается, и я почти ничего не вижу и не слышу, кроме Мрака, который я держу кончиками пальцев, и чана с вращающимися листочками, но, кажется, что то, что сам регент решил участвовать в лотерее, вызывало некоторое оживление на площади.
Я вытаскиваю новые листочки и читаю с них имена, знакомые – Кир Альгес, мои гвардейцы, Гина Альвара, Лерек Светлый – и гораздо больше незнакомых. Гобелен мало-помалу рвётся, чаша в моей комнате наполняется нитями Мрака, Мрак дышит в моих ушах, уууу-ду, я терплю стреляющую боль и думаю о том, что потом смогу отлежаться в горячей ксесской ванне. Королевская магия работает.
В чане остаётся совсем мало листочков, когда мою левую руку, всю мою левую сторону тела простреливает холодом и сводит так, что я всхлипываю, невольно роняю руку и падаю на правое колено.
 
Воронка Мрака взвывает, отрывается от моих пальцев и поднимается к небу. Площадь ахает.
Забери меня Мрак, что происходит?
Это не королевская магия. Это…
Это кольцо Амриса.
И если оно обжигает меня холодом так сильно, кажется, я на грани смерти.
Но почему? С магией всё в порядке. Мне трудно и больно, но, насколько я понимаю, всё так и должно быть. Что не так?
Всю левую сторону тела сводит ещё раз, я вскрикиваю и пытаюсь удержать равновесие уже стоя на коленях и опираясь на правую ладонь и правое колено.
– Королева Рэй! – слышу рядом взволнованный голос Лерека. Его тонкая ладонь касается меня, но мне ужасно больно её сейчас ощущать. Я дёргаю плечом и сбрасываю её.
Кажется, у меня есть секунды. Я делаю усилие, чтобы сосредоточиться на своей правой ладони, упирающейся в трибуну, тянущейся к центру планеты.
О родная планета, Мерра, пожалуйста, помоги мне.
И – как будто я вдруг увидела площадь перед дворцом с высоты. Вот моя чёрная фигура с белой перчаткой, вот рядом светлая фигура Лерека, чан, рассыпанные вокруг листочки, растерянные ксессцы на площади, придворные и гвардейцы, напряжённо озирающиеся, глава моей гвардии, бледный от ужаса и напряжённый от усилия за мгновения понять, что ему делать, не сводящий с меня глаз нахмурившийся регент, сжавший зубы Кир Альгес, рыскающий взглядом по верхнему ярусу: балконы, галереи, башни…
И я вижу его – взглядом с высоты птичьего полёта.
В окне одной из башен – человек с арбалетом. Как только я вижу его, левую сторону моего тела отпускает. Я возвращаюсь в тело, всхлипываю и встаю на обе ноги.
Амрис, любовь моя, Мерра, любовь моя, спасибо вам.
Я обращаюсь лицом к башне, где находится стрелок. Краем глаза вижу, что к ней уже бегут мои гвардейцы. Глава гвардии всё-таки быстро соображает.
Они не успеют добежать. Мне нечем укрыться: поблизости нет ничего, что смогло бы сработать как щит.
Я вижу, как из окна показывается кончик стрелы.
Мне нельзя умирать. Я не хочу умирать!
Если стрелок умелый, вряд ли я смогу увернуться.
О Мерра, о родная планета, пожалуйста, помоги мне.
Я вдруг понимаю, что у меня осталось совсем мало магии. Лотерея почти закончена. Гобелен ещё висит, но листочков в этот раз совсем мало, и гобелен не успел порваться.
Кстати, гобелен.
О Мерра, о родная планета, примешь ли ты сотканный мной гобелен? Пожалуйста, помоги мне. Мне нельзя сейчас умирать.
Время замедляется. Все звуки стихают, и остаётся один: пение спущенной пружины.
В меня летит арбалетный болт.
Так как я вижу его движение в замедленном времени, я уворачиваюсь. Болт попадает в чан, чан гудит, как колокол. Болт отскакивает и попадает в гобелен.
Гобелен рассыпается в пыль.
Площадь ахает.
А Мрак над площадью начинает дышать не только у меня в голове, а для всех.
Уууу-ду.
Уууу-ду.
Уууу-ду.
Лотерея не закончена. Мрак хмурится и гневается, что его отпустили. Мне нужно вытянуть руку, успокоить его и закончить лотерею, иначе Мрак выйдет из-под контроля и начнёт разрушать всё подряд. Я не знаю, смогу ли я остановить его. Смогут ли другие королевы Мрака остановить его. Никогда в истории Мерры такого не было.
На меня смотрит вторая стрела.
Мне нельзя умирать.
Пока я жива, есть шанс утихомирить Мрак. Если я умру, шансов нет.
О Мерра, пожалуйста, помоги мне выжить.
Планета отвечает: мои руки пустеют. В них больше нет магии.
Я падаю на колени: из меня как будто вынули большую часть жизненных сил.
Но время опять замедляется, и стрела проходит там, где была бы моя голова, если бы я стояла. Болт отскакивает от чана и падает где-то перед трибуной.
Мрак ревёт. Люди пригибаются и бегут с площади. Кир Альгес запрыгивает на лошадь и направляется было к трибуне, но регент окрикивает его, показывает в сторону Альдагора, и Кир на одно тяжёлое мгновение низко опускает голову и, развернувшись, направляет лошадь к воротам. Вслед за ним участники направляющейся в Альдагор партии забираются на волнующихся коней и покидают площадь.