Психушка. Любовь до гроба (СИ)
— А что такое… — присаживается рядом. И у меня в мгновение чувство, словно я попала в капкан. Мне неудобно из-за того, что я не могу убежать от вопросов. Вот как мне его отшить? Он хороший… Очень добрый. И не заслуживает грубости.
— Дань… Мне просто плохо… Правда…
— Блин, это я вижу… Но я не из тех, кто уходит, когда прогоняют.
— Господи, Дань… — чуть повышаю я голос. — Он меня поцеловал!
— Чё?! — спрашивает он, обхватив моё плечо. — И чё… Пока я спал… Вы, значит, тут лобызались… А ты мне даже рассказывать не собиралась?!
— Ты вообще слышишь, что я говорю!!!??? Он насильно это сделал!!! Зажал мне рот, а потом!!! — всхлипываю, и Данька задумчиво округляет зелёные глаза, глядя в одну точку и стуча пальцами по тумбочке.
— Во дела…
— Да! Вот так… — прикрываю губы ладонями.
— А тебе хоть понравилось?
— Даня… Я тебе сейчас…
— Да шучу я, шучу… — вздыхает он с огорчением. — Ну, что я могу сказать, подруга, ты попала… У тебя свой собственный сталкер появился… С огромным таким минусом…
— Каким? — спрашиваю, стирая остатки слёз с глаз, будто сама, блин, не знаю. Хочу услышать это из уст нового друга…
— Дурной характер и вечно плохое настроение, Аврора… Кажись, лучше тебе не злить своего поклонника…
Глава 9
Аврора Стадницкая
Мне правда страшно… Очень.
И полдник в комнату мне приносит Даня, потому что я не хочу выходить. И лежу тут как затворница.
— Ну, давай… Поешь… — звучит за моей спиной.
— Ты его видел? — выглядываю из-за плеча, обернувшись.
— Видел, да… Но он просто мимо проходил. На полднике не было… — вздыхает он, хмуро взглянув на меня.
— Понятно…
Смотрю на свой поднос, а там творожная запеканка, конкретно так измученная со всех сторон пластиковой вилкой.
— Что ты с ней сделал? — смеюсь, а он морщится.
— Она была больше…
Я начинаю хохотать, и он тоже.
— Ну, вот… Рад, что поднял тебе настроение.
— Ты так много ешь, я удивляюсь твоему метаболизму…
— Нормально я ем! Я — растущий организм… Мозг тратит много калорий так-то!
— Дань… — снова меняю тему и смотрю на него несчастной гримасой. — Что мне делать?
— Ну… Избегать его не получится. Замкнутое пространство, всё такое… Разговаривать, кажется, тоже бесполезно. Думаю, что он вообще слова «нет» не знает… Может, развлекается так?
— Я не спрашивала, что он делает… Я спросила, что делать мне.
— Я бы не хотел говорить тебе этого, но ответ один — смириться на ближайшие три недели, что он будет тебя домогаться… — сообщает он так прямолинейно, что у меня волосы встают дыбом.
— Нет… Нет, нет… Дань, я не смогу. У меня и так чувство, словно он меня обесчестил…
— Потому что так и есть, собственно говоря…
— Ты не успокаиваешь… — мямлю я, начав ныть.
— А надо, да? Я не понял просто… Блин, Аврора… Будь я девчонкой я бы переманил его внимание на себя, а так… Вот чем я могу помочь, а?! Нет, я могу конечно… За отдельную плату и… Ауч! — ржёт он, когда ударяю его снова. — Да шучу я, блин!
— Точно! — выдаю я, вытирая слёзы. — Илона… Может… Может он ей нравится??? Может, она перетянет внимание на себя, а? Что для этого нужно????
— Эээээм… Не знаю… Вылить на её голову Доместос ночью? — угорает он надо мной.
— Это ещё зачем???
— Ну, чтобы волосы стали как у тебя…
— Ага… Это, кстати, после реки…
— Блин… — стопорится он. — В смысле??? Серьезно?! Это не краска?! Я думал…
— Ну… Тёмные корни — краска… Всё остальное — нет. Стресс…
— Жесть… Ты как Гроза… правда у тебя нет Чёрной пантеры… Хотяяяя…
— Я не фанат супергероев, — хмурюсь, сжимая в руках подушку.
— А зря… Они крутые.
— Так что мне делать с Илоной? — вновь стою на своём, пока Данька пожимает плечами.
— Попробуй просто расспросить её… Вдруг от ей нравится. Хз. Хотя она не лучший собеседник, походу…
— Походу? Да она за всё время мне пару фраз сказала, да ещё с таким видом, словно я какая-то самозванка… А ещё она спросила встречаемся ли мы с тобой…
— Чё? Да?! Ахахахахах, — ржёт он как не нормальный. — Ну, кароч… Либо для него уточняла, либо для себя. — играет бровями.
— Что это значит?
— Значит, она на меня запала. Я сразу заметил, — уверенно говорит, и я хихикаю, потрепав его по рыжим волосам.
— Разве может быть иначе?
— Не-а, определенно нет!
— Вот именно… Ты — классный, Дань… Но если серьезно… Я очень его теперь боюсь.
— Я понимаю. Кароч… Ну… Везде с тобой теперь придётся ходить.
— Ага… И в женский туалет, и в душ… — перечисляю я, а он вздыхает.
— Ну… Надо значит надо…
Тут же возмущенно фыркаю, заставив его посмеяться.
— Пойдём прогуляемся… Идём, — зовёт он меня из комнаты.
— Я упаду в обморок, если его увижу, точно…
— Не упадёшь. А если и упадёшь, я поймаю, — улыбается мой рыжик и всё-таки вытягивает меня на улицу. Там, слава Богу, его нет. Надеюсь, он в зависает у себя комнате, потому что я вообще не желаю его видеть.
— Кстати… А где его комната вообще?
— Самая крайняя, возле выхода…
— Мамочки… Теперь буду трястись, когда мимо прохожу. Ужас, — ёжусь, схватившись за плечи. Уходим с Данькой за дальний корпус. Как раз там, где нашли дрон. Только вот там его уже нет.
— И аккумулятор вставили… Видать, он его отправил обратно…
— М-м-м, — мычу, не став говорить, что сболтнула ему лишнего. Дура…
— Думаешь, он так со всеми?
— Со всеми? Нет, конечно, — отрезает Данька. — Он вообще ни с кем не общался. Тут… Будто реально что-то личное к тебе… Ты точно не знаешь его?
— Точно, конечно… Я бы запомнила…
— Ну, хрен знает. Значит, колпак протёк просто. Так бывает. Особенно на фоне всякого говна, что ему колют. А его отец, оказывается, то ещё чудовище…
— И не говори. Это меня больше всего и пугает. Я испытываю ещё и жалость к нему, — говорю, проглатывая ком. — Я не должна, но испытываю… Даже после того, как он измазал меня своей кровью, Господи!
— Как же крипово звучит… Я бы посмотрел такое в кино…
— Даня… Ты можешь хоть иногда!!! Хотя бы одну минуту побыть со мной серьёзным!? — психованно выдаю и, мне кажется, уже начинаю визжать.
— Ты как свинка сейчас… Свинка Пеппа…
— Ах ты…
Начинаю бегать за ним по территории, а он удирает. Гоняемся, как придурки. Со стороны может показаться, что мы реально влюблены друг в друга, но это совсем не так…
А потом вдруг я замираю, потому что вижу, что из окна первого этажа он смотрит на нас. Смотрит так, словно у него внутри всё при этом горит. А мне кажется, что врастаю в землю ногами… Становлюсь частью травы на лужайке.
И Даня тоже замечает, конечно же, отслеживая…
— Ну, всёёёё… — тянет траурно. — Мне кабзда…
— Не начинай… — толкаю его в плечо. И вижу, что он даже не шевелится. Не уходит, не стесняется своих эмоций, даже если они очень-очень странные и пугают других людей. — У него вид такой…
— Какой?
— Словно ему больно реально. Он так сильно ревнует, что ли?
— Ну, надо полагать… Если я сейчас с его седовлаской флиртую во дворе больнички, и она от меня без ума… — расплывается он в улыбке, и я отворачиваюсь от окна.
— А ты смелый стал… Одобряю…
— Да не, я просто смирился с участью быть травмированным Арсением Громовым. Он же легенда, забыла?
— Да помню я, к сожалению. Это и пугает… На что он, блин, ещё способен? А вдруг достанет настоящее оружие???
— Да ну, не… Если ты не заметила, все его действия очень игривые. Он же просто наслаждается тем, что ты трепещешь, вот и всё. Это игра…
— Да кто так играет?! Так инсульт можно заработать!
— Ну… Можно и инсульт, конечно… Никто не спорит. Всякое бывает… — задумчиво выдаёт друг. — В общем… Думаю, что стоит дождаться хорошего настроения и поговорить.
— Да? И как определить, что оно у него хорошее?
— Ну… К примеру, когда он не смотрит на меня, как ягуар перед броском, или когда улыбается…