Сатанинские тени (ЛП)

Он знает, что все студентки академии хотят его, но я — нет. Я никогда не упаду на колени и не буду сосать его член, как все остальные здесь хотят это сделать. Пусть забирает свои угрозы, свои дополнительные руки и свою капризность и возвращается в то царство, откуда пришел. Скорее всего, в Царство Огня. Он горячий, постоянно злится и думает, что все ему принадлежат. Готова поспорить, что если бы он принял свою истинную форму, то оказался бы змеей или драконом.
  
В любом случае, я снова не смогла увернуться от него. Это происходит каждый день. Интересно, устанет ли он когда-нибудь появляться передо мной или сбивать меня с ног? Или я буду вечно проклята, вынуждена слушать его фантазии об моем убийстве?
Мои предательские бедра покалывают от последствий того, как он прижал меня к стулу. Я виню в этом то, что застряла здесь на несколько недель без внимания.
Он просто пытается меня напугать. Он на самом деле не хочет моей смерти. Верно?
Я собираю свои бумаги и выхожу из аудитории, останавливаясь, когда вижу, как он смотрит на доску с глубокой гримасой. Похоже, профессор уже разбила студентов на пары, и когда он бросает на меня гневный взгляд через плечо, я понимаю, с кем я в паре.
— Это твоя вина, — бросает он, прежде чем снова исчезнуть.
В рамках этого модуля студенты обязаны выполнить все задания. Первое задание нужно сдать через две недели, и вы оба, как КОМАНДА, должны продемонстрировать понимание системы мобильных телефонов, воспользовавшись услугой текстовых сообщений хотя бы один раз. Никакие злоупотребления не допускаются.
На доске рядом стоят имена. В самом низу я нахожу свое имя рядом с именем моего нового партнера.
Серафина Уинтерс и Дейн Далтон.
Глава 4
Сколько раз нужно постучать в дверь кабинета директрисы, прежде чем сдаться? Я уже дошла до десяти, но в воскресный вечер мне больше некуда пойти. Если она в конце концов не откроет, придется выбить дверь ногой.
Хотя, может, и нет. Мне нравятся мои туфли. Да и я не такая уж сильная.
Мел прислонилась к стене, а я продолжаю бить костяшками пальцев по дереву.
— Ты не думала, что она, может, в своей комнате, спит? Не все сидят в кабинете после работы.
— Нет. — Я продолжаю стучать. — Наверное, она стоит напротив двери и пытается не смеяться. Миссис Далтон знает, как мы друг друга ненавидим!
Она закатывает глаза. — Она не станет менять тебе партнера. Дейн уже пробовал, наверное, миллион раз.
Даже его имя выводит меня из себя.
— Он поджег мои бумаги, когда я попросила его помочь мне с проектом. Ты знаешь, сколько это было работы? Очень много! Я скажу ей, что либо убью ее сына, либо она должна дать мне другого партнера.
Моя подруга осматривает свои ногти — все так же длинные и острые, как лезвия.
— Тебе нужно начать сопротивляться.
Я вздыхаю и прижимаюсь лбом к двери.
— И что именно я должна делать? Я уверена, что он может читать мои мысли, ради бога!
— Ненавижу, когда ты так говоришь. У нас разные боги. — Затем она пожимает плечами. — Чтение мыслей может быть забавным. Сбивай его с толку сексуальными мыслями.
Я стону. — Он силен. Я буду мертва, не успев даже моргнуть, если начну на него нападать.
— Люди такие драматичные. Понятия не имею, как я когда-нибудь смогу вписаться в ваш мир. — Она отталкивается от стены. — Пойдем. Ее нет в кабинете, а стражи замка, наверное, уже идут сюда из-за всего того шума, который ты устроила.
— Ладно.
Как всегда, мне не везет — Дейн и его друзья стоят во дворе, когда мы направляемся в общежитие. Я чувствую его смертельный взгляд на себе, пока пытаюсь его игнорировать, сжав кулаки и сгорая от желания врезать ему по лицу.
Но Орсен, его маленький приспешник, появляется рядом с нами, даря не впечатленной Мел свою лучшую улыбку.
— Ты не ответила ни на одно сообщение. Не хочешь объяснить?
Она скрещивает руки и сдувает с лица прядь белых волос.
— Уйди.
Он глухо смеётся и качает головой.
— Да ладно, ледяная королева. Либо ответь на мое сообщение, либо позволь мне тебя трахнуть. Я сделаю так, что тебе это понравится. В конце концов, мы партнеры по человеческим отношениям. В любом случае, мой член окажется в тебе. Давай сделаем это весело.
Боже мой.
Она улыбается самой фальшивой улыбкой, которую я когда-либо видела.
— Я лучше трахну себя пальцами, но спасибо.
Я с ужасом смотрю на ее ногти, острые как лезвия.
Орсен, с его очаровательной улыбкой и чернее черного глазами, возвращается и становится рядом с Дейном, который не перестает злобно смотреть на меня.
— Предложение в силе! — кричит Орсен Мел. — И ответь мне!
— Предложение может пойти на хрен, — бормочет она, беря меня за руку и уводя прочь из двора. — Клянусь, с тех пор как меня поставили с ним в пару почти на все занятия, он стал еще более прилипчивым. Я говорю, давай убьем их обоих во сне.
Я улыбаюсь, когда мы входим в замок. — На всех занятиях?
— Пока что на пяти. А с кем ты?
Смущенно качаю головой. — Только на курсе по изучению смертных с Дейном.
— Хм, — отвечает она, когда мы входим в бальный зал, который служит коротким путем к общежитию.
Наказанные ученики готовят его к балу, на который мне, к сожалению, придется пойти. Потолок украшают большие люстры, а ученики заняты тем, что отчищают граффити и полируют полы. Судя по всему, большинство из них провели в подземельях годы и еще не заслужили свободу.
Некоторые из них — убийцы, а другие совершили самые отвратительные преступления, которые только возможны на этом острове за последние сотни лет.
Моя подруга улыбается, глядя на эту картину.
— Это будет лучшая ночь, правда? Ты уже выбрала платье?
Я смотрю на нее с отчаянием.
— До этого еще два месяца. И где, черт возьми, я найду платье?
Она недовольно цокает языком. — Люди.
— Наверняка однажды тебе придется заняться сексом с человеком. Может, тебе стоит привыкнуть к нам?
Мел выглядит так, будто ее ничто не могло бы больше потрясти.
— Я ни за что этого не сделаю.
Я улыбаюсь. — Если только ты не хочешь Орсена?
Скривившись, она выводит меня из бального зала.
— Хватит. Завтра у нас встреча с людьми, и последнее, что мне нужно, — это уставший человек рядом со мной. — Мы останавливаемся у общежития, и она машет рукой, открывая мне дверь. — Спи. Поговорим завтра.
Как только я попадаю в свою комнату, дрова в камине загораются, а свечи мерцают у моей кровати. Через десять минут я уже приняла душ и лежу под одеялом.
И я снова раздражена.
Дейн не собирается и пальцем пошевелить ради этого проекта, так что я тоже не буду. Если мы провалимся, так тому и быть. Он может пойти на хрен, мне плевать. В конце концов, я единственная, кто знает все, что нужно, чтобы сдать этот предмет.
Наступает и проходит следующая неделя, и я думаю, что, может, брошусь из окна самой высокой башни. Головой вперед, чтобы точно не выжить. Хотя, зная мою удачу, кто-нибудь просто воскресит меня и отправит обратно в класс.
Все, что делает Дейн, — это хмурится на меня в коридорах, сбивает еду с моего подноса в столовой, как подросток-школьник, и заставляет меня спотыкаться во дворе.
Что может быть хуже, чем быть в паре с Дейном Далтоном на одном уроке? Быть в паре с ним на четырех моих уроках!
  
Изучение смертных.
Изучение коммуникации и социализации.
Изучение боевых искусств и оружия.
Изучение культов.
На всех четырех уроках мне приходится сидеть рядом с ним. И на всех четырех уроках мы не обмениваемся ни словом. Он заставляет меня делать всю работу — ведь зачем тому, кому нужно научиться приспосабливаться к жизни среди людей, делать работу, если человек может сделать все за него?