Марвуд и Ловетт. Компиляция (СИ)

– Мадемуазель, сегодня вечером вы просто обворожительны, – произнес герцог Бекингем.
– Я слышала, что вы в Ньюмаркете, ваша милость.
– Разве я мог оставаться там, когда вы здесь? Воистину, вы прекраснейший из ангелов, и милосердный Господь послал вас с небес, дабы вы указали нам, простым смертным, путь в райские чертоги.
Луиза промолчала. Что можно ответить на этот напыщенный, не в меру цветистый комплимент?
  
– О, сколь жестоко с вашей стороны взирать на меня с таким каменным лицом, – вкрадчиво произнес Бекингем. – Отчего же я попал в немилость?
– Что ваш головорез сделал с шевалье?
Бекингем широко развел руками:
– Ровным счетом ничего. Как вы и хотели, мой человек искал его, но не сумел найти. Такое чувство, будто ваш шевалье исчез с лица земли. Возможно, он вернулся во Францию.
Луиза понизила голос до шепота:
– А может быть, этот ваш человек убил его?
На лице Бекингема застыла маска притворного ужаса.
– Что вы такое говорите! Как вам вообще пришла в голову подобная мысль?
– Значит, шевалье жив?
– О его судьбе мне ничего не известно.
Луиза поглядела на герцога: раскрасневшееся лицо пошло пятнами, под кожей проступает целая сеть сосудов, зубы черные, нос смахивает на петушиный клюв, блестящие глаза слезятся, а юношеские кудри смотрятся на его голове совершенно неуместно.
– Я вам не верю, – произнесла Луиза и отвернулась.
  
Глава 29
 
Я проснулся с ясной головой. Рядом кто-то храпел. Я отдернул полог на кровати. Постепенно я разглядел в кресле у потухшего камина спящую фигуру.
– Маргарет! – окликнул я служанку, затем повысил голос: – Маргарет!
Бедная женщина не без труда поднялась на ноги. Укрывавшее ее одеяло соскользнуло на пол. Нетвердой походкой подойдя к кровати, она уставилась на меня.
– Вы живы, – хрипло произнесла Маргарет. – Слава богу!
– Ну конечно жив. А еще мне нужен ночной горшок.
– Кто на вас напал?
– Айрдейл, кто же еще? Я следил за Пейшенс.
Боль и слабость еще не прошли, однако вчерашний туман в голове рассеялся. Маргарет помогла мне воспользоваться горшком. Служанка настаивала, чтобы я лег в постель, а я сопротивлялся лишь для вида.
– Где Сэм? – спросил я.
– Внизу, – ответила Маргарет. – Сидит у двери. – Заметив выражение моего лица, она пояснила: – На случай, если кто-нибудь заявится. Да и вообще, наша-то кровать сегодня занята. Сэму, поди, неохота было ночевать бок о бок с немытым проходимцем, который притащился вместе с вами.
Маргарет вышла из комнаты и стала громко звать Сэма. Вернулась она с отвратительным на вкус снадобьем собственного приготовления, – по ее заверениям, это верное средство, безотказно помогающее именно в таких случаях, как мой. Уж не знаю, правда это или нет, но вскоре я снова заснул.
Меня разбудили приглушенные голоса. Полог так и остался незадернутым, и, судя по тому, что в комнате стало светлее, час уже был не ранний. Кэт и Маргарет о чем-то совещались у окна. Услышав, что я зашевелился, обе повернулись в мою сторону.
– Как вы? – спросила Кэт.
– Кажется, лучше.
Маргарет поспешила ко мне с новой порцией снадобья.
– Госпожа Хэксби принесла еще лауданума.
– Это лишнее.
– Ошибаетесь, – возразила Кэт. – Откройте-ка рот, поднимите голову и пейте.
Я был не в том состоянии, чтобы спорить. Затем я опустился на подушки, отчаянно желая, чтобы успокоительное подействовало как можно быстрее. Маргарет подняла мою грязную одежду с крышки сундука.
А Кэт тихо, чтобы моя служанка не услышала, сообщила:
– Айрдейл, Фарамон и мадемуазель де Керуаль общались в Дьеппе. Понимаете, что это означает?
– Да, но…
– Молчите. Настоящее имя Фарамона – шевалье де Вир. Он из дворянского рода, однако у него за душой ни гроша, и этот проходимец добывает средства к существованию благодаря собственной хитрости и наивным дурочкам, которых ему удается очаровать. Мадемуазель одновременно влюблена в этого человека и побаивается его.
Маргарет взглянула в нашу сторону и отошла, оставив меня наедине с Кэт. Та опустилась на край моей постели.
– Когда они все были в Дьеппе и ждали корабль, чтобы переправиться через Английский канал, француз и Айрдейл обобрали мадемуазель де Керуаль до нитки. Играя с ними в карты, она спустила целое состояние, которого у нее нет. А когда они добрались до Лондона, Айрдейл и Фарамон принялись требовать с мадемуазель де Керуаль деньги. Вы меня слушаете?
– Продолжайте, – произнес я.
Айрдейл не говорил мне, кто такой Фарамон на самом деле, и опустил нелицеприятные подробности о своем пребывании в Дьеппе.
– Мадемуазель де Керуаль хватило глупости поведать о своих неприятностях Бекингему, а тот поручил Дарреллу разобраться с обоими мужчинами. Видимо, это было в субботу вечером, двадцать третьего сентября. Получается, что Айрдейл жив. А значит, человек без лица, найденный на Чард-лейн, – Фарамон.
Телом я был слаб, однако соображал на удивление быстро. Я заметил, что иногда лауданум не затуманивает голову, а, наоборот, обостряет умственные способности.
– Значит, распоряжения отдал Бекингем, а выполнявший их Даррелл перестарался.
– Даррелл всегда заходит слишком далеко, – резко произнесла Кэт. – Сами знаете.
Мы оба замолчали, вспоминая покойного мужа Кэт, старика Хэксби. В последние годы жизни он хворал, и его нрав стал сварливым, однако в схватке с Дарреллом, от руки которого Хэксби погиб, он вел себя как настоящий рыцарь.
– Вчера вам доставили письмо от господина Горвина, – чересчур громким, неестественным тоном произнесла Кэт. – Я взяла на себя смелость его распечатать.
– Где оно? – Я попытался сесть, но потерпел неудачу. – Покажите его.
Кэт принесла письмо, лежавшее на каминной полке, и протянула его мне.
Послание я прочел быстро.
– Я должен незамедлительно ехать в Юстон, – заявил я и принялся с трудом сползать с кровати.
– Только не сегодня, – возразила Кэт, почти силой укладывая меня обратно на подушки и поправляя одеяло. – И не завтра. Я зайду к вам попозже и напишу за вас ответ. К тому же мы с вами должны обсудить еще один вопрос. Вам известно не обо всех обстоятельствах этого дела.
– Сейчас, – заныл я, как капризный ребенок. – Расскажите сейчас.
– Нет, потом. Дело терпит.
– Куда вы собрались? – продолжил хныкать я, отнюдь не желая, чтобы Кэт оставляла меня наедине с моими мыслями.
– Меня ждут, и я опаздываю, – объявила она, шагая к двери, однако на пороге замерла и оглянулась. – Кроме того, вам нужно разобраться еще с одним делом. Вам уже сказали?
– С делом? С каким делом?
Но Кэт пропустила мои слова мимо ушей. Судя по звуку шагов, по лестнице она спустилась почти бегом, будто радуясь, что наконец-то от меня отделалась. Ни я, ни Кэт не произносили вслух имени Грейс Хадграфт, однако мы оба ощущали ее незримое присутствие.
Кэт нашла Бреннана в той части двора, которая выходила на Чард-лейн. Там располагались основные строения, принадлежавшие богадельне. Траншеи для новых фундаментов уже осыпались, от дождя земля превратилась в жидкую грязь, и повсюду образовались лужи. Деловой партнер Кэт совещался с бригадиром. Когда остальных строителей распустили, остался он один и теперь требовал ежедневной оплаты своего труда, к тому же его расценки выросли.
Заметив Кэт, Бреннан вышел ей навстречу:
– Наконец-то вы нашли время, чтобы почтить нас своим присутствием.
– Я была занята.
– Я заметил. А мы уже завершили почти все работы.
Кэт склонила голову, делая вид, будто пристыжена. Ничего удивительного, что Бреннан чувствует себя брошенным, к тому же спорить с ним вовсе незачем.
  
– Как обстоят дела?
– Завтра ко второй половине дня или самое позднее в субботу мы будем готовы освободить участок. – В голосе Бреннана прозвучала нотка гордости. – Все материалы во дворе, почти ничего не пропало. Осталось только забрать все из конторы.