Марвуд и Ловетт. Компиляция (СИ)

– Не позволяйте ее детскому личику ввести вас в заблуждение, моя дорогая. Пусть на эту удочку ловятся джентльмены. Мадемуазель де Керуаль позарез нужно составить выгодную партию. За этим она и прибыла в Англию. Происхождения сия особа достаточно знатного, иначе ее не допустили бы ко двору королевы. Однако у семейства мадемуазель де Керуаль в карманах пусто. Не найдет богатого мужа – закончит дни в монастыре. Особенно если… Пойдемте обратно в комнату, холодает.
  
– Вы остановились на самом интересном месте, – укоризненно заметила Кэт. – «Особенно если» – что?
– Эта глупая девчонка сорит деньгами, словно богачка. К тому же она питает слабость к картам. – Мадам де Борд вздохнула, наклонилась к уху Кэт и понизила голос до шепота: – Ходили слухи, что во Франции она заводила неподходящие знакомства. Но у этой девицы на руках лишь один товар, и если на него не найдется хорошего покупателя, она пропала. – Тут мадам де Борд наклонилась еще ближе и зашептала в самое ухо Кэт: – Его величество оказывает мадемуазель де Керуаль знаки внимания самым непристойным образом. Король желает сделать ее своей любовницей.
Когда они вернулись в гостиную, Бекингем в первый раз заметил Кэт. Бросив на нее взгляд, полный иронии, герцог повернулся к ней спиной.
– Вы знакомы с его милостью? – спросила мадам де Борд.
– Можно и так сказать, – ответила Кэт. – Я не питаю к нему симпатии, и это взаимно.
– Между ними происходит что-то странное, – кивнув в сторону мадемуазель де Керуаль, произнесла мадам де Борд. – В прошлом году она должна была прибыть в Англию на яхте герцога. Однако Бекингем так ее и не забрал. По его милости она застряла в Дьеппе почти на две недели. У мадемуазель де Керуаль закончились деньги, и она уже считала себя брошенной на произвол судьбы. В конце концов за ней отправили одну из королевских яхт. Тогда мадемуазель де Керуаль решила, что Бекингем нарочно ее унизил. Однако теперь эти двое только и делают, что шепчутся по углам.
– Да это же госпожа Хэксби! – Мужчина средних лет, беседовавший с Ивлином, отошел от своего собеседника и с улыбкой направился к ней. – Какой приятный сюрприз! Помните меня?
– Ну конечно, господин Горвин. – Кэт повернулась к мадам де Борд. – Господин Горвин служит в канцелярии лорда Арлингтона. Мы с ним общались, когда я проектировала птичники для милорда.
К Горвину Кэт относилась хорошо. Благодаря ему переговоры с Арлингтоном проходили быстро и эффективно. К тому же Кэт знала, что он друг Марвуда.
После церемонии представления Горвин произнес:
– Насколько мне известно, в следующем месяце вы едете в Юстон.
– Разве?
– Конечно же, после того, как уедут их величества. Леди Арлингтон вам напишет. С вами хотят посоветоваться относительно конюшен.
– А если я буду занята? – спросила Кэт, рассерженная тем, что Арлингтоны считают себя вправе распоряжаться ее временем.
Горвин чуть прищурился, а в остальном выражение его лица не изменилось.
– Полагаю, вы будете свободны. Господин Ивлин тоже приедет, чтобы дать рекомендации по обустройству садов. Вы с ним знакомы?
– Нет, но премного наслышана.
– В таком случае разрешите представить его вам.
Мадам де Борд громко прокашлялась. Ее лицо утратило привычное добродушное выражение.
Горвин подвел к ним Ивлина и стал знакомить его с Кэт:
– Госпожа Хэксби – архитектор.
Ивлин поклонился:
– Весьма подходящее увлечение для дамы – погружаться в мир красоты.
– Сэр, для меня архитектура не увлечение, а профессия, – возразила Кэт.
– После смерти мужа госпожа Хэксби продолжает его дело, – пояснил Горвин. – Она спроектировала птичник для лорда Арлингтона. Доктор Рен весьма хвалебно отзывается о ее работах.
– Вот как? – С невозмутимым видом Ивлин отвесил еще один поклон.
– Может быть, вы встретитесь в Юстоне.
– Буду ждать с нетерпением, – холодно-вежливым тоном ответил Ивлин. – А сейчас прошу меня извинить. Месье Кольбер уходит, я должен с ним попрощаться.
– Я тоже, – ответил Горвин и любезно добавил: – К сожалению.
Мадам де Борд некоторое время глядела в спину Ивлину.
– Вот, пожалуйста! – шепнула она Кэт. – Что я говорила? Не правда ли, неприятный человек?
Но Кэт ее не слушала. Компания расходилась, Бекингем же не двигался с места, и теперь он в открытую разглядывал Кэт. От этого она чувствовала себя не в своей тарелке. Кэт дотронулась до локтя мадам де Борд:
– Может быть, взглянете на туфлю сейчас?
Они вышли в переднюю, где находилась дверь, ведущая в гардеробную. В этой комнате трое слуг охраняли плащи дам, а также в случае необходимости выставляли ширмы и ночные горшки. Взяв сумку, Кэт расположилась в глубоком оконном проеме, чтобы за ними никто не наблюдал, и протянула мадам де Борд туфлю.
Костюмершу передернуло.
– Подумать страшно, что это туфля была на ноге несчастного, когда его убили.
– Наверняка мы этого не знаем, мадам. Может статься, туфля не имеет отношения к убийству.
Француженка повертела туфлю в руках, затем поставила ее на широкий подоконник.
– Года два назад этот фасон носил весь Париж. – Мадам де Борд потрогала пальцем кожу. – При дворе он был весьма популярен.
– Значит, туфля французская? – уточнила Кэт.
– Скорее всего. Или, во всяком случае, изготовлена французским сапожником – таким, как месье Жорж. Не хотите вернуться в гостиную?
– Извините, но я бы предпочла избежать встречи с герцогом Бекингемом.
Мадам де Борд вскинула брови, но вопросов задавать не стала.
– Как пожелаете, моя дорогая.
– Может быть, в другой раз представите меня мадемуазель де Керуаль? – медленно произнесла Кэт.
– Зачем? Или это очередной секрет? Вы полны тайн.
– Увы, не по своей воле, – шепотом ответила Кэт.
Расцеловавшись, подруги попрощались. Десятью минутами позже, когда Кэт спускалась по лестнице, мужской голос окликнул ее по имени. Кэт обернулась. Ее догонял герцог Бекингем.
– Слава богу, я нашел вас прежде, чем вы успели уйти, – тихо, вкрадчиво произнес он. – Клянусь, госпожа Хэксби, вы лесная нимфа, робко прячущаяся в чащах Уайтхолла! Я вижу вас так редко, будто вы и впрямь божественное создание, лишь изредка принимающее человеческий облик.
– Я должна идти, ваша милость, – сказала Кэт.
Она попыталась спастись бегством, но Бекингем дотронулся до ее руки. Они стояли на лестничной площадке, и так уж совпало, что поблизости никого не оказалось. Пальцы герцога обхватили запястье Кэт. Необходимость в притворстве отпала, и оба поглядели друг на друга с неприязнью.
– Отпустите меня!
– Вы и раньше выводили меня из равновесия, мадам, – заявил Бекингем, крепче сжимая ее руку. – А теперь снова нарушаете мой душевный покой.
– Не моя вина, что я вам не по нраву.
– Я бы посоветовал вам быть осторожнее. Одинокая леди так уязвима и беззащитна, не правда ли? А в нашем жестоком мире то и дело происходят несчастные случаи.
Кэт попыталась сдержать и страх, и гнев.
– Мадемуазель де Керуаль вы об этом же предупреждали?
Герцог Бекингем притянул Кэт ближе и наклонил к ней голову:
– Какое вам дело, о чем мы говорили? – Кэт щекой почувствовала отлетевшие капли его слюны; от герцога разило винным перегаром; вдруг он с неожиданной яростью встряхнул ее. – Что тебе о ней известно, бледная ты моль?
Сверху послышались шаги. Кэт высвободила руку. На площадку спустился господин Ивлин.
– Вот мы и снова встретились, сэр, – произнес Бекингем, мгновенно надевший свою любезную, благодушную маску. – Я только что говорил госпоже Хэксби, что по лестнице следует спускаться очень осторожно. Здесь так темно, что леди рискует оступиться. Дамам бы следовало ходить с фонарями.
  
– Сэр, до чего же я рада нашей встрече! – шагнув к Ивлину, объявила Кэт. – Наверху мне не представилось случая сказать вам, как я восхищаюсь вашим переводом работы Фреара «Parallèle de l’architecture antique et de la moderne». Мне досталась книга покойного мужа, и он часто говорил мне, что этот трактат полезнее, чем работы самого Витрувия.