Вперед в прошлое 4 (СИ)

— Расти вверх, а не вширь, — говорила Наташка.
Досчитав до четырнадцати, я собрался перейти к пожеланиям, но Тим возмутился:
— Мне пятнадцать!
С криком «можно я?» — к нему прискакал Борис и потянул за уши, встав на цыпочки.
— Расти большой, не будь лапшой!
Я продолжил:
— Помнишь Льва из «Волшебника Изумрудного города»? Он шел к волшебнику, чтобы получить смелость. Так вот, ты дошел.
Приятно было наблюдать, как настороженность на его лице сменяется щенячьей радостью. Я шагнул к горке подарков, от которой Наташка всех гоняла, развернул обернутую газетой полулитровую бутылку кваса, где на этикетке изображался медведь, откупорил и протянул Тимофею:
— Это эликсир смелости. Достаточно глотка, и он пробудит в тебе спящие резервы. Пей!
— Давай-давай! — воскликнул Каюк и захлопал в ладоши. — С днюхой, братан!
Лучась радостью, Тимофей присосался к горлышку, а я полушутя сказал:
— Чувствуешь ли ты, как тебя наполняет уверенность? Как энергия течет по твоим сосудам?
— Да, — кивнул он, сунул мне бутылку, заревел и ударил себя в грудь, как Кинг-Конг.
Ян заверещал, как побитый щенок, и рванул прочь, имитируя страх. Борис и Каюк, голося на разные лады — за ним. Димоны покатились со смеху.
— Все, Тим. Обратного пути нет, ты встал на дорогу смелости.
К нему подошла Наташка с пакетом, вытряхнула из него льняную белую рубашку с аппликацией — буквами БК цвета хаки. Мы прямо на Черкизоне сделали эту нашивку.
— С днем рождения! — улыбнулась сестра.
Илья пояснил:
— «БК» — бойцовский клуб, чтобы не забывал о том, что ты сильный и смелый.
Наташка принесла ему большой сырный шарик на тарелке.
— Я знаю, что сладкое тебе нельзя, это вместо торта.
Тимофей взял тарелку, уставился на сырный шарик, словно ему на тарелочке преподнесли шар земной. Наверное, в его вселенной так и было. Он судорожно вздохнул, уронил:
— Спасибо… Спасибо, друзья!
Зажмурился, чтобы не дать волю слезам, и сгреб Наташку, не ожидавшую такого напора, в объятья, стиснул так, что сестра аж глаза выпучила.
Простоял он так минуту. Потом отстранился и проговорил трясущимися губами:
— Это… это лучшая моя днюха. Спасибо!
Освободившаяся Наташка отбежала к подаркам, взяла самый большой пакет с надписью «Саша». Гаечка сделала стойку, ее глаза заблестели в предвкушении.
— Саша работала почти весь август и заработала себе на обновки, — сказал я, но прежде, чем вручить пакет, спросил: — Как вам рубашка Тимофея? Хотелось бы такую? — все закивали, и я добавил: — Я купил целую партию, они унисекс, то есть можно носить и девушкам, и парням. Хочу, чтобы у всех нас такие были, и мы пришли в них на первое сентября. Это подарок от меня.
Наташка вручила пакет Гаечке и раздала всем рубашки.
— Я тоже нашивку хочу, — проговорил Рамиль, стаскивая футболку и меряя обновку.
— Первое правило бойцовского клуба: не упоминать о бойцовском клубе, — сказал я. — Мы — тайная организация, несущая свет и добро.
Димоны заработали одинаковые джинсы, Алисе я привез штаны «Мальвины». Гаечке — целую кучу обновок. Она отошла в сторонку и распечатывала вещи. Сперва — простенькую косуху. Она самая дорогая из ее вещей и обошлась в пятнадцать тысяч. Черные байкерские штаны с цепями на поясе. Они стоили восемь. Дубоватые еще советские ботинки. На футболку с логотипом Guns N' Roses не хватило, я добавил две тысячи от себя, чтобы Гайка была полностью прикинутой.
Две тысячи — а счастья столько, что у нее аж руки затряслись. Футболку она натянула поверх майки. Штаны оказались длинноваты, но нестрашно — она еще будет расти. Косуха сверху — и привет металлистам и рокерам!
Десять минут ушло на самолюбование, и Рамиль снял шашлыки с огня. Двух с половиной килограммов свинины вряд ли хватит, чтобы насытить двенадцать подростков, каждому получится по два куска, но есть еще хлеб, овощи, лимонад, печенье и сырные шарики — стол более чем богатый по нынешним временам. Многие мясо в чистом виде более года не видели.
— Товар привез? — спросил вошедший во вкус Димон Минаев. — Я б до начала школы еще поторговал, хорошо выходит.
 
— Привез, но сюда просто не допер. Зайдешь ко мне — отдам, — ответил я, Чабанов качнул головой — понял, мол.
Почувствовали вкус денег, понравилось им!
Ко мне подошел Тимофей и сказал:
— Я послезавтра отчаливаю домой. Телефона у тебя нет, у меня тоже. Можно, я буду тебе писать? — последнюю фразу он сказал упавшим голосом.
— Конечно, — улыбнулся я. — Буду рад. Все мы будем рады! Расскажешь об успехах. Если что, совета спросишь.
От радости, что не получил отлуп, Тим аж засветился и побежал к ребятам, которые собирались играть в казаков-разбойников и распределялись по командам.
Шесть дней до школы, и мы проведем их с максимальной пользой! Теперь я знаю: школа — не приговор. Мы сможем жить полноценной жизнью и в учебное время. Не только я — мы все к этому готовы!
Нас ждут великие дела!
Продолжение здесь:  https://author.today/reader/339611/3113252