Красавец и чудовищ...ная ведьма (СИ)

— Ричард, — посмотрела я на дознавателя, не разбирая, куда он меня ведет.
— Потом, потом, — мужчина одной рукой от меня отмахнулся, но второй крепко держал за предплечье.
Уловила некое дежавю. При первом его появлении в нашем доме он счел меня не преступницей, но интриганкой и мошенницей. Кажется, потом его впечатление улучшилось. В конце концов, целовался он со мной тоже самозабвенно. Но в эти мгновения мне показалось, что мнение дракона обо мне упало ниже уровня моря. Как в тот день, когда мы распахнули перед ним дверь, или когда он застал меня в кабинете Барнаби.
  
Он шел и тащил меня, а я покорно подчинялась. Так мы и добрались до полузаброшенной террасы, чьи ступени и перила покрывал мох, площадку давно не подметали, если судить по пожухлым листьям, и куда никто не приходил.
Зато открывался великолепный вид на бухту, куда причаливали промышленные корабли, а, ну еще попахивало навозом. Не удивлюсь, если неподалеку конюшни построили.
Мы остановились. Ричард меня отпустил и долго не отводил глаз. Чешуя на коже не проявилась, и я сочла, что после всех переходов он усмирил пыл. Мы оба — взрослые люди, с каким-никаким, но опытом. Сумеем же договориться?
Ха, как жестоко я опростоволосилась.
— Ты и Лириус Мора? — сощурил взгляд господин Говард. Взгляд меня особенно не взволновал, но сжатые кулаки и прогуливающиеся желваки очень. — Он был твоим первым женихом?
— Я думала, что ты уже обо всем догадался, — потупила я взор.
Ей-боги, не меня зовут главным дознавателем.
— У меня было такое мнение, — согласился Ричард, — но ты так старательно умасливала меня, доказывала, что боишься герцога, а со мной... — я читала его мысли быстрее, чем они пролетали в его голове.
Он думал о том, что я именно та девица, которую он спас от падения, что я та, с кем он играл в шахматы, и особенно та, из-за которой проявилась проклятая метка.
Да, об этом он и думал, потому что повторил все в точности:
— Ты моя истинная? — вопрошал он. — Получается, я спас тебя от неугодной свадьбы, а ты в благодарность лишила меня сознания и части памяти?
— Ну, лишила тебя сознания не я...
— Мэгги, — он быстро нашел виноватую.
— Какая разница кто? — не хотелось, чтобы его гнев распространялся на Маргариту. — Да, это была я, я тогда пряталась под вуалью, а ты меня укрыл. Разве это имеет значение?
Мачеха говорила, что в момент паники я несу всякую чушь. Я никогда с ней не соглашалась. А сегодня сетовала, что мало слушала Аннабеллу.
— А не имеет? — взревел Ричард. — Я тебя укрыл, помог, а ты мне так отплатила? Ты колдовала надо мной, да? Скажи?
В толк не могла взять, что его больше раздражает: что он не видел во мне ту аферистку, с которой произошла привязка, или то, что я просила забыть мое лицо и меня в частности. Похоже, раздражала я... Вот прям вся, всем фактом своего рождения.
— Колдовала, да, — опускала я подбородок. — Я же не знала, с кем столкнулась. И я про метку выяснила позже...
— И тебя совсем не волновало, как с этой меткой буду жить я? — бесновался дракон. — Что у меня были обязательства, планы...
Да, да, вот такая я ужасная ведьма. Раньше я полагала, что ни мне, ни тому бедолаге эта метка не сдалась. Откуда я могла выяснить, что он намерен на ком-то жениться?
Было ли мне стыдно и горько от осознания? Да, я не знала, куда себя деть. И самое страшное, что я не страдала от жалости к Ричарду или его ненаглядной Жизель, я мысленно плакала, потому что мои отношения с дознавателем обречены. Он не забыл другую, он хочет к ней вернуться...
Слава богам, что эти мысли заодно больно резали сознание. Лучшая защита — это нападение, я усвоила сию мудрость, помогая невестам избавляться от неугодных женихов. Эта тактика вновь пришла мне на помощь, плюсом к ней шла какая-то новая уверенность.
Я не заставляла его со мной целоваться, я долго игнорировала флирт. Он тоже меня обидел, хоть и не понимает этого.
— Истинность убрать недолго, — выпалила я, делая шаг назад и гордо выгнув спину. — Пару часов в храме, и ты свободен. Готова поклясться, ты скажешь об этом старшей леди Ройстен, и она моментально бросит своего нерадивого жениха.
— А кто рассказал тебе про Жизель? — скривился он.
— Весь дворец, аж грустно, что я игнорировала светскую жизнь. Столько могла бы почерпнуть. Когда идем? Завтра? Сегодня? — выражение на лице господина Говарда было странным. — Давай вернемся к делу, ты узнал про подвеску, это ли не доказательство? Ты с ним ходил к королю?
Надеялась заключить тихий мир, вернувшись к расследованию. Вроде я все еще нужна Ричарду, у меня и Кристофера ценные дары, которые нельзя игнорировать. Но, увы, главный дознаватель в королевстве пользовался девизом «предадут однажды — предадут и дважды».
— Забудь о расследовании.
Я опешила.
— Как это понимать?
— Как хочешь, так и понимай. Ты и твои друзья свободны. Свои обязательства вы выполнили, Вивиан. Уходите, уходите, и желательно сегодня, до бала. Лириус Мора больше не твоя забота.
— А привязка?
— Присутствовать в храме драконов тебе не обязательно, хватит одного согласия. Отправлю к тебе человека.
Уговаривать, просить прощения я не стала. Мои извинения Ричард не примет, разразится скандал, шум которого дотянется до всех посетителей дворца. Подозреваю, что мачехе Ирис обо всем рассказала, и обе любимые родственницы ищут меня в покоях или саду. Аннабелла налетит на дракона, дракон огрызнется на нее, после включится сестренка, а когда матушка ей скажет, чтобы он заткнулась, потому что младшая, Ирис заверещит, что нельзя затыкать ей рот, и, вообще, рожать ее она не просила. Не выдержав, я тоже начну кричать....
Вся картина промелькнула за пару секунд.
— Значит, это все? — исподлобья взглянула на Ричарда.
Его лицо сейчас ничего не выражало, хотя нет, я вру сама себе. Оно выражало полное разочарование.
— Да, это все, — заключил дракон. — Уезжай, сегодня же. Сразу собирай вещи.
Он развернулся и оставил меня одну, а я едва не рухнула на колени. Мне было так жаль и себя, и его, и эту Жизель. И все началось с проклятой, неудачной свадьбы.
Может, стоило выйти за Лириуса Мора?
Но я невольно поежилась, вспомнив герцога. Это не доказано, что он похищает людей, но когда женщин останавливают косвенные улики? Нам и наговора обычного хватит.
Рассуждения о похитителе придали сил, что ли. Я направилась обратно к комнате, где меня ждала Маргарита с выпученными глазами.
— Как это мы уезжаем? — не понимала она. — С чего? Да какая черная кошка между вами пробежала? Дознаватель заходил, не поздоровался, совсем бесстыжий.
Ну, теперь ей можно было объявить честно, что между нами происходит. Рассказала с самого начала, и она с приближением кульминации истории все краснела и краснела. Догадалась, что Ричард вычислил, кто обрушил на него вазу, кто покрывал меня все это время.
— И все равно это глупо, — расстроилась подруга. — Он же ничего не добился, лишь подозревает герцога, а как он докажет его вину?
В процессе моего недлинного рассказа, к нам присоединился Кристофер, который тоже попал под гнев разозленного детектива.
— Лично я считаю, — напыщенно заговорил Крис, — что валить надо, пока чешуйчатый еще под «чувствами», — покрутил он пальцем у виска. — Валить в другой город, а куда лучше, в другую страну.
— Вот ты жук, люди пропадают, не хочешь им помочь? — повернулась к парню.
В какой момент он потерял совесть?
— Ага, если мы им поможем, то после пропадем мы. Вивиан, не тупи. У господина Говарда полцарства и крылья в придачу. Соберем вещи, дождемся, когда с тебя снимут привязку, и укатим туда, где море и нет драконов. Про драконов я буду тщательно докапываться, с твоим везением ты в новую истинность вляпаешься.
  
— А я? — нахмурилась Маргарита. — Я вляпываться в драконов недостойна?
Крис протяжно и устало вздохнул.
— Мэгги, прости, но если ты станешь истинной против воли, то никакой десятивековой ящер долго не проживет. Останешься богатой вдовой в фамильном замке, а в склепе будут валяться тонны чешуи тебе на реактивы. У тебя меньше... — защелкал он пальцами, подбирая нужное слово, иногда уставляя взор на фигуристые «доводы» Маргариты.