Ведьмино Варево (СИ)
В заговорах при их срабатывании собственная сила заклинателя прямо не использовалась вообще и никак на результат не влияла — это как бы распрямлялась скрученная или по-хитрому загнутая заклинающим реальность. Но большая разница между тем, кто способен вкладывая Силу менять реальность одним словом, и тем, кому для того же изменения придется читать наговор целый месяц! Допустим, если наговор был охотничий, то ловушку на зверя в таком случае проще и быстрее было вырыть собственными руками, как и разложить приманки.
Да, да, прямое воздействие на то, что тебя окружает, тоже считалось здесь за управление миром. Поместное, то есть локальное, конечно. Отчего иное ремесло ценилось не хуже ведовства, а в редких случаях и лучше. Хотя Куница считала таких мастеров тоже своего рода ведунами — без знаний создавать тончайший фарфор или тонкую художественную ковку, например, никак не получилось бы.
Вот кто совершенно не беспокоился о будущем — так это Мява. Кошка-оборотень в будущее смотрела с неизменным оптимизмом, ведь там обязательно случится что-то новое, чего она еще не видела. И уже происходит: вон как река раздобрела притоками, уже и противоположный берег на плесах так далеко, что кажется широкой зелено-бурой полосой и то и дело острова попадаются. А что ни одного купца навстречу не прошло, так то и понятно: амбары-то еще не заполнены урожаем, а пушнину зимнюю уже сторговали по весне. Вот и пусты воды.
…А случатся впереди невзгоды — так оборотень с ними справится обязательно. Раньше ж ведь как-то справлялась. Вот и всё, чего тут рассусоливать? Будто интересно о плохом говорить. Нет, не интересно. Вот о хорошем — пожалуйста!
* * *— Так вот он какой — Полночного леса красный предел, — завороженно прошептала Ница.
— Просторно-то как! — раскинула руки привычно занявшая место на носу челна кошкодевушка.
Очередной плес, даже скорее озеро, а не просто разлив речного русла, раскинулось перед путешественниками достаточно внезапно. Несущая лодку река частенько петляла почем зря, иногда закладывая такие изгибы и петли, что если знать — волоком через узенькую песчаную косу, разделяющую воды, можно было добрых три часа пути сэкономить! Вот и сейчас: поворот — и вдруг неожиданный простор! Неожиданный еще и потому, что сплошные стены зелени в первый раз за всю дорогу покидали берега, отдавая место поросшим разнотравьем крутым откосам и заливным лугам. Далеко впереди на холмах угадывались отдельные деревья и целые перелески — но в единое целое они больше не сходились.
— К какому берегу править, знаешь? — быстрее всех скинула с себя очарование природной красотой ведающая. И деловито стала выяснять у зачинщицы похода, где пристать.
— Погоди, — неожиданно для себя остановил колдунью Стёпа. — Мява говорила — Кремль княжий, как и вся столица, стоит на берегу Великой Реки, что дальше в южные земли течет?
— И что с того? — поинтересовалась Ница.
— А ведь купцы именно оттуда на полночь идут и туда же возвращаются с товарами лесными, — медленно проговорил парень, внезапно осознавший, что на уроках истории в школе он не только зазря просиживал штаны и мучительно напрягал память на контрольных.
Разрозненные, отрывочные знания, казавшиеся ранее абсолютно бесполезными, вдруг сложились в его голове в единую картину. Где местные власти построят себе город? Там, откуда смогут контролировать все свои земли. Если не силой оружия, то во всяком случае, экономически — так даже эффективнее, если разобраться. Да, лесные деревни не платят налоги, не получают, соответственно, взамен защиту дружины и княжеских ведающих. Но они все равно под князем — потому что торговля с ними идет через его город и по его правилам. Очень выгодные подданные, если разобраться: одни доходы без затрат!
— Что-то такое я и сама вроде слышала, — вместо кошкодевушки опять ответила несостоявшаяся лесная колдунья. — При чем тут место, где мы причалим?
— А зачем причаливать, если мы до столицы по воде дойти можем, как купцы? — задал встречный вопрос попаданец. От волнения он даже сам не заметил, как перешел на местный говор: — Всяко так быстрее выйдет и проще, чем свои ноги посуху бить.
Девушки переглянулись. Почему-то такая простая мысль не пришла в голову ни той, ни другой. Лодка тем временем, влекомая силой ведьмы, миновала озерное устье и вышла на открытый простор. И тут же косо налетела на поднятую степным ветром волну.
Удара как такового не было: гибкая конструкция челна, словно мастер айкидо, прогнулась на не таком уж высоком водяном холме, создав минимум брызг, и тут же отыграла следующую, и следующую, даря при этом своим пассажирам просто массу эмоций! Правда, не сказать, чтобы приятных.
Степан до белизны пальцев вцепился в борта, вжимаясь в днище до того казавшегося даже надежным плавсредства, Мява проделала то же самое. Куница схватилась за упавшую ей в руку метлу, явно готовясь экстренно взлететь, а ворон, упорно коротающий дни на корме посудины, свечой ушел в небо, хрипло и, как показалось попаданцу, нецензурно бранясь.
— Правь к берегу!!! — это студент и кошкодевушка крикнули одновременно.
— К какому?!
— Тому, что ближе!!!
Челн элегантно развернулся на месте… и тут же черпанул-таки верхушку следующей волны, пришедшуюся в этот раз ровно в борт. Заговоры — заговорами, но необходимость учиться любому делу — никто не отменял.
…По итогу, уже на берегу оказалось, что они легко отделались: «поймали» всего одну волну. Но хватило и ее, чтобы промочить муку и крупу, переведя продукты длительного хранения сразу в скоропортящиеся…
— Ну что, доплыли до князя? — Куница не обращалась конкретно к студенту, все оказались хороши. — Купцы-то на ладьях товары возят, им такая волна что рябь!
— Кто ж знал, — примирительно положила ладонь на руку подруге оборотень. — Я тут сбегала на косогор: там дорога набитая. А что до муки — сейчас полбу сварим, а потом мясом обойдемся, вкусное будет!
— «Мясо», разбежалась! — скривилась ведьма. — Степных зайцев по полям гонять будешь, в которых одни жилы по лету, или чужую овцу скрадешь? Не лес тут. Придётся к людям здешним на поклон идти. Может, удастся променять часть скарба на припасы…
Глава 3
— Давай. Лети-лети. И чтобы на людях ко мне не смел приближаться, пока не позову!
— Гра-а-арх! — отлетев подальше, прокомментировала нечисть, но курса к далекому перелеску в стороне от дороги не сменила. Ница же, достав явно заранее отложенный кусок дерюги, стала оборачивать им прутья своей метлы.
— Ведающей, разумею, будет проще договорится с деревенскими на своих условиях, — прянув ушами, и словно ни к кому конкретно не обращаясь, высказалась Мява. — Ритуал посвящения Куничка прошла, а дальше — кому какое дело…
Степан молча сам себе попенял за проявленную «внимательность» — сам-то он в выпроваживании ворона и завязывании импровизированного чехла на метлу ничего такого не увидел.
— Я — не она, — отрезала ведьма таким тоном, что спорить с ней желание у всех отшибло сразу и начисто.
Дорога, проходящая по водоразделу, по летней жаре представляла из себя утоптанную и укатанную едва ли не до каменной твердости полосу земли, обильно посыпанную мелкой летучей пылью. В которой даже такой профан как Стёпа смог разглядеть свежие следы — и людей, и лошадей. Последние, чтобы уж наверняка, кое-где оставили отнюдь не благоухающие кучи навоза. В просёлке угадывалась даже какая-никакая колея — телеги оставили. Вот чего не было — так это человеческого жилья. А оно, по мнению студента, должно было находится именно тут — между трактом и большой водой.
