Поцелуй меня сейчас

Она по-прежнему не шевелилась. Даже ни разу не моргнула. Только поднимала подбородок, чем ближе я к ней подходил. Каждый шаг будто уводил меня назад, в прошлое. Тишина между нами была такой громкой, что звенела в ушах. Я остановился прямо перед Евой и тенью в ее глазах увидел собственное отражение. Ева открыла рот, но не издала ни единого звука.
– Привет, Ева, – сказал я.
  
Мой голос прозвучал тяжело, грубо. Не могу сказать, на какую реакцию я рассчитывал. Пока мы летели, я перебрал в голове десятки вариантов. Но ни один из них не сводился к тому, что принцесса закатит глаза и упадет в обморок.
– Ева! – Я подался вперед и поймал ее, почувствовав вес ее тела в своих руках. – Ева! – снова крикнул я и легонько встряхнул ее, но она продолжала безвольно висеть на моих руках, словно марионетка, которой перерезали нити.
А вот лоб у нее оказался горячим. Слишком горячим.
У нее жар?
Она больна?
Черт.
– Драматизм – это у вас семейное, да? – пробормотал я и поднял ее, чувствуя, как ее голова падает на мое плечо.
Нахмурившись, я посмотрел на нее. На лбу у нее выступил пот, лицо было бледным. И что мне теперь делать?
– Алекс! – крикнул я, но тот уже давно скрылся из виду.
Больше поблизости не было ни души. Черт. Я поднял Еву на руки и начал подниматься по вычурной мраморной лестнице к входу. Боже, здание школы не просто напоминало замок – это и был самый настоящий замок. Вестибюль был огромный, с потолка свисали хрустальные люстры. О том, что это все-таки школа, напоминали лишь долетавшие издалека крики детских голосов.
Я остановился и огляделся. По центру располагалась большая парадная лестница, а вправо и влево тянулись коридоры. Я как раз собрался пойти направо, как оттуда мне навстречу вышел парень с розовыми волосами. Выглядел он так, словно только что выскочил из мастерской какого-то модельера. Под школьным пиджаком виднелась сетчатая футболка, сквозь которую отчетливо выступали проколотые соски. Галстук свободно болтался на шее. Так выглядят парни из богатых дворянских семей? Я себе это немного иначе представлял. Заметив в моих объятьях Еву, он с интересом приподнял проколотую бровь.
– Позволь тебя спросить: ты кто такой? Пытаешься похитить принцессу Новой Шотландии? И если да, то что мне сделать, чтобы ты меня тоже носил на руках?
Соврешенно сбитый с толку, я уставился на него.
– Я Кингсли, студент по обмену из Штатов. Она упала в обморок на улице. Кажется, у нее жар. У вас случайно нет лазарета, куда я мог бы ее отнести? – спросил я.
Розоволосый парень сдержанно ухмыльнулся и медленно наклонил голову, отчего кольца в его ушах тихо зазвенели.
– Я Эзрик, вице-президент школьного совета «Бертона». Лазарет находится на первом этаже. Восточное крыло. Восьмая дверь слева.
Я едва заметно кивнул и пошел вперед к лестнице. Парень, к моему удивлению, последовал за мной. Я вопросительно взглянул на него, но Эзрик только подмигнул и повел меня вверх по лестнице, мимо шкафчиков и классных комнат. Здесь обстановка действительно напоминала школу. Восьмая дверь слева оказалась высокой и двухстворчатой. За ней скрывалась большая светлая больничная палата на шесть кроватей. Я осторожно уложил Еву на одну из них. Она тихо вздохнула. Ее веки дрогнули.
– Она приходит в себя, – с облегчением констатировал я и поторопился к умывальнику, чтобы набрать стакан воды.
– Не паникуй так сильно, новенький, – сказал Эзрик, вальяжно привалившись к дверному косяку. – Ева снова будет с нами, ей просто нужно немного поспать. Мне жаль, что так начался твой первый день в «Бертоне», но раз она в отключке, инструктаж я возьму на себя. Отведу тебя к президенту совета.
Я уставился на парня.
– Мы же не можем просто оставить ее здесь!
Ева снова вздохнула, и я так резко сжал пластиковый стаканчик, что вода выплеснулась через край.
– Комплекс спасателя? Как свежо, – сказал Эзрик, отталкиваясь от дверного косяка. – Но если тебе так будет спокойнее, то…
Он повернулся и позвал девушку, которая, видимо, как раз шла мимо по коридору.
– Ты, новенькая.
– Меня зовут Джуди, – послышался раздраженный голос, и в комнату вошла пышная красавица.
– Короче. Позаботься о Еве, – скомандовал розововолосый парень и, повернувшись ко мне, добавил: – Доволен? И к твоему сведению, потому что ты тоже новенький: комплекс спасателя – это, конечно, очень мило и все такое, но в будущем лучше не заставляй членов школьного совета ждать. Поскольку это твой первый день, я еще закрою глаза, но, если завтра кто-то из совета скажет тебе прыгать, твой ответ должен быть «как высоко?» Ясно?
Я удивленно взглянул на него.
– Ты это сейчас серьезно?
– Я тебя просто предупреждаю. – Эзрик спокойно пожал плечами, но выражение его глаз вызывало почти непреодолимое желание врезать ему по физиономии.
Его совет был мне до лампочки, но, возможно, действительно не стоит привлекать к себе внимание в первый же день. Я протянул девушке по имени Джуди стакан.
– Пожалуйста, позаботься о ней, – попросил я, и она кивнула, скептически разглядывая меня.
Я быстро повернулся и, протиснувшись мимо Эзрика, вышел из лазарета. Мне показалось, что он хотел еще что-то сказать, но в итоге молча последовал за мной по коридору, уставленному разнообразным старьем. Это напомнило мне мамину любимую теленовеллу «Гордость и страсть», испанскую версию «Гордости и предубеждения». Только трагичнее. По-испански. Любая поклонница испанских телесериалов обрыдалась бы от счастья, окажись она тут. В молчании Эзрик привел меня к вычурной резной двери. Он толкнул ее, не постучав, и мы вошли в помещение, служившее, очевидно, комнатой общего пользования.
В углу стоял бильярдный стол, над которым нависли два парня. Они выглядели, как модели с рекламных плакатов для богатых щеголей. Третий парень, здоровый как шкаф, стоял у сервировочной тележки, наполняя прозрачной жидкостью хрустальный стакан, который стоил дороже, чем я в месяц платил за квартиру. Еще один – смазливый и миниатюрный, как идол кей-попа – сидел в кресле и листал какой-то журнал. Все четверо – как стая волков – одновременно подняли головы.
– Кто это такой? – спросил один из парней за бильярдным столом.
– Ученик по обмену, – просто ответил Эзрик, и все сразу потеряли ко мне интерес.
Что ж, хорошо. Вслед за Эзриком я пересек комнату. Перед темной дверью он остановился и на этот раз, к моему удивлению, постучал и потянул на себя ручку, только когда раздалось глухое «Входите!»
– Ева упала в обморок. Поэтому я привел новенького сюда, – сказал Эзрик.
Вслед за ним я вошел в небольшой кабинет. За массивным письменным столом сидел еще один богатенький хлыщ и что-то оживленно строчил.
– Очень хорошо, спасибо… – произнес он и поднял голову.
Не веря своим глазам, я замер и уставился на высокомерного парня. Вся спесь слетела с его лица.
– Декс?
– Кинг?
Ева
Голова пульсировала так, будто меня по ней неслабо стукнули. Я застонала и заставила себя открыть глаза. Передо мной в слабом дуновении ветерка развевались занавески. Потолки облицованы темным деревом. Пахнет антисептиком. Где я?
– Ева? Ты проснулась?
Я моргнула и повернула голову.
– Джуди? Что случилось? – прохрипела я.
– Ты упала в обморок и оказалась в лазарете. На, попей, – сказала она, поднося к моим губам стакан.
Я приоткрыла рот, и вода потекла внутрь. В голове гремело, как будто из нее пыталась вырваться какая-то информация.
– У тебя небольшая температура, милая, – продолжила она. – До конца дня тебе надо отдыхать.
  
Я пробормотала что-то невнятное, и Джуди вздохнула.
– Ты меня очень напугала, когда этот здоровяк…
Я так резко подскочила, что Джуди от испуга разлила воду, а у меня закружилась голова.
– Ой! Ева! Что такое?
– Где он? – выпалила я, окидывая взглядом палату.
Я была в поту, чувствовала, как по спине стекают капли. Джуди подняла одну бровь.