Моё сердце стучит для тебя (СИ)

-Добрых звёзд, Майя. Я очень рад, что ты пришла в себя. Вернее, все рады, мы очень боялись за тебя. — Я подняла глаза и увидела того, кто был последним в моей памяти, это был Ярги. 
— Привет, — улыбнулась ему, хотя в голове крутилось множество вопросов. — Можно мне попить? Горло болит. 
  
-Да, конечно, сейчас, — засуетился мой ночной гость, но очень быстро подставил к губам трубочку, чтобы я смогла попить. 
Как же хорошо ощущать во рту влагу, вода, наверное, самое вкусное, что может быть, особенно если во рту пустыня Сахара. 
-Как давно я здесь? И что произошло? Ты мне расскажешь? – я смотрела на уставшего, но всё же красивого мужчину.
-Расскажу, конечно. Ты уверена, что хочешь именно сейчас поговорить? Может, отдохнёшь? 
-О нет, мне кажется, я отдохнула и выспалась на годы вперёд. И у меня такое любопытство, что уже ничего не заставит меня заснуть, пока я всё не узнаю. – поглаживание Лии меня успокаивало, и я принялась слушать рассказ. 
Если коротко, то звучит так. 
Я от стресса и испуга выпустила силу и раскрыла свои крылья, защищая Ярги и девочек. 
Из-за большого выброса энергии чуть сама не погибла, но благодаря папе Лю и своевременной помощи жива.
Ярги питает меня энергией. Ренди и Дени, спасая меня, разнесли в клочья весь корабль и всех, кто там был, включая пир Гуана, и эта была лучшая новость.
Что бы восстановить меня и девочек, потребовалась энергия ещё одного фирума, и это был некий Лекс (отпрыск правящей семьи планеты Фирум), по нашему – принц без наследства.
Так вот, тут новость меня просто пришибла. Оказывается, он претендует на одну из моих дочерей. Я ещё родить не успела, а уже зятек нарисовался, ну уж нет, пусть приходит знакомиться, когда ей 20 стукнет, и нечего мне тут раньше времени ошиваться. Он со всеми ждал моего пробуждения. Вот ведь, я в глаза его не видела, а он хочет быть рядом с моей семьёй.
Что-то я совсем разозлилась, надо успокоиться.
Следующей ошеломляющей новостью стало то, что я спала почти четыре месяца.
Я прям зависла на этой цифре, для меня всё как вчера было, а для моих родных – невыносимое количество дней без меня .
Ко мне никого не пускали, и Ренди и Даний всё это время видели меня только через проектор. Божечки, как же они, наверное, испереживались , и как мне хочется их обнять.
Папочки мои тоже постоянно рядом и очень сильно переживали.
Ярги сказал, что о моём пробуждении новости разлетелись, и все сейчас находятся в соседней палате, но никого пока не пускают, все ждут, когда папа Лю разрешит меня увидеть.
От всего рассказа я расплакалась, и Ярги обнял меня, утешая. От него ко мне полилось тепло, и я потихоньку успокоилась.
Может, я и сумасшедшая, но сил терпеть встречи с моими любимыми не было, поэтому я уговорила Ярги отнести меня в палату к моим мужьям. 
Ярги не протестовал, мне показалось , что он вообще готов делать всё, что я скажу.
В соседней палате горел свет, там явно и не думали спать. На диване сидел Ренди и работал в планшете. Даний о чём-то говорил с папой Лю, но плохо было слышно. Не было только папы Ароса.
Ярги открыл дверь шире и внёс меня.
Лица у всех застыли, на них читалось неверие, надежда, нежность и много любви и теплоты.
— Майя? — как-то шёпотом, с неверием произнес Даний.
— Мы не спим? — уточнил Ренди, боясь пошевелиться и не отводя своих чудных глаз от меня.
— Привет, — это всё, что смогла сказать я, прежде чем мои дорогие сорвались со своих мест и забрали меня из рук Ярги.
Моё лицо зацеловали, не оставив ни единого забытого участка. И, наверное, так и не перестали бы целовать, если бы не папа Лю.
— Отойдите, олухи, дайте мне проверить состояние дочери, — папа забрал меня и аккуратно посадил на диван.
— Привет, милая, я так рад, что ты не оставила нас, — на его глазах были слезы, я протянула руку и убрала скатившуюся каплю.
— Всё хорошо, папочка, — обняла его сильно-сильно.
Так мы просидели, пока папа не пришел в себя, а потом он включил в себе дока Лю и начал свои обычные манипуляции.
Водил приборчиками, помечал что-то в планшете, а я наблюдала и думала, что счастливей меня нет никого, ведь у меня самые лучшие мужчины на свете (это касается и папы, и будущих мужей), всех троих. Ярги я тоже приняла ещё там, на корабле, когда он хотел закрыть меня собой. Да и для девочек моих он уже папа, так что без вариантов.
— Всё хорошо, всё просто чудесно. Отличные показатели, — радовался папа, и вместе с ним и мы.
В комнату с капсулой меня не вернули, чему я была несказанно рада.
Если честно, то я очень хотела домой, но папа пока не разрешил.
Зато палата, в которую меня поселили, была прям королевская, как отдельная квартира.
В ней была гостиная, спальня, очистительный отсек и даже небольшая кухонька.
Ко мне приставили робота-помощника, но он не особо был нужен. Мои мужья не отходили ни на шаг, всё ещё боялись, что я исчезну.
Папочка Арос немного приболел из-за того, что эти месяцы сильно переживал и почти совсем не ел, и его поместили в капсулу, чтобы подлечить. 
Как только он очнулся и услышал новости обо мне, то тут же примчался, да так, что я чуть заикаться от испуга не стала.
Он влетел в палату, снося на своём пути всё и остановился только тогда, когда смог зажать меня в своих огромных руках.
Прижатая к нему, я чувствовала слезы, которые капали мне на плечо, и тоже плакала. Нас не пытались разнять, нам обоим надо было время, чтобы прийти в себя.
Лишь через неделю папа Лю разрешил навещать меня всем остальным. 
Первая ко мне прилетела моя дорогая Ролли и Рок. 
Рок участвовал в моём спасении, а Ролли не допустили, и она обиженно жаловалась мне, моя верная и бесстрашная подруга.
Так же меня навестили и родители Дани, его мама очень переживала за всех нас и сейчас была счастлива, особенно когда зашла речь о свадьбе, и я попросила её помочь моим папам с организацией, потому что мне не до этого будет. 
Свадьбу будем делать после того, как я рожу и немного восстановлюсь, как раз на моё двадцатилетие.
Мне будет лишь двадцать, а такое ощущение, что я уже как минимум три жизни прожила.
Так же эмоционально прошла и моя встреча с Милой и Линой. Оказывается, Миле было очень плохо из-за ввода клеток ДНК другой расы, и она чуть не погибла, но мой папа с его очень умной командой врачей смогли выжечь эти клетки и спасти Милу, правда восстанавливалась она тоже долго и лишь месяц как дома. Я была рада, что у девочек всё хорошо.