Пастушка для дракона
– Дослушай! – буркнул он.
Похищение оказалось спонтанным, так что Лэйран успел только заглянуть к другу, объяснить ему ситуацию, попросить присмотреть за владениями и уведомить короля драконов либо королевского судью – чтобы его не объявили в розыск как преступника. То есть искать все равно будут, но исключительно родственники Мелиссы по материнской линии.
Чтобы помешать поискам, дракон не должен пользоваться магией – по мощному всплеску его сразу обнаружат. И конечно, он не должен появляться в привычных для драконов местах. Значит, исключаются крупные города, поместья рода и друзей семьи.
Еще вариант – искать будут Мелиссу с помощью родственной крови, но тут есть засада – девчушка еще мала. Дракончик не отзовется родственникам, если рядом отец или мать.
Поэтому Лэйран и умчался в глушь, кинул кошель обитателям хутора и дал час на то, чтобы покинуть дом, оставив все, как есть. Крестьяне ушли, оставив дом, огород, пасеку, животных в стойлах и практически все, что было в доме. Забрали одну лошадь, телегу и то, что быстро покидали в узлах. Уехали с клятвой молчания, но весьма довольные – на кошель можно было в столице дом прикупить или лавку и записаться уже не крестьянами, а торговцами, например.
Вот только изгнав крестьян и накормив дочь оставшейся в печи едой, дракон понял, что абсолютно не знает, что делать со всем этим хозяйством. Чем кормить скот? Как доить? И что там в огороде и на пасеке? Его учили как воина и дипломата, а управление хозяйством сводилось к принятию отчета у управляющего да редкого облета владений для проверки.
Придя в отчаяние, Лэйран активировал родовой артефакт, загадав ему «самое необходимое на ближайший год» в надежде, что ему подкинут книгу по ведению домашнего хозяйства, новый кошель с золотом, чтобы нанять работников или хотя бы магического помощника, а на пригорке с артефактом внезапно появилась я!
Глава 2
Я, значит, ответ на молитвы этого чокнутого! Ха-ха! Зачем ему старуха? Но мужчина смотрел с такой надеждой, что я не стала его разочаровывать. Ладно, чем смогу – помогу. Силы уже не те, но уж голова-то у меня на плечах, да и опыт имеется.
Год продержаться в деревне – в принципе, задача решаемая. Надо только посмотреть, что ему оставили. Крестьяне народ ушлый и хитрый – наверняка самое ценное выгребли и увезли, а дракон и деньги все отдал, значит, будем жить с огорода и хозяйства. Интересно, что тут вообще есть?
Этот вопрос я и задала.
– По документам это обычный хутор на три семьи, – пожал плечами дракон. – Доходный. Подробностей не помню, мы здесь всего несколько часов.
Вот сейчас я посмотрела на мужика с уважением. Сориентировался он быстро. За пару часов понял, что сам не справится, не стал включать «фон-барона» и ждать преференций. Вызвал помощь и пусть скрипит на меня зубами… А кстати, почему скрипит-то?
– Господин Лэйран, – вежливо спросила я, – отчего вы так недовольны моим появлением?
– Я думал, артефакт пришлет помощь, а не… пастушку!
Вот тут я оскорбилась. Какая я, к бесам, пастушка? В мои шестьдесят восемь я еще вполне бодрая пенсионерка! Ну да, располнела, и ноги плохо ходят, зато голова работает!
Я уже открыла рот, чтобы возразить, и тут обратила внимание на то, что все время было у меня перед глазами – руки! Где мои натруженные ладони с пигментными пятнами и заметными раздутыми венами? Сейчас это были узкие девичьи ладошки, вполне крепкие, но изящные, с нежной светлой кожей…
– Господин Лэйран, здесь есть зеркало? – сдавленным голосом спросила я.
– Зеркало? – мужчина вздохнул и сказал: – Мне нельзя пользоваться магией, а у крестьян… если только медное блюдо, но, кажется, всю дорогую посуду они забрали с собой.
Тогда я догадалась просто себя ощупать и чуть не взвизгнула. Тонкая талия, прикрытая черным суконным корсажем, платье из коричневой плотной шерсти, грудь – хорошая такая «троечка» под белой льняной рубашкой. На ногах – крепкие ботинки, и, судя по ощущениям, под рубашкой есть что-то еще, как и под юбкой. Волосы… Я чуть по лбу себя не стукнула! Уже лет двадцать я носила короткую стрижку – хлопот меньше и седину можно не закрашивать, а теперь на спине лежали тяжелые каштановые косы!
Дракон наблюдал за моими ощупываниями с интересом. Потом прищурился и щелкнул пальцами, подвешивая рядом со мной зеркальную пленку. Я уставилась в нее и ахнула. Это была я в молодости! Вернее, не совсем я. Тоньше, изящнее, аристократичнее. Белоснежная кожа – у меня такой и быть не могло, все лето проводила на даче или в лагере! Маленькие нежные руки. Мозоли есть, но они отшлифованы и явно не от лопаты. Скорее от вышивки или от игры в теннис. А ноги? Я взглянула на ботиночки еще раз. Маленькая ножка, размер тридцать шестой максимум, а то и тридцать пятый. Дорогая кожа, металлическая оковка носа и подковка на каблучке. Чулки из тонкой шерсти телесного цвета. Ткань юбки – гладкая, плотная, ровно окрашенная… Этот мужик просто дурак, если принял изящную барышню в карнавальном костюме за пастушку!
– Если вам не нужна «пастушка», – хмыкнула я, любуясь собой, – тогда я пойду?
– Нет! – гаркнул этот гамадрил. – Вы действительно можете помочь нам прожить здесь год?
– Могу, – призналась я, – но на своих условиях.
– Это на каких же? – прищурился Лэйран.
– Я не стану вашей служанкой, – строго сказала я.
Дракон пожевал губами. Кажется, он думал, что я в один миг обеспечу ему привычный набор – еда, тепло, постель и комфорт. Увы, не на ту напал.
– А кем вы хотите стать? – хмыкнул он. – Хозяйкой?
При этом он смерил меня взглядом, словно вошь придавил. Ну-ну, строптивый какой! И глупый. Видел ведь крестьян, неужели разницы со мной не заметил?
– Считайте меня… экономкой, – нашла я достойный вариант. – Через год, как только поправите свои дела, заплатите мне жалованье за год, и разойдемся с миром. Кстати, не надейтесь, что я все буду делать сама. Жизнь в деревне требует полного участия мужчины. У меня не хватит сил ворочать навоз, чистить стойла или таскать сено. Больше того, я и на огороде ничего тяжелого поднимать не стану. Или нанимайте людей в деревне, или занимайтесь мужскими делами сами.
Дракон снова взбесился.
Ах да, денег-то у него нет! Вон как желваки катает! Ничего-ничего, руками работать полезно, глядишь, и мозги наконец включатся.
– Договорились! – выдавил дракон. – Только учти, пастушка, я умею сражаться, выживать в лесу или на паркете. Пахать, сеять или косить меня никто не учил!
– Научу, – вздохнула я и тут же встрепенулась: – Договор?
Лэйран небрежно махнул рукой и проговорил:
– Я, лорд Лэйран Трейер, лорд Одинокой скалы, обещаю заплатить…
– Нине Викторовне Столбовой, – вставила я, уловив, что дракон проглотил слово «пастушке».
– Нине Викторовне Столбовой жалованье экономки за год, если она поможет прожить на хуторе мне и моей дочери год и один день.
– Я, Нина Викторовна Столбовая, обещаю помочь Лэйрану Трейеру, лорду Одинокой скалы, и его дочери прожить на хуторе год и один день, если мне не придется выполнять мужскую работу, сражаться или прислуживать.
Мужик что-то рыкнул, и снова мелькнула искра, разделилась и приклеилась к запястьям. Я задумчиво почесала руку и сказала:
– А теперь давайте посмотрим, что тут есть, и что нужно сделать срочно!
Глава 3
Для начала я заглянула в печь.
Она уже практически остыла, потому что дракон не догадался прикрыть вьюшку. К счастью, сухие дрова нашлись под шестком. Я попросила мужчину сложить их в печь и зажечь. Он растерялся. Оказывается, драконьим огнем ему пользоваться нельзя, а как по-другому его зажечь, он не знает!
Тут растерялась уже я. Если в этом мире в ходу кресало – я не справлюсь!
К счастью, на приступке нашелся здоровенный коробок спичек, вернее, «серных палочек». Лучинки с кончиками, вымазанными серой, и жестяная коробка с грубой намазкой на крышке. Меня устроило. Я снова затопила печь, а после вынула из прикрытой заслонкой ниши горшок с кашей, горшок с какой-то похлебкой и горшок с тем самым чаем.