Ты мне нужна (СИ)
— Ты здесь…Прости меня, доченька…
— Это уже не важно, папочка! Ты только поправляйся, пожалуйста!
Джейк подошел и стал рядом со мной.
— Поправляйтесь, мистер Робертсон.
— Спасибо, сынок…Я рад, что ты тоже здесь…Я должен тебя попросить…Позаботься о моей девочке, если со мной что-нибудь случиться…
— Что ты такое говоришь, папочка? Все будет хорошо, ты поправишься, — срывающимся голосом проговорила я.
— Я обязательно о ней позабочусь, — ответил Джейк.
А я уже не могла стоять и сев на стул обняла отца за шею, положила голову ему на плечо. А он свободной от капельницы рукой обнял меня в ответ.
Через некоторое время отец заснул, и мы поехали с Джейком в мою квартиру. Поскольку нужно было покормить Бони и взять кое-какие вещи.
Ночью я практически не спала, а если и получалось заснуть, то я, вздрагивая, просыпалась и снова лежала без сна. Джейк тоже плохо спал, я видела, как он переживает за меня.
Каждый раз, просыпаясь от беспокойного сна, я чувствовала, как он крепче обнимает меня, чтобы я знала, что он рядом.
Ближе к утру раздался звонок из больницы…
Нам сообщили, что папе стало хуже и врачам пришлось ввести его в состоянии искусственной комы.
В груди у меня все оборвалось, я не понимала, за что жизнь так жестока со мной…
Мной начало одолевать полное отчаяние.
***
Я окончательно переехала к Джейку, он настоял на том, чтобы я находилась у него под присмотром, поскольку он очень переживал за мое эмоциональное состояние.
Мне пришлось перевезти Бони, чему Мишель была очень рада и они быстро с ней подружились.
Мне также пришлось быть на постоянной связи с временным управляющим нашей семейной компанией и взять на себя решение некоторых срочных вопросов.
Я разрывалась между своей работой и семейным бизнесом, а Джейк занимался вопросами, связанными со строительством онкоцентра.
Я не могла передать словами, насколько я была ему за все это благодарна.
Одним поздним вечером, когда Мишель гостила у родителей своей мамы в Нью-йорке, я сидела в гостиной, с разложенными по всему дивану документами и чувствовала полнейшую усталость…
Сзади ко мне подошел Джейк, положил свои теплые руки мне на плечи и стал массировать. От удовольствия я закрыла глаза и издала тихий стон.
— Тебе нужно отдохнуть, малышка…Ты очень много работаешь в последнее время, — продолжая массировать мои плечи, сказал Джейк.
— Я должна…ради папы…
Джейк обошел диван, отложил документы на, стоящий рядом, журнальный столик, сел рядом со мной, взяв мои руки в свои, и посмотрел мне прямо в глаза.
— Милая, я все понимаю, но ты не должна забывать о себе. Ты очень устаешь, плохо спишь, а если засыпаешь то тебе, что-то такое снится, отчего ты начинаешь плакать во сне… Я очень переживаю за тебя…
Я подняла руку и нежно погладила его по щеке, внимательно посмотрев на него, тихо произнесла:
— Прости, что тебе приходится переживать за меня…
Джейк опустил глаза на наши сплетенные руки, и нежно поглаживая большим пальцем мою кисть, с грустью в голосе проговорил:
— Она тоже всегда много сил вкладывала в работу…В тот день — утром, мы немного повздорили с ней на эту тему и вроде бы мне получилось уговорить ее взять помощника, чтобы передать часть обязанностей. — Я слушала его и постепенно, мое сердце начало биться быстрее, я видела, как выражение его лица менялось в процессе рассказа, и в глазах появлялась огромная тоска. — Вечером мы собирались пойти в ресторан, чтобы отметить нашу годовщину, и я зашел в спальню, чтобы поторопить ее, поскольку мы уже сильно опаздывали, и увидел, как она стояла, облокотившись одной рукой о комод, а другой, держась за голову… — Я затаила дыхание и непроизвольно крепко сжала руку Джейка. — Я подбежал к ней, и спросил, что с ней, но она не смогла ничего ответить, а лишь медленно стала оседать в моих руках, и когда я заглянул в ее глаза…то увидел там такой безграничный страх… — Я видела как Джейк будто бы заново переживает тот день и чтобы показать ему, что сейчас я рядом с ним, и готова разделить эту боль, погладила его предплечья, немного сжав. — Я пытался говорить с ней…звал ее…но она меня уже не слышала…
На какой-то момент Джейк замолчал, и посмотрел куда-то на стену, будто собираясь с мыслями.
— А потом она совсем обмякла…и умерла, прямо на моих руках…Я вызвал скорую и еще пытался оказать ей первую помощь, но как сказали потом врачи, смерть была мгновенной…я не смог бы ничем ей помочь…
— О Боже…Джейк…, — прошептала я срывающимся голосом и бросилась обнимать его, почувствовав, как с моих глаз полились слезы. Мне было невыносимо больно видеть его таким потерянным.
Он крепко обнял меня в ответ и тихо произнес:
— Я не могу потерять еще и тебя, малышка. Я слишком сильно люблю тебя!
У меня перехватило дыхание от его признания.
Я отстранилась от него, и взяв его лицо в ладони, ответила:
— Ты не потеряешь меня, Джейк! Слышишь меня? Не потеряешь! Я всегда буду с тобой! Боже, ты даже не представляешь насколько сильно, я люблю тебя! — И прильнула жадным поцелуем к его губам.
Прямо сейчас я понимала, что очень сильно нужна ему и хотя бы этой ночью я хотела забыть обо всем происходящем и не дать ему погрязнуть в тяжелых воспоминаниях.
Джейк глубоко вздохнул и с такой же страстью ответил на мой поцелуй.
Я вдруг осознала, что также сильно нуждалась в нем. Это было что-то совершенно непохожее на то, что было между нами раньше.
Я хотела его до мурашек, до ломоты в теле, до головокружения…
Меня уже трясло, как и его, мы с жадностью целовали друг друга, постепенно увеличивая темп, и оба уже не могли сдерживаться.
Он начал спускаться своими губами к моей шее, и все мое тело начало покрываться мурашками…
Это было какое-то безумие, нас полностью захлестнули эмоции, и одежда летела уже куда-то в разные стороны. Я сорвала с него майку и начала целовать его шею, а потом спустилась к груди, гладя ладонями его плечи и руки. От моих действий дыхание Джейка еще больше участилось, и он зарылся рукой в мои волосы.
Я чувствовала, как он реагировал на мои ласки, и это еще больше распаляло во мне желание…
Эта была ночь полная страсти, чувственности и откровенной любви…
***
«Я жмурюсь от яркого солнца, светившего прямо мне в глаза. Оглядевшись вокруг, я увидела, что нахожусь в каком-то саду, где растет много цветов и зеленых деревьев…
За спиной я услышала детский смех и повернулась, чтобы посмотреть, что там происходит. И увидела светловолосую девочку лет десяти, которую раскачивал на качелях какой-то мужчина с русыми волосами и слегка заметной сединой на них.
Мужчина раскачивал девочку, и они оба весело смеялись…
Их движения были, будто в замедленной съемке и я не понимала, почему так…
Я стояла и смотрела на них как завороженная и в какой-то момент начала понимать, что я где-то видела этого мужчину…и не только видела, но и прекрасно знаю — это мой папа…, только моложе. А светловолосая девочка на качелях — это я…
Качели останавливаются, и я спрыгиваю с них и бегу к нему, а он подхватывает меня на руки, поднимает вверх и начинает кружить. Я начинаю заливисто хохотать, а он широко улыбается мне.
Внезапно картинка рассеивается, и вот я уже стою в нашей гостиной…
И вижу папу, уже с полностью седой головой, такого, каким я его запомнила в последний раз…
Он стоит у камина, и в его руках я замечаю фотографию. На ней я вижу себя маленькую, в том же возрасте, в каком я видела себя сейчас на качелях…
Он держит фотографию и в какой-то момент, я слышу, как он произносит:
— Прости меня, моя девочка…Я так виноват перед тобой…
Я вижу, как он страдает, и хочу подойти к нему, но не могу сдвинуться с места, словно я приросла к полу…
— Папочка! Я давно уже простила тебя!
Но он не слышал меня…
— Я лишь хотел уберечь тебя от больших страданий, доченька…
— Папочка! Я здесь! Посмотри на меня!