"Фантастика 2025-49". Компиляция. Книги 1-28 (СИ)

Взглянув на ночное небо, я медленно выдохнул, успокаивая нервы и очищая разум. Туч многовато сегодня. Темно. Хорошо хоть у Гоблина и Коли в машинах нашлись фонарики, а остальные члены моей группы поддержки светили телефонами.
Сперва и вампиры пользовались искусственным освещением, но стоило Мелькину выйти вперед и оказаться внутри просторного круга — убрали девайсы и мгновенно приняли свою истинную форму.
  
— Ух ты ж е… блин…вашу ж мать! — чудом удержался от матов Дрон и тут же добавил: — Простите дамы, потрясен слишком.
Как по мне, он достойно справился с шоком. Все-таки несколько десятков худосочных сгорбленных тварей с длинными когтями и прическами аля дикобраз в холодном свете фонариков моих товарищей выглядят очень эффектно.
— Илья Фридрихович, вы отказываетесь от вызова? — равнодушно поинтересовался старейшина, сохранивший человеческий облик и стоявший в центре круга подле Мелькина.
— Иду-иду, — вздохнул я, зашагав навстречу своему противнику.
— Победи его, Илья! — послышался сзади голос Риты.
— Порви этого чертового кровососа! — а это Адда от нее не отстает.
— Удачи… — еле слышно прошептала Алина.
Я молча поднял в небо сжатый кулак.
— Еще и выделывается, — усмехнулся Гоблин.
Остановился метрах в трех от Мелькина. После трансформации он выглядел весьма комично — в первую очередь из-за усов. Они тоже, как и волосы, превратились в пики и торчали в разные стороны. Но чем дольше на них глядел, тем отчетливее в голове вырисовывался образ ходячих часов из «Красавицы и чудовища». Можно даже назвать точное время — по усам Мелькина сейчас десять минут одиннадцатого. Отстают, однако.
— Илья Фридрихович, вы готовы биться на смерть в доказательство своих слов? — спокойно спросил застывший между нами старейшина. — Напоминаю, вы все еще можете отказаться. Обезопасить свою жизнь, но навечно покрыть ее позором.
— Я готов.
— Напоминаю, во время Суда Крови запрещено использовать артефакты, Родовые и Индивидуальные способности, а также Старшую энергию. Если будет замечено, что один из участников поединка прибегает к вышеперечисленному, он тут же будет признан проигравшим, прослывет лжецом и навечно покроет свою жизнь позором. Это понятно?
— Вполне, — отозвался я, подняв повыше замок ветровки — между походом в Ардял и самим Судом Крови успел переодеться в спортивное. А то в пиджаке и брюках не слишком-то удобно мечами махать.
Вынул из ножен клинки и приготовился к бою.
Старейшина взглянул на Мелькина, дождался от того утвердительного кивка, кивнул в ответ и не разворачиваясь отошел назад к окружающему нас кольцу представителей минимум четырех разумных рас.
— Чтобы следить за соблюдением правил, я воспользуюсь этим артефактом, — мужчина достал из кармана плаща крохотную деревянную статуэтку (будто бы напоминающую худенькую девушку — в темноте да на расстоянии не разглядеть). — А теперь начинайте! — махнул рукой старейшина.
Вампиры — странные существа. В человеческой форме они почти всегда хладнокровны, в истинной же гораздо более эмоциональны. Но не все. Одни время от времени завывают, как баньши, а другие размахивают смертоносными когтями совершенно равнодушно. Как, например, Мелькин. Едва Суд Крови начался, он безмолвно рванул вперед, размашисто ударив лапой. Я перенес вес тела на правую ногу, уклонился корпусом и тут же контратаковал вакидзаси, метясь в шею своему врагу. Чудище приставным шагом ушло в сторону, мгновенно попытавшись дотянуться до моего бока. Резкий полоуборот — и я уже бью катаной в ответ.
— С ума сойти! — увернувшись от очередного выпада когтистой лапы, краем уха уловил голос Андрея. — Они сражаются уже больше минуты, но до сих пор не коснулись друг друга! Вот это реакции! Им даже блокировать удары не нужно! Как они умудряются постоянно уклоняться? Да еще и на такой скорости!
— Цыц! — одновременно не выдержали Адда с Ритой. — Не отвлекай его!
И вновь наш бой продолжился в полном безмолвии. В истинной форме вампиры обретают скорость, в отличие от оборотней, получающих физическую силу. Что кажется странным, учитывая совершенно не аэродинамические прически кровососов. Однако для человека с равным рангом эта скорость представляет реальную угрозу. Для демона, правда, в меньшей степени — моей реакции вполне хватало, чтобы успевать реагировать на атаки Мелькина.
Мы кружились в нашем бесконтактном танце еще с минуту, понимая, что каждый внутри себя копит прану для решительных действий.
«Отпрыгни в сторону»! — неожиданно заорала чуйка до того, как противник начал атаковать.
А через полмгновенья вампир, вдвое превысив свою привычную скорость, устремился на меня. Если б я не начал уклоняться еще до его удара, когтистая лапа пробила бы мне грудь.
Быстро отпрыгнул назад, разорвав дистанцию, и краем глаза взглянул на старейшину. Тот стоял, как ни в чем не бывало, спокойно наблюдая за нашим боем. Его статуэтка не среагировала на пассивное проявление моей Способности. Прекрасно!
Пусть по своей воле я все равно не могу пользоваться Способностью, но даже осознание того, что в критической ситуации она даст мне знак, делает меня сильнее. Конечно, это вовсе не означает, что стоит забыть о защите и превратиться в бесстрашного берсерка, однако и атаковать теперь можно острее. Тылы прикрыты.
Вложив почти всю собранную прану в ступни, я резко ускорился, моментально оказавшись перед вампиром. Он среагировал мгновенно — когтистая лапа уже стремилась к моей левой щеке. Я не стал атаковать сразу — полуоборотом ушел вправо и лишь тогда ударил обоими клинками.
— Оу! — вскликнул кровосос и прыгнул вперед, как лягушка, приземлившись на четыре конечности. Праной закрыв рану на левом боку, Мелькин развернулся и разъяренно оскалился, но тут же подчинил бушующие чувства, вновь превратившись в безэмоционального монстра.
А в следующий миг враг вскинул когтистую лапу и разрезал воздух. Следы от четырех порезов устремились в мою сторону, превратившись в сотканные из ветра серпы.
Я отбил каждый из них в землю, ничуть не удивившись. Из досье, полученного в свое время от Гоблина, знал, что у моего врага стихия ветра. Но, как и любой другой вампир, в истинной форме он предпочитал орудовать когтями и клыками, а не магией. Кстати, считается, что именно из-за этой их расовой привычки пошло ошибочное утверждение, что все вампиры — ведьмаки. То же самое, впрочем, говорят и об оборотнях.
Мелькин побежал по дуге, не прекращая разрезать когтями воздух и пускать в меня ветровые серпы. Я умудрялся и отбивать их, и одновременно с этим копить прану. Все-таки Ветеран — это не Учитель. Один на один я не проиграю, пусть я и ограничен в силе, а уровень моей праны не превышает его.
Во время тренировок Такэдзо иногда говорил: «Думай, как твой противник, увалень. Читай его, будто открытую книжульку…» и так далее в том же духе. Я внял его наставлениям, и сейчас прекрасно понимал, что весь этот ветровой аттракцион утроен кружащим вокруг меня Мелькиным только для того, чтобы отвлечь мое внимание. Чтобы подгадать момент и нанести решающий удар.
«Опасность! Сзади!» — завопила чуйка. Я перестал отбивать серпы праны, приняв несколько на энергетический доспех и, мгновенно развернувшись, встретил когти вампира скрещенными клинками. Он вновь оскалился на полсекунды и отпрыгнул.
— Устал, небось? Круги нарезать? — я нарушил молчание, но Мелькин никак не отреагировал. — Я-то на месте стою, отдыхаю. А ты, предатель общины, носишься вокруг меня, как бешеная псина.
— Зачем он его провоцирует? — донесся до слуха голос Андрея.
  
— Цыц! — на сей раз заткнула его Алина, не позволив другим девушкам «цыкать» на своего парня.
Мелькин, сохраняя каменное выражение лица, бросился в атаку, обрушив на меня град яростных ударов. Бил гораздо быстрее, чем раньше, размашистее, агрессивнее. Хоть и не скалится, видно, что на мои слова кровосос повелся. Но не в самих словах дело, а в том, что они — чистая правда. Вампир дважды использовал против меня мощные атаки, так и не достигшие цели. Я один раз. И с тех пор ему приходится тратить прану, чтобы не дать открыться ране. Если он перестанет наседать на меня и уйдет в оборону, я смогу сконцентрировать достаточно энергии, пробью его защиту, и он проиграет. Если продолжит сражаться как раньше, быстрее меня израсходует всю прану и проиграет. Он решил как можно скорее поставить точку в нашем бое. Мне сложнее уклоняться и блокировать его удары, он даже умудрился разрезать когтями мою ветровку… Но и этот путь ведет Мелькина к поражению.