"Фантастика 2025-49". Компиляция. Книги 1-28 (СИ)

— Вот! Оно! — с щенячьей радостью в глазах подпрыгнул Дрон, тыча пальцем в мелкий одноэтажный домишко с двускатной крышей.
— Добро пожаловать в Простоквашино, — констатировал я, мысленно в очередной раз жалея несчастную дурочку Алину.
— А что, хороший мультик! — отозвался Дрон. — Мой любимый.
— И не сомневался, дядя Федор, — хмыкнул, припарковавшись на траве вдоль щербатого забора. — Вот только кота Матроскина у тебя нет.
  
— Зато есть ты! — весело заявил он, выпрыгивая из машины. — Давай барахло разбирать!
Вообще-то я не сожалел о решении помочь другу. У меня не так-то много друзей. Из сверстников обычно одни считают меня слишком мрачным, другие высокомерным, третьи зажравшимся мажором. Особенно заметно это было в школе. Тогда многие завидовали моим модным шмоткам и гаджетам, а отдельные индивидуумы едва ли не на заднице ползали, лишь бы подружиться. Бесили жутко, о чем я им регулярно сообщал в резком форме. Завязывались драки — мои новые вещи рвались, а рожи обидчиков покрывались синяками и ссадинами.
Ближе к старшим классам пыл однокашников поостыл. Мы даже начали общаться, как нормальные люди. Но все равно до дружбы дело так и не дошло.
После школы поступил в университет на эконом. Если не считать некоторых залетных птичек (типа Дрона с Алиной) на курсе собрались детишки богатых родителей. Вроде вот они — равные по воспитанию и благосостоянию…
Но опять мимо, говорить было не о чем. Свободное время я предпочитал тратить не на постоянные тусовки, а на работу, сериалы, аниме и, конечно же, книги. Саморазвитие (не побоюсь этого пафосного слова) — мое самое искреннее хобби с раннего детства.
Возможно, так бы и продолжал куковать в одиночестве, если б случайно не сошелся с Андреем. Одногруппники потешались над его поведением и постоянными заявлениями про «настоящего мужика», но парня оказалось не так-то просто сломить. «Настоящий мужик должен уметь со всеми ладить» твердил он, раз за разом приставая к каждому из нас с веселыми историями, бородатыми анекдотами, обсуждениями спортивных событий, и, главное, предложением вместо пары сходить в столовку.
Со временем многие сдались, не выстояв перед его бушующей самоуверенностью. Я держался до последнего, пока однажды не попал в неловкую ситуацию — на парковке студент с юрфака шоркнул мой байк своей тачкой, а потом вместе с друзьями явился по мою душу — мол, это я неправильно поставил — слишком много места занял. Непривыкший прятаться, я вышел с ними, что называется, за угол. Меня толкнули…
Честно говоря, против троих борцов я мог бы и не выстоять, однако тогда это меня ни капли не смущало. Я готов был дать обидчикам по мордасам, но в этот миг появился наш «настоящий мужик». Из пятерых людей, участвовавших в том веселье, ему досталось больше всего. Но мы все-таки одержали победу.
— Зачем ты полез? — купив в аптеке бинт и перекись, я протянул их Дрону. — Мы даже толком не общаемся.
— И что? — удивленно вылупил глаза парень, оттирая запекшуюся под носом кровь.
Тогда я окончательно убедился, что у этого человека не все дома. Собственно, тогда же мы и стали друзьями.
— Чего лыбишься? — опустив коробки на крыльцо своего нового жилища и смахнув пот со лба, спросил Андрей. — Поди, разврат какой удумал, а? Ну? Колись? Решил-таки принять Ольгины подкаты? Или Сонькины? Стой! Не говори, что Маринины?
— Уймись, — усмехнулся я, ожидая, пока друг отопрет дверь.
— Ну о бабах же думы думаешь? М? — не унимался он, затаскивая барахло внутрь.
— Ага. Десять раз.
Дом представлял собой две пыльные комнаты. По указу хозяйки все ненужное было велено сносить на чердак. Этим мы и занимались следующие пару часов. С рожи Андрея ни на миг не пропадала радостная улыбка.
— Здесь картину повесим… — проговорил он, указывая на стену возле старинных деревянных часов с кукушкой. — Ну ту, что ты подарил. Нравится мне этот твой Дрюрер.
— Дюрер, — машинально поправил я.
— Вот-вот! Алине она, кстати, тоже нравится. Четыре всадника Армагеддона! Когда-нибудь я куплю оригинал, — заявил он, забавно сведя брови домиком. — Но не обижайся, твою репродукцию не выброшу. Это ж подарок.
— Польщен, — усмехнулся я.
Дальше он пространно повествовал мне о том, что обязательно нужно купить микроволновку, кофемашину, новый чайник, стиралку, посудомойку…
— Да кучу всего! А то будем тут, как в каменном веке! Но, в первую очередь, телек и плейстейшн!
За два с лишним года общения с этим уникумом я научился пропускать мимо ушей большую часть словесного мусора, что он выдает. Тут главное поддакивать и кивать, когда это требуется.
Перетаскав на чердак кучу хлама, под ворохом грязного вонючего тряпья мы обнаружили старинный сундук.
— Спорим, там клад, — хохотнул Андрей, указывая на деревянный ларь. Парень попытался поднять его, покраснел от натуги и обессиленно выругался.
— Мы этого не узнаем, — произнес я, подергав висячий замок.
— А вот и узнаем! — осклабился Дрон, доставая из кармана ржавый ажурный ключ.
— Если он у тебя был с самого начала, зачем пыжился и пытался поднять? — удивился я.
— Для эффектности!
Ну да, и чего спрашивал. Все же предельно ясно.
Андрей пошурудил ключом в замочной скважине, раздался гулкий щелчок. Сняв навесной замок, друг горящими глазами уставился на меня.
— Давай! — дал я отмашку, сам невольно увлекшись его азартом.
Напрягая мускулы, Дрон лихо откинул крышку.
— Едреный корень! — завопил он, схватившись за нос, попятившись и едва не сбив меня с ног!
— Там что, мышь сдохла? — дыша через рукав майки, я подошел к сундуку. — Гляди, живая!
— Это не мышь, — Андрей оказался рядом, но ноздри не разжал. — Это обычный хомяк.
Спасибо, Капитан Очевидность. Будто я раньше никогда не видел хомячьих клеток да домашних коричневых хомяков. Вопрос в другом, как он, собственно, выжил в закрытом сундуке?
Уж точно не мертвая зверюга глядела на меня черными глазами-бусинками и мило водила носиком.
— Ну и вонь! Давненько за ним не убирали, — со знанием дела проговорил Андрей, открывая крышку клетки.
— Эй, что ты делаешь? — удивился я.
Увидев этого великана, хомяк вжался спиной в металлические прутья, привалился на бок и зашипел, отчаянно защищаясь правой лапкой.
— Ты ему не нравишься, — заметил я, когда грызун едва не впился зубами Андрею в палец.
— Я не рубль медный, чтоб всем нравиться, — хохотнул он. — Мне и Алины хватает. — Дрон лихо извернулся и умудрился схватить мелкую тушку, не заработав ни единой царапины. — Не переживай, я знаю, что делаю, — заявил он, вынув мохнатого из клетки и вертя в руках. Несчастный зверек повернул мордочку ко мне и жалобно поджал уши. — Был у меня в детстве хомяк, Армстронг, — продолжал вещать Андрей. — Так вот, он очень любил, когда я его так подбрасывал.
Сказано — сделано, белобрысый идиот начал бросать несчастное животное в воздух. Но, к чести моего друга, делал это достаточно аккуратно.
— А почему Армстронг? — спросил я, с жалостью глядя на перекошенную морду грызуна.
— Да однажды я силу не рассчитал, подбросил, а он от потолка отрекошетил и высадился на шкаф. Ну как Армстронг на Луну. Ой! Черт!!!
Андрей стремительно нагнулся, пытаясь поймать юркого хомяка, но тот, с грацией кошки приземлившись на все четыре лапы, отчаянно ринулся к распахнутой двери. Не сговариваясь, мы бросились следом, однако мохнатый перемещался со скоростью гоночного болида. Ну еще бы, я на его месте тоже бы делал ноги, чтобы как можно скорее убраться подальше от великанов-дебилов.
— Выскочил! Быстрей, а то в траве затеряется!
  
Андрей бежал, точно гончая за зайцем, целиком и полностью отдавшись животным инстинктам. Все просто: убегают — догоняй.
Я тоже воспылал желанием поймать зверюгу, хотя такое поведение вообще-то обычно мне не свойственно. Что-то странно притягательное было в этом грызуне…
— Ох ты ж… — замер на месте Андрей. Прострекотав пронзительное «ти-ти-ти-ти», нашего бегуна схватила буро-коричневая птица и взмыла в воздух.