"Фантастика 2025-49". Компиляция. Книги 1-28 (СИ)

– Ты просканировал планету? – хмуро поинтересовался Алексей.
– На предмет?
– Идиотом притворяешься?! – раздраженно рявкнул император. – Доложи, что там творится.
– Сам смотри, – хмыкнул искин, выведя на голоэкран панораму одного из восставших городов.
Алексей посмотрел, схватился за воротник мундира и рухнул в кресло. Почти на каждом фонаре или дереве висел повешенный. Гражданских на улицах не было, только синтарские патрули двигались по ним, соблюдая между собой равную дистанцию. Ни один завод в окрестностях города не работал.
  
«П…ц! – обреченно подумал император. – Ландрис перестарался…»
– Дай-ка мне на связь этого резвого юношу… – пробурчал он.
На экране тут же появился Доминик Ландрис – видимо, ждал у аппарата. Его лицо выражало безмерное облегчение.
– Ваше величество! Наконец-то!
– Ты что творишь? – хрипло выдохнул Алексей. – Ты с ума сошел?!
– Я просто поручил синтарцам навести порядок… – спал с лица Ландрис.
– Ты Тарковичем хотя бы прежде посоветовался?
– Нет, я его арестовал…
– Что?.. – безнадежно простонал император. – О, Господи… Хоть не расстрелял, надеюсь?
– Нет, – заверил Ландрис. – Сейчас я с ним советуюсь, но без вас ничего исправить не получается…
Алексей принялся монотонно, глухо материться, поминая всех предков своего слишком прыткого вассала, генерала Тарковича и всех синтарцев заодно. Хотя прекрасно понимал, что виноват сам, поскольку не дал четких указаний, не поставил границы, за которые заходить нельзя. Ландрис молча внимал, потупив глаза.
– Буду через двадцать минут в резиденции, – взял себя в руки император. – Приказываю всем собраться на экстренное совещание. Обязательно присутствие Тарковича, Шемича, Смолина, Славича и Одича. А также генерала зо Мар-Нейта. Сам тоже будь. И пусть обед подадут, я поесть со всем этим не успел.
– Будет сделано! – с облечением выдохнул получивший четкие указания Ландрис, надеясь, что гроза миновала.
В небольшой конференц-зал, где собрались срочно вызванные Ландрисом люди, вихрем ворвался император в сопровождении канцлера и ларатского адмирала Тоцкого. Сделав нетерпеливый жест, приказывающий всем оставаться на своих местах, он рухнул в первое попавшееся кресло, обвел собравшихся мрачным взглядом и приказал:
– Докладывайте, что у нас плохого. Начнем с вас, генерал.
И требовательно уставился на Тарковича. Тот подхватился на ноги, ощущая себя очень неуютно, и заговорил:
– Ваше величество, я вообще-то арестован…
– Арест отменен! – вызверился на него император. – Извольте исправлять то, что наделали! Не надейтесь, вы остаетесь на своей должности. Итак?
– Как прикажете, Ваше величество, – поклонился генерал. – Сразу хочу признать, что ваше удаление после ухода Белого Крейсера было ошибкой. Страна начала расползаться по швам, каждая группировка тянула в свою сторону.
– Хватит общих слов! – прервал его Алексей. – Конкретно.
– Самым неприятным обстоятельством я считаю разделение монархического движения на несколько антагонистических течений, – после недолгого размышления начал Таркович. – Люди из нашего течения, организовавшие монархический заговор, стали основой военного правительства, но поддерживавшие их низовые структуры отказались подчиняться, посчитав такое поведение предательством идеи. Они самоорганизовались и потребовали короновать нового императора без участи БК. Одновременно молодые офицеры армии и флота создали свою группировку, основной декларированной целью которой являлось ваше возвращение – они считали вас единственным законным императором, называя представителей первого течения предателями. Дело дошло до вооруженных стычек, правда, полномасштабной гражданской войны ценой неимоверных усилий и благодаря синтарским гарнизонам удалось избежать. Выражаю свою искреннюю признательность генералу зо Мар-Нейту. Если бы не его усилия, сейчас, Ваше величество, вы бы застали здесь пепелище.
– Да уж… – поежился император. – Продолжайте!
– После того, как человек Смолина обнаружил в архиве информацию о недействительности вашего отречения…
– Какую еще информацию?! – удивился Алексей.
Таркович поведал о записи отречения императора Марека III, а затем о том же рассказал ларатский адмирал, уведомив, что запись обнаружил принц Леннер.
– Ясно… – покачал головой император. – Что было дальше?
– Монархическое движение офицеров прекратило акции протеста, дожидаясь вас. А вот второе движение еще больше активизировалось, утверждая, что пора изменить порядок коронации, что искин Белого Крейсера не должен участвовать в выборе императора. Есть подозрение, что это движение на самом деле контролируется кем-то из нашего, тайно. Вычислить кто бы это мог быть мне пока не удалось.
– Это все?
– Никак нет. Неожиданно для нас возникло также сильное демократическое движение, требующее возврата к «демократическим ценностям» и «свободному волеизъявлению народа». По некоторым признакам можно заключить, что это движение контролируется карханской разведкой, уж очень профессионально все организовано, да и конспирация на высоте. Стиль действий очень похож.
– Выявить тоже никого не удалось? – поинтересовался Алексей.
– К сожалению, только мелкую сошку… – развел руками Таркович.
Император нахмурился. Похоже придется искать нового начальника Департамента Имперской Безопасности, а Тарковичу найти другую должность.
– Третья проблема – это стихийные бунты, требований бунтовщики не выдвигали, просто громя все, до чего могли дотянуться. Допросы арестованных ничего не дали, люди сами не понимают, почему они вышли на улицы и ужасаются сделанному. Возникает ощущение, что кем-то было использовано неизвестное нам психотропное оружие.
– Это все? – в голосе императора слышалась усталость.
– К сожалению, нет, Ваше величество, – вздохнул генерал. – Около семидесяти процентов предприятий бастуют, причем половина из них требований не выдвигает вообще. Таким образом промышленники пытаются вернуть реквизированные вами пакеты акций корпораций военно-промышленного комплекса. Некоторые намеки мне делались. Также постоянно приходят анонимные требования об этом, с угрозами окончательно обрушить экономику в противном случае. Как на них воздействовать я не представляю, – беспомощно понурился он. – Разве только пригрозить введением синтарских гарнизонов на каждый завод. Но даст это что-нибудь или нет – понятия не имею.
– Вы сумели за полгода разрушить все, чего мы добились, – хмуро констатировал Алексей. – Что ж, будем исправлять.
– Хочу добавить, что налоговые поступления почти прекратились, – вмешался начальник финансового департамента. – А поступающие средства напрочь разворовываются чиновниками. Правда, после проведения децимации, они несколько поутихли, так нагло уже не воруют. Но и не делают ничего, пользуясь тем, что синтарцы не разбираются в их кухне.
– Что, как вы считаете, можно предпринять для исправления ситуации?
– Ввести личную ответственность чиновников за прохождение документов через их зону ответственности, установив контрольный срок для этого. В случае несоблюдения срока – арест с конфискацией имущества.
– Одобряю! – кивнул император. – К завтрашнему утру подготовьте текст указа.
– Хотел бы сказать об идеологии, – заговорил Смолин. – Ваше величество, либералы снова распоясались.
– Максимально ужесточите цензуру! – приказал Алексей.
– У меня недостаточно компетентных людей для этого, – вздохнул начальник информационной службы.
– С этим мы можем помочь, – внезапно вмешался адмирал Тоцкий. – На Ларате служба цензуры довольно велика и эффективна, люди в ней служат опытные. Однако нужно время, чтобы доставить их с Ларата на Росс. Сколько специалистов потребуется?
  
– Не меньше трехсот, – обрадовался Смолин. – И это по минимуму.
– Мы сможет предоставить пятьсот.
– Распорядитесь немедленно отправить курьера на Ларат, – одобрительно взглянул на ларатца император. Тот молча поклонился, отошел в угол и отдал несколько распоряжений через наручный коммуникатор.