"Фантастика 2025-49". Компиляция. Книги 1-28 (СИ)

– Готово, – спустя некоторое время дверь туалета открылась. Девушка подошла ко мне вплотную и еле слышно прошептала на ухо: – Сказала, что мы молодцы, – затем чуть отклонилась и громко выдохнула: – Эх, хорошо! Давай и ты сходи, котик! А я пока постель приготовлю! Раз уж мы теперь тут живем, нужно придерживаться правил и быть в форме.
Девушка звучно хлопнула меня по заднице и зашагала в спальню. Я же, справляя малую нужду, размышлял, действительно ли нам нужно даже наедине подбирать слова и отыгрывать роли?
  
Конечно же, нужно.
Слух и зрение волкодлаков, если верить Беловой, не чета нашим. Любой зубастый патрульный может подойти к дому и…
И ничего не заподозрит. Мы до конца будем отыгрывать свои роли.
Именно по этой причине мы легли в одну постель.
* * *
– Подъем, ребятушки! Вставать пора! Нечего бока отлеживать! Подъем!
В окно настойчиво стучали. По голосу и манере речи на слух определил, кто решил потревожить наш сон. Оторвав от подушки голову, увидел старосту, с улицы прильнувшего к окну. Этот засранец еще и фонарем светил, пытаясь разглядеть внутри что-нибудь подозрительное.
– Встаем, Дмитрий Васильевич, встаем, – заверил его, усевшись на кровати. Мой голый торс не то смутил его, не то успокоил – староста отвернулся и отошел от стекла.
Через несколько секунд стучал уже в дверь.
– Иду-иду! – отозвался, наспех одевшись.
– Вот, держите, – едва я открыл, он протянул мне два граненых стакана. На дне каждого лежало по четвертинке здоровенной таблетки. – Чтоб с голоду не померли. Дар от великих господ, – пояснил он.
– Этого хватит? – удивился я, принимая стаканы.
– Дневная норма – одна пилюля на взрослого. Половина утром, половина вечером. Так что не факт, что насытитесь. Но хоть работать сможете, – пока говорил, он то и дело пытался заглянуть мне за спину. Но ничего интересного там не происходило. Успокоившись, Дмитрий добавил: – Просто залейте водой. И собирайтесь. Через двадцать минут жду всех у своего дома. Есть часы? – я молча кивнул. – Очень хорошо. До встречи!
Откланявшись, он оставил нас одних. Я отнес стаканы на кухню и пошел умыться в ванную. Не очень-то удобно перемещаться в незнакомом доме в полутьме.
Покончив с утренним туалетом, дождался, пока Леся приведет себя в порядок, и уже вместе мы приготовили наш «завтрак». Есть хотелось безумно.
– Хм, на вкус почти как рисовая вода, – заметила девушка, выпив стакан мутной жидкости. – Без соли… Бе! Гадость!
– Зато голод отступил, – отозвался я.
Когда вышли на улицу, уже светало. Гигантские «щучьи хвосты» сияли уже не так ярко, как вечером. Свет их стал заметно тусклее, будто батарейка разрядилась.
Мы не запомнили, в каком именно из однотипных домишек живет староста, но пройдя до конца проулка, увидели внушительную толпу людей. Все сразу стало предельно понятно.
На наше появление местные отреагировали сдержанно. Дама лет пятидесяти, похожая на мою школьную учительницу русского и литературы, спросила наши имена и как сюда попали. Окружающие притихли, слушая увлекательный рассказ.
Навскидку тут собралось человек двести пятьдесят, а то и триста. Только двенадцать из них после нашей истории улыбались и, кажется, искренне говорили, что «теперь-то вы сможете позабыть весь этот ужас!». Большинство остальных кивали, некоторые глядели под ноги потухшими глазами.
Я был готов уверовать в то, что все местные жители превратились в безвольное стадо, ведомое лизоблюдами, типа нашего Дмитрия. И, разумно рассуждая, никого не винил. Ведь если бы не пробудились мои способности, я был бы одним из них. Так же был бы готов на все, чтобы выжить. Как можно сражаться с бессмертными? Уверен, обычные люди таковыми и считают защищенных энергетическим щитом инопланетян.
Я был готов уверовать, если б случайно не заметил в толпе озлобленный взгляд!
  
Глава 20. Нонконформизм
 
Высокий молодой мужчина, примерно моего возраста, с щетиной на худом лице, волком смотрел на эту дюжину лизоблюдов. В один момент, видимо, желая узнать, какое впечатление их сладострастные речи производят на новеньких, он повернул голову в нашу сторону.
Пару секунд мы испытующе глядели друг на друга, затем мужчина одобрительно хмыкнул и отвернулся.
– Какой горячий, а! – возбужденно зашептала мне на ухо Леся. – А как ты на него смотрел-то? Понравился, небось? Ну, чего молчишь? Не бойся, к мальчикам ревновать не буду. Веселись на здоровье, котик.
Я хотел высказать своей напарнице все, что думаю о ее плоском чувстве юмора, но дверь дома старосты распахнулась, и на крыльце появился уже знакомый пухлячок.
– Рад видеть вас, друзья мои! Доброго утра всем! Сегодня снова славно поработаем ради нашего будущего! Идемте, дорогие мои!
Явно упиваясь собственной значимостью, наш круглый флагман повел своих последователей по улице.
– А куда мы идем? – спросила Леся у шедшего рядом с нами мужика.
– За инструментами. Одна тут забота – лес валить, – усталым голосом отозвался тот.
Процессия (по большей части молчаливая) двинулась вниз по улице в сторону высокой черной стены, опоясывающей поселок. Мы шли минут пятнадцать, прежде чем увидели несколько капитальных боксов на самой окраине. Группа людей, численностью соизмеримая с нашей, уже стояла возле складов. У кого-то в руках были топоры, у кого-то ручные пилы и бензопилы. Последний из группы покинул бокс, и они организованно двинулись дальше, освобождая место нам.
– С другого квартала люди? – за ответом обратился я все к тому же усталому соседу. Он молча кивнул.
Возле складов дежурили четверо люмпусов. Под их грозными взглядами мы по десять человек «вооружались» инструментом. Добро со складов выдавали люди – улыбчивый мужичок средних лет и дородная дама. Они даже пытались шутить. И, как мне показалось, делали это вполне искренне.
– Ну что, все готовы, друзья мои? – наш лидер окинул начальственным взором вверенные ему трудовые ресурсы. – Выдвигаемся! – он зашагал первым. Один из люмпусов тут же пристроился к нашей колонне справа, второй слева.
– Два на две с лишним сотни? – шепнула мне на ухо Леся. – Самоуверенно, ничего не скажешь.
Вблизи стена выглядела еще внушительнее, чем издали – монолитная, без единой щелочки или зазубрины, созданная их неизвестного мне материала, от антрацитового блеска которого невозможно было отвести взгляд. И заметно выше обычных человеческих заборов – навскидку четыре с небольшим метра. Аккурат столько, чтобы, если тебя подсаживает товарищ, ты все равно не смог допрыгнуть и зацепиться за край.
– Признаю, была неправа, – пробурчала Олеся, когда наша колонна двигалась по укатанной дороге уже за стеной. – Охраны хватает. Чертовы меховые волчары.
Действительно, внутри поселка складывалось впечатление относительной свободы. Зато за стеной, куда ни глянь, наткнешься на прямоходящий волчий силуэт.
– Говорят, – неожиданно оглянулась на нас шедшая впереди женщина, – с учетом тех, что контролируют сами группы, за стену ежедневно выходит около сотни великих господ. Так что не вздумайте сделать что-нибудь опрометчивое. Все они бессмертны! А в скорости, да еще и по снегу… людям от них не убежать, – одарив нас дежурной улыбкой, дама отвернулась.
Я почувствовал на себе чей-то холодный взгляд. Мотнув головой, заметил все того же молодого мужчину, который был возле дома старосты. На сей раз долго пялиться на меня он не стал – вновь хмыкнул и демонстративно уставился на растущую недалеко от дороги ель.
– Ну что, друзья мои, разбиваемся по группам и за работу! Петр Артемович, новенькие на тебе, – проговорил Дмитрий, когда процессия, миновав огромное поле пеньков, остановилась возле нетронутой березовой рощи.
  
– Есть, Васильич! – козырнул высокий мужчина лет сорока пяти с небольшим брюшком, выпирающим из-под красной куртки. – Давайте ко мне! – позвал он нас.
Наша толпа разделилась на двенадцать групп, каждой из которой нужно было свалить минимум пять деревьев. А еще обрубить ветки и распилить ствол (и крупные ветви) на полутораметровые бревна.