"Фантастика 2025-49". Компиляция. Книги 1-28 (СИ)

И именно поэтому возник спор. Мои друзья в целом поддерживали мою мысль. Однако ж сквозь леса крупным отрядом на лошадях не поскачешь. И если у Берга имелся ездовой волк, а Великое Умертвие со своим некромантом катались на зомби-быке, то Тиара и гвардейцы оставались конниками. Супруге пришлось долго спорить с командиром гвардейцев, для которого слово герцога – закон, а вот слова дочери герцога хоть и имеют вес, но весят в сотню раз легче слов её отца.
  
В итоге она… сдалась! Что сперва было для всех нас полнейшей неожиданностью. Тиара согласилась поехать вместе с гвардейцами по тракту! Хотя, должен признать, в один момент я заметил хитрый огонёк в её глазах. Мара, как позже оказалось, тоже.
А через час мы уже резво продирались через лес нашей разношёрстной компанией: огроид, два человека, зомби-девушка, неживой громадный бычара, мощный волк и огромный чёрный булькорг. Да, Велла отправилась с нами. И пусть ехать я на ней не мог в силу своих огромных габаритов, было приятно наблюдать рядом с собой её улыбчивую морду.
Ехали, разумеется, молча – неудобно разговаривать, когда ветки хлещут по лицу. Кстати, я двигался первым, пробивая остальным путь и одновременно с этим тренируясь. Мне нужно улучшать свой контроль энергии, поэтому я всегда ищу возможность попрактиковаться. Например, если покрыть тело тонким слоем энергии и постоянно поддерживать эту самую энергию, можно снизить болевой порог. То, что нужно, когда продираешься через густой лес, ломая трещащие ветки.
Тренировки чередовались с отдыхом, как густые участки леса чередовались с мелколесьем, а порой и с сочными лугами. На одном из таких лугов, к слову, мы устроили привал.
Непривычно было видеть Мару задумчивой и молчаливой. За время нашего полевого обеда она лишь разок подколола меня, мол, такой громадной туше, как я, следует больше кушать. Шутка выдалась не очень смешной, без огонька и задоринки. Совсем уж дежурная и бездушная.
Мои спутники пребывали в очень глубокой задумчивости. Покончив же с едой, Мара позвала своего возлюбленного «на пару слов».
– Ребята слишком нервничают, – отметил очевидное я и приложился к бурдюку с вином. Быстро осушил его и завалился на траву, подложив руки под голову. На небе ни облачка, солнце ярко светит, лёгкий ветерок гуляет в траве… люблю такую погоду.
– А ты, я смотрю, чересчур расслаблен, – хмыкнул Берг. – Редкое зрелище. Даже не уверен, видел ли я тебя в таком состоянии раньше.
– Я тоже часто и много нервничаю, – спокойно отозвался я, – но конкретно сейчас чувствую себя неплохо. Солнышко радует. Да… и кое-что другое.
– Например?
– Например то, что я смогу вернуть себе человеческий облик. Я верю в это. Мы разберёмся, что к чему.
– Мы?
– А это ещё одна вещь, которая меня радует в данный момент. Мне очень приятно, что вы готовы нырнуть в омут с головою ради меня.
Я говорил искренне. Пусть мне свойственна постоянная паранойя, я… я часто устаю от неё. Ведь на самом деле я хочу верить тем, кто окружает меня. А ещё периодически хочется послать все сомненья к чертям. Как, например, сейчас. К чему мне нюни распускать, когда пара славных ребят желает разорвать связь с Богом Тьмы, дабы помочь мне?
– Я готов, – с готовностью ответил Берг, – но до сих пор не знаю, как это сделать.
– Думаю, скоро поймёшь, – улыбнулся я, – как только встретимся с герцогом, начнём готовиться к походу. У нас будет время и потренироваться, и во всём разобраться.
– Славно, – отозвался лучник, – надеюсь, Кейн с Марой тоже смогут… смогут быть с нами, – приподнявшись на правом локте, я заглянул в лицо своему другу. Он недовольно хмурил брови. – Понимаешь, Рорх, эти двое ведь тоже хотят тебя сопровождать! Но им сложнее, чем мне. Кейн…
– Я знаю, – кивнул я, – он боится, что после разрыва с Богом Тьмы Маре станет хуже.
– А ей станет? – настороженно спросил первый Адепт Старика.
– Всё зависит только от Кейна, – строго произнёс я, глядя в глаза другу, – именно поэтому он сам должен принять решение. И быть уверенным в себе и правильности своего выбора. Потому что обрести абсолютно новую силу способен лишь тот, кто поборол сомнения. Если человек в подвешенном состоянии, ему сложно прогрессировать.
– Я понимаю, что ты хочешь сказать, – кивнул Берг. – Но не до конца принимаю твою позицию. На мой взгляд, необязательно принимать столь значимые решения совсем уж в одиночку. Можно сперва посоветоваться с близкими людьми, послушать их точку зрения, и уже потом делать выводы. Но не подумай, я не стану передавать Кейну твои слова и пытаться как-то повлиять на его окончательно решение. Ведь…
– Ведь он сейчас не один, – продолжил я мысль друга. – С ним та, кто всегда поддержит его и сделает это лучше нашего.
– Верно, – мягко сказал Берг, смешав в голосе одновременно грусть и умиление.
Зомби с некромантом вскоре вернулись, и мы вновь отправились в путь.
Как и раньше, ничего необыкновенного в дороге не происходило. Около пяти часов мы двигались то через лес, то через луга, пока вновь не устроили себе привал. Взялись за трапезу. Я подносил ко рту громадный бутерброд из хлеба, вяленого мяса и сыра, когда острый огроидский нюх уловил знакомый запах.
– Явилась-таки, – не скрывая улыбки, проговорил я и повернулся в сторону запаха.
– Неужто Госпожа Тёмная? – без удивления спросила Мара.
– Она самая, – отозвался я.
– Хех, прими мои поздравления, здоровяк, – ехидно усмехнулась зомби.
Поднявшись на ноги, я направился встречать супругу. Уже слышался хруст веток и лошадиное ржание, а секунд через двадцать Тиара верхом на своей гнедой кобыле выехала на нашу крохотную полянку.
– С возвращением! – воскликнул я, когда лошадь остановилась. – Я ждал тебя.
Подошёл ближе и протянул супруге руки. Без страха она перебралась из седла на меня. Аккуратно обняв Тиару, я бережно поставил её на траву.
– Я очень рада, – кокетливо проговорила жена, продолжая ко мне прижиматься.
– Давай к столу, покушай с дороги, – любезно предложил я.
Тиара не стала отказываться, и за ужином похвасталась перед нами, как легко она удрала от гвардейцев герцога. Если в двух словах, стоило Тиаре рвануть в лес – и догнать её уже никто не смог. А всё потому, что моя супруга усилила свою лошадку Шеральду магией крови. Но не каким-то там жестоким заклинанием, от которого зверюшка в итоге помрёт. Нет. Чем-то более сложным, требующим долгой подготовки (и, полагаю, крови иных живых существ). Как оказалось, Тиара давно уже «поработала» над любимой Шеральдой, наделив её повышенной скоростью, стартовой и «крейсерской», а также недюжинной выносливостью. Правда, держала улучшения в тайне ото всех.
– Когда уезжала, крикнула им, чтобы продолжали двигаться по тракту, – добавила моя супруга, уплетая мясо за обе щеки. Глядя на неё сейчас и вспоминая ту властную дамочку, коей она была, когда мы впервые встретились, я прихожу к выводу, что в компании меня и моих друзей Тиара совсем уж расслабилась. Нет, конечно, при посторонних простолюдинах или, наоборот, других феодалах, дочь герцога, а ныне жена барона, продемонстрирует всю спесь потомственной аристократки, но при условно своих может позволить себе выйти за рамки воспитания. – Мара, подай вина, будь добра, – требовательно протянула руку Тиара. Хм… пожалуй, я слегка погорячился, даже при своих она остаётся дворянкой и повелевает на каком-то бессознательном уровне.
– Пожалуйста, Госпожа Тёмная. – К счастью, жители Зуртейна воспринимают властное поведение моей супруги как должное. Никто не в обиде, и это главное.
После ужина вновь продолжили путь и остановились, лишь когда стемнело. На сей раз лагерь разбили в лесу, вблизи поваленного твердодуба. Волк Берга, получивший от хозяина забавную кличку Глазок за пятно белой шерсти вокруг левого глаза, в компании с Веллой и Рогом отправился на охоту. Хотел бы я посмотреть, как зомби-бык будет добывать мясо, полагаю, зрелище весьма громкое и даже грандиозное.
  
Перекусив в очередной раз за день, мы начали готовиться ко сну. О дозорных думать не приходилось – нашим ездовым зверям (даже лошадке Тиары) вполне по силам обнаружить врага. Плюс мой нюх и слух, а также дополнительные зомби, оживлённые Кейном – трупы летучих мышей, лисиц и прочих зверей он возил в огромном мешке, прибитом к бедру Рога. Обработанные магией некроманта, они совершенно не портились и не воняли.