Архимаг

Тяжко вздохнув, я перекинул звонок на стационарный монитор в кабинете и разрешил терминалу связи соединение с магистром.
На экране появился Рене Эверт, желчный и порой чрезмерно сварливый старикашка с жутковатым взглядом в черном пиджаке. Он посмотрел на меня и кивнул:
– Здравствуй, Райнер.
– И вам всего самого доброго, магистр, – отозвался я и сразу спросил: – Что-то случилось?
  
– Почему ты так решил? – магистр приподнял левую бровь.
– Как вам хорошо известно, я сдал экзамены за второй курс экстерном и этой осенью в академию возвращаться не собираюсь. Долгов за мной нет. Поводов для вас выходить со мной на связь, да еще и по защищенной линии, я не вижу. Значит, что-то случилось. Я прав?
Старик пожевал сухими губами и покачал головой, а только потом ответил:
– Пока ничего не случилось. Но у нашей академии впереди непростые времена и ты нужен «Эршверу».
Это прозвучало примерно так же, как «Ты нужен империи, солдат!» или «Родина-мать зовет!», настолько серьезно магистр это сказал. Однако я не повелся и даже с трудом сдержал готовый вырваться смех. Ну а магистр снова покачал головой и продолжил:
– Райнер, ты знаешь, что после смерти архимага Аристида Эмери в академии многое меняется. В частности, было принято решение о проведении магических состязаний среди студентов. Для этого модернизируется главная спортивная арена академии и чемпионат «Эршвера» по магическим дисциплинам должен пройти уже через месяц после начала обучения. Первый курс не участвует, а всем остальным придется. Сначала отборочный этап для всех. Потом по факультетам и специализации, дабы каждый показал, на что способен. А в конце самое интересное – боевая магия во всех ее проявлениях. Такова была задумка. Моя и магистров академии. Однако сегодня я узнал, что с подачи наших конкурентов министр образования и спорта господин Арчибальд Шемех решил осложнить нам жизнь, испортить репутацию «Эршвера» и обрушить наш рейтинг среди других высших учебных заведений. Он подписал распоряжение, в котором сказано, что в состязаниях нашей академии могут принять участие команды из других магических университетов, академий и даже обычных училищ. Бред! Вот только я не Аристид Эмери. У меня нет столько власти и влияния, как у него. Поэтому осадить министра у меня не получится.
Он прервался и я, вроде как в шутку, спросил:
– Предлагаете сделать это мне?
– А у тебя получится? – задал он встречный вопрос и криво усмехнулся.
– Не знаю, – пожал я плечами. – До этого момента я вообще не знал, кто в Республике министр образования и спорта. Но если поработать и собрать на него информацию, наверняка, что-то получится найти, а потом…
– Прекрати, – остановил меня Эверт. – Понимаю, что ты юморишь, но лучше подобную тему вообще не поднимать.
«Кажется, магистр до сих пор не принимает меня всерьез, – промелькнула мысль. – Что и не удивительно, ведь он видит перед собой нагловатого юнца с божественной родословной, за спиной которого влиятельные покровители вроде Синге Шу, а не профессионального убийцу и карателя с огромным опытом. Хотя, с учетом того, как мы с ним раньше спорили, и что произошло с чародеями академии, которые хотели мне навредить и погибли, он мог бы и насторожиться. Однако я, во многом благодаря возрасту, вне подозрений и меня это, разумеется, устраивает».
– Короче, Райнер, слушай меня внимательно, – тем временем продолжал Эверт. – Отвертеться от указания министра и тех, кто его поддерживает, у нас не получится. Значит, мы должны реальными победами доказать, что академия «Эршвер» по-прежнему лучшая в Республике. Мы выставим для состязаний наиболее сильных студентов и, когда я стал составлять список достойных, первым номером стал ты.
– Почему я? – на моем лице появилось удивление.
– Все просто. Ты знаменитость. Выиграл чемпионат по рукопашному бою и вернул украденные у твоего рода финансовые средства, не прогнулся перед Советом Кланов и отбил натиск весьма влиятельных семей. Кроме того, ты отличник и продвинутый чародей, который легко перескочил через год обучения. А еще ты не просто студент, один из многих, а популярная медийная личность. Поэтому сможешь привлечь к нам симпатии твоих поклонников и фанатов, которые считают тебя образцом для подражания.
«Писец, приплыли, – подумал я. – Выйти на арену за честь академии мне не в лом. Однако я уже архимаг и сражаться против студентов, максимальный уровень которых вряд ли дотягивает до ранга наставник, а у самых гениальных на пятом курсе до ранга магистр, как-то не красиво. Это читерство. Ведь я всех легко порву, как тузик грелку. Да и тратить на это время не хочется. Так что надо отмазываться».
– Извините, магистр, – обратился я к Эверту, – но принять участие в этом чемпионате у меня не получится.
– Почему? – хитро прищурился старик.
– У меня нет на это времени. Совсем нет. Вообще. Я для чего экзамены за второй курс сразу сдал? Чтобы заниматься делами клана, которых много и я, порой, высыпаться не успеваю.
– Ну, это ты загнул, Райнер. Наверняка, в первую очередь ты не высыпаешься, потому что рядом жена молодая и красивая, а еще, говорят, у тебя любовница есть.
– А это уже мое личное дело, магистр.
– Да-да, конечно, – усмехнулся вредный старикан, который совершенно не опасался того, что я могу всерьез оскорбиться, и тут же продолжил беседу: – Значит, убедить тебя выступить за честь академии, в которой тебе еще долгое время учиться, у меня не получится?
– Зарекаться не стану, но вряд ли.
– Эх, не хотел я эти доводы использовать, но придется.
– Какие доводы? – осторожно поинтересовался я, а сам подумал, что сейчас он предъявит заключение следственной комиссии, которая обследовала пещеру с жуткими подземными существами и обнаружила там мой астральный след, отпечатки пальцев или еще что-то подобное.
Я напрягся. Однако магистр решил зайти совершенно с другой стороны и начал говорить о другом:
– Хочу тебе напомнить, Райнер, что ты не только студент «Эршвера», но еще и наш акционер. Поэтому должен понимать, что проигрыш академии в чемпионате обязательно вызовет негативные последствия. В частности падение акций. Так что подумай, сколько ты на этом потеряешь, и как это скажется на твоей репутации как молодого бизнесмена, главы клана и дворянина. Хорошенько подумай. Ведь скажут, что ты струсил, сделал неверное вложение, проявил недальновидность и предал однокурсников, которые не смогли опереться на твое крепкое плечо. А у тебя, Райнер, вся жизнь впереди и честь необходимо беречь смолоду…
Судя по всему, про то, что я присвоил «слезы гор», магистр все-таки не знал. Отлично. Однако смысл в словах Рене Эверта был. Он возможные проблемы с моим не участием в чемпионате, разумеется, гиперболизировал и сильно преувеличивал. Но распускаемые недоброжелателями слухи, наверняка, ударят по моей репутации и нанесут весомый вред. В этом Рене Эверт прав. Сто демонов Третьего Ада! Все не так уж и просто.
Пока я думал, магистр продолжал говорить, приводил доводы и сам себя распалял. С одной стороны странно. Ну, отказался студент выходить на арену, да и пошел бы он лесом, в академии таких тысячи. В кого пальцем ни ткни, талантливый одаренный. Значит, есть на кого ставку сделать. А с другой стороны магистр не привык слышать отказ, втемяшил себя в башку, что я гарант успеха, и давит меня, как только может. Пока использует только слова, а завтра, кто знает, может начать пакостить. Это, конечно, не в его характере, слишком он прямолинейный и сказывается боевое прошлое старика, но в академии есть и другие магистры, не такие правильные как Эверт. И что, мне снова выходить на тропу войны и всех убивать? Нет. Не стоит.
  
Наступила тишина. Магистр замолчал, и я посмотрел на него, а он вопросительно кивнул:
– Что скажешь, Райнер?
Я кивнул:
– Надо отдать вам должное, господин Эверт. Вы умеете находить верные доводы и отличные аргументы. Я согласен выступать на чемпионате. Но предупреждаю, что никакие тренировки, сборы и дополнительные занятия посещать не собираюсь.